Москва — С учетом внимания к России во время президентской кампании в США и теплых слов кандидата Дональда Трампа в адрес президента Владимира Путина, Кремль ожидал, что при новой администрации он станет ее внешнеполитическим партнером номер один.


Вместо этого президент Трамп принимает в Белом доме и в своем поместье Мар-а-Лаго во Флориде всяких Терез, Джастинов и Абдель Фаттахов, а также дает торжественные обеды в честь высоких гостей, таких как глава КНР Си Цзиньпин. А Путину после инаугурации Трампа приходится довольствоваться тремя жалкими телефонными разговорами с ним.


«Они чувствуют себя уязвленными», — говорит о российском руководстве известный внешнеполитический аналитик и обозреватель Владимир Фролов.


Во-первых, возникает плохое впечатление дома. В конце концов, Путин стремится продемонстрировать, что российская интервенция на Украине и особенно в Сирии является доказательством возвращения Москвы на мировую арену, и что Россия, как и в советские времена, — незаменимый и равноправный игрок в мировых делах, ничем не уступающий США.


Во-вторых, Кремль теряется в догадках, не зная, как двигаться вперед в отношениях с Вашингтоном, особенно в связи с тем, что в марте 2018 года ему предстоят президентские выборы, хотя Путин пока не объявил официально, что будет баллотироваться на четвертый срок.


Что еще хуже, вместо провозглашения новой главы в двусторонних отношениях Вашингтон выдвигает все новые требования. Разочарование в Кремле вызывают даже предполагаемые друзья, такие как госсекретарь Рекс Тиллерсон, которого Путин наградил орденом в его бытность главой Exxon Mobil.


Тиллерсон в прошлом месяце прибыл в Москву с первым визитом в качестве госсекретаря и начал возрождать те позиции, которые Москва считала похороненными вместе с администрацией Обамы.


Так, Тиллерсон вновь поднял на щит идею о том, что главный друг России на Ближнем Востоке — президент Сирии Башар Асад — должен уйти. Администрация Трампа также ясно дала понять, что Россия должна убраться с Украины и прекратить нарушения важного договора о ракетах. Она даже снова вытащила из сундука старую проблему Афганистана.


Отвечая в прошлое воскресенье в программе Fox News на вопрос о России, советник по национальной безопасности генерал-лейтенант Герберт Макмастер выразил мнение о том, что Путин не служит ее интересам. «Нам нужны перемены в словах и в характере взаимоотношений, — сказал он. — Но больше всего нам нужны изменения в поведении».


Хорошо известный специалист по иностранным делам из Совета Федерации Алексей Пушков в ответ заявил, что высказывания Макмастера очень сильно напоминают заявления администрации Обамы. «Контрпродуктивный подход», — написал он в Twitter.


Целая череда аналогичных заявлений из Вашингтона практически застопорила идею о том, что между Кремлем и Белым домом будет заключена грандиозная сделка по важным мировым проблемам.


Далее, как говорят некоторые аналитики, в то время как Россия полна желания улучшить отношения, администрация Трампа не говорит четко о том, на какое вознаграждение она может рассчитывать в случае серьезных и масштабных изменений во внешней политике.

«Она не дала определение тому, что такое улучшение отношений. Иными словами, она не говорит, что будет в мешке с подарками для России в случае драматического разворота во внешней политике», — сказал Фролов.

Он добавил: «Русские по сути дела чешут затылки и задают вопрос: „А что мы с этого будем иметь?"»


Во время третьего телефонного разговора между Трампом и Путиным, который состоялся во вторник вечером, два президента договорились о более тесной координации действий по Сирии и Корее, а также предварительно условились встретиться на полях саммита «Группы 20» в немецком Гамбурге в начале июля.


В российских кругах холодность в поведении президента США обычно объясняют тем, что американская внешнеполитическая номенклатура не позволяет Трампу быть самим собой, когда дело доходит до России.


«Трамп отказался от мысли провести отдельную встречу раньше из опасения истерики его врагов в США», — написал Пушков в Twitter после последнего телефонного разговора.


Естественно, идея о том, что президенты Трамп и Путин — равноправные партнеры, полностью не умерла. «Третий контакт двух президентов подтвердил, что российско-американский диалог не стоит на месте, что в его развитии заинтересованы обе стороны, и что он может идти только на равных», — заявил в среду репортерам глава комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев, о чем сообщает государственное информационное агентство «РИА Новости».


Российский министр иностранных дел Сергей Лавров должен провести переговоры с Тиллерсоном на следующей неделе во время конференции по Арктике, которая состоится на Аляске. Русские надеются, что эти переговоры внесут какую-то ясность.


Русские хотят кое-чего от американцев, скажем, вывода системы противоракетной обороны из Румынии и Польши. Но ничего конкретного в этом вопросе не было достигнуто. Обильные похвалы Трампа в адрес российского лидера на этапе президентской гонки постепенно сошли на нет, поскольку на первый план вышли другие проблемы, включая многочисленные расследования фактов российского вмешательства в предвыборную гонку и острые разногласия в вопросе применения Сирией в апреле месяце химического оружия против собственного народа.


С другой стороны, как отмечает Фролов, Кремль высоко ценит то обстоятельство, что администрация Трампа в основном хранит молчание по поводу внутрироссийских проблем, таких как жестокие действия в отношении лидеров оппозиции, аресты участников протестов, преследования и пытки гомосексуалистов в Чечне.


Канцлер Германии Ангела Меркель была не столь сдержанна во вторник во время совместной пресс-конференции с Путиным. Она подняла вопрос о преследовании организаций гражданского общества, гомосексуалистов и религиозных сект и в то же время с насмешкой отнеслась к заявлению Путина о том, что смена власти в соседней Украине была недемократической.


Более осмотрительная позиция американцев говорит о том, что Вашингтон не хочет закрывать каналы общения, отмечает Фролов. Поэтому Кремль скорее всего будет приветствовать поэтапный подход к внешнеполитическим проблемам и откажется от идеи большой сделки.


В частности, Москва хочет договориться по Сирии, потому что Путину не нужны неприятные сюрпризы из этой страны в момент, когда в России в конце 2017 года всерьез развернется президентская кампания.


Обе стороны понимают, насколько опасна конфронтация между ними, особенно в случае ее чрезмерного усиления. Как отмечает руководитель Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин, остается риск столкновения в Сирии, но вместе с тем, там существует возможность найти дипломатическое решение.


Путин уже два дня подряд повторяет на своих пресс-конференциях, что Соединенные Штаты могут внести важный вклад в решение сирийской проблемы. В среду он отметил, что Трамп поддержал идею создания зон безопасности, которую Россия официально выдвинула и начала отстаивать в среду в рамках нового раунда сирийских мирных переговоров в столице Казахстана Астане. Трамп отправил на эти переговоры высокопоставленного американского дипломата.


«Оптимисты в Москве и Вашингтоне надеются, что российско-американские отношения больше не будут ухудшаться», — написал Тренин в статье, размещенной на вебсайте Центра Карнеги.


Пока еще преждевременно рассчитывать на открытое сотрудничество, говорит Тренин и другие эксперты. По их прогнозам, отношения не изменятся, пока не будут согласованы условия взаимодействия. В этом способна помочь встреча двух президентов в Гамбурге, если исходить из того, что Трамп, наконец, перестанет избегать Путина.