Москва хвалится «зонами деэскалации», Вашингтон считает дни до захвата Ракки, а Анкара пытается нейтрализовать курдов. В ближайшие недели важнейшие вопросы в Сирии будут решаться между Россией, Турцией и Соединенными Штатами.


Похоже, Кремль решил каким-то образом согласовать с Белым домом вопрос заморозки конфликта и неформального раздела сфер влияния в Сирии. Проблема заключается в том, что американцы не спешат заключать «сделку» на российских условиях, а Тегеран и Дамаск хотят продолжать войну до победного конца. Впрочем, и иранцы, и Асад опасаются, что Кремль решит поступиться их интересами ради баз в Сирии и выгоды в других регионах мира. Ситуация в любом случае остается неясной и оставляющей широкое поле для интерпретаций.


Крематорий Асада


Москва совершила ошибку, обнародовав фотографию из Овального кабинета, на которой изображены улыбающиеся Дональд Трамп, Сергей Лавров и Сергей Кисляк. Российский посол замешан в нескольких скандалах вокруг ключевых фигур избирательного штаба Трампа, расследованием которых занимается Конгресс. Кроме того, все это совпало с отставкой директора ФБР Джеймса Коми (James Comey). В итоге на американского президента обрушилась беспрецедентная волна критики, связанной с Россией. Волей-неволей Трампу вновь придется доказывать, что он не принадлежит к числу русофилов, и предпринять политические шаги, которые не доставят Кремлю радости, как это сделали фотографии из Белого дома, зато будут иметь гораздо более существенное значение.


Положительные сигналы, о которых после визита Лаврова в США говорила российская сторона, очень скоро свел на нет советник американского президента по национальной безопасности Герберт Макмастер (Herbert McMaster), заявив о «разрушительной политике» России в Сирии. Кроме того, практически сразу после встречи с Лавровым Трамп принял у себя главу украинского МИД Павла Климкина.


По-настоящему «тяжелую артиллерию» американцы пустили в ход 15 мая. Исполняющий обязанности помощника госсекретаря по ближневосточным делам Стюарт Джонс (Stuart Jones) обнародовал список преступлений, совершенных режимом Асада за последние шесть лет гражданской войны, и обвинил сирийское правительство в том, что оно построило на территории военной тюрьмы крематорий и сжигало там тела тысяч казненных узников. Государственный департамент продемонстрировал спутниковые снимки этого крематория. «Факты, которые мы сегодня обнародуем, основаны на сведениях, которыми располагают международные и местные неправительственные организации, на сообщениях прессы, а также оценках разведывательного сообщества», — отметил Стюарт.


Крематорий находится на территории знаменитой военной тюрьмы «Сайедная» в окрестностях Дамаска. О ней заговорили в феврале прошлого года, когда организация Amnesty International описала царящие там нечеловеческие условия. В этой тюрьме подвергают пыткам и казнят тысячи людей. Массовые казни (от 20 до 50 человек) путем повешения проходят каждую неделю. В период с 2011 по 2015 год там, согласно некоторым оценкам, погибли около 14 тысяч человек.


МИД Сирии отвергает связанные с крематорием обвинения. Государственное информационное агентство SANA приводит слова представителей ведомства, которые называют обвинения американцев «оторванной от реальности голливудской историей».


Однако уже видно, что Вашингтон не случайно поднял эту тему на поверхность. «Режим Асада перешел на новый уровень морального падения, пользуясь в своих действиях безусловной поддержкой России и Ирана», — сказал журналистам пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер (Sean Spicer). Он заявил, что США смогут поддержать российско-иранские дипломатические усилия в Сирии только тогда, когда Москва и Тегеран заставят Асада отказаться от совершения преступлений. Можно, пожалуй, констатировать, что этот шаг стал ответом на российское предложение по созданию так называемых зон деэскалации, который позволил обойтись без прямой реакции на московскую инициативу.


Зоны (де)эскалации


Российский план — это попытка вернуть себе позицию, которую она утратила после химической атаки Асада на находящийся под контролем оппозиции город и последовавшим за ней ответом американцев, которые нанесли удар по базе правительственных сил. Лучшим результатом для Кремля стало подписанное в конце декабря соглашение с Ираном и Турцией по урегулированию конфликта в Сирии, но теперь Москва лишилась доминирующей роли в этой стране. Путин пытается реанимировать этот договор, поэтому появление новой инициативы совпало с новым раундом переговоров в Астане, которые ведутся под руководством Москвы, Анкары и Тегерана. 3 мая российский президент сообщил о плане по созданию в Сирии зон безопасности.


На самом деле шансов на претворение его в жизнь мало, так как договоренность не способствует решению курдского вопроса. Размещение иностранных военных контингентов выглядит нереальным, поскольку оно станет попыткой легализовать уже присутствующие в Сирии иранские и российские силы.


Сирийский режим не готов идти на какие-либо компромиссы с оппозицией, стремясь при помощи военных средств вернуть себе контроль над всей страной. Захватив Алеппо, Асад начал заглядываться на провинцию Идлиб, однако без помощи союзников — особенно российской авиации — добиться своей цели он не сможет.


Россияне не горят желанием ему помогать, а турки имеют на Идлиб свои виды. Это последний бастион бунтовщиков, которых поддерживает Анкара. Наступление Асада при поддержке Ирана на эту провинцию приведет к столкновению с Турцией, а это, в свою очередь, будет означать распад «тройки» — блока, который в декабре прошлого года создали Москва, Анкара и Тегеран. Предотвратить такой сценарий развития событий может создание зон деэскалации, одной из которых должен стать Идлиб. Три другие должны в начале июня появиться на севере провинции Хомс, в Восточной Гуте (район Дамаска) и в южных районах на границе с Иорданией.


Оппозиция отвергла этот план, поскольку одной из стран-гарантов перемирия выступит Иран. Правительство в Дамаске, впрочем, не скрывает своих истинных намерений. Как подчеркнул глава сирийского МИД Валид Муаллем, создание зон не означает, что правительственные силы откажутся от возможности «решительно реагировать» на случаи нарушения перемирия оппозицией. Зоны деэскалации будут закрыты для воздушных сил США и их союзников, однако сирийской авиации они не помешают. Уже видно, что Асад ищет любой предлог, чтобы, несмотря на режим прекращения огня и появление зон деэскалации, продолжить атаковать бунтовщиков на этих территориях.


Курды: союзник и враг


Российский план не представляет интереса для Трампа в первую очередь из-за того, что он не поможет борьбе с Исламским государством (это запрещенная в РФ террористическая организация, — прим.ред.), а именно эту цель Вашингтон считает приоритетной. Главной проблемой для США в этом отношении является Турция, которая все резче критикует американцев за поставку вооружений бойцам курдских Отрядов народной самообороны (YPG), играющих ключевую роль в наступлении на Ракку. Решив сделать эти силы своим главным сухопутным партнером в войне с ИГ, американцы вступили в принципиальный и опасный конфликт со своим союзником.


Анкара опасается не только создания очередной курдской автономии у своих границ (с этим была связана операция «Щит Евфрата» на севере Сирии). Она считает, что оружие, которое американцы поставляют YPG, впоследствии попадет в руки других курдских сил, в том числе Рабочей партии Курдистана. Турки решили показать, что на этот раз словами они не ограничатся. 25 апреля турецкая авиация нанесла удары по целям в районе горы Карачок (это северо-восточная Сирия между городами Эль-Хасака и Эль-Камышлы). После налетов, в результате которых погибли несколько десятков курдов, Россия и США предприняли шаги, нацеленные на то, чтобы удержать Турцию от новых подобных операций. Российские военные появились в Эт-Телль эль Абьяде, а американцы — в Африне. Представитель американского командования посетил сирийский город Дерик, лежащий неподалеку от турецкой границы. На обнародованных в прессе фотографиях рядом с ним виден член Рабочей партии Курдистана Шахин Джило (Şahin Cilo), которого турки считают террористом.


Отряды народной самообороны угрожают отказаться от наступления на Ракку, если США не займут более решительную позицию и не остановят турецкие налеты. В мае появилось сообщение, что Трамп дал добро на новые поставки оружия курдам. Это должно способствовать форсированию операции. Вскоре премьер Турции Бинали Йылдырым (Binali Yıldırım) заявил, что, по сообщениям Вашингтона, после захвата Ракки силы YPG покинут регион. Американцы, как он добавил, заверили, что изменений в структуре населения в северной Сирии не произойдет. Несмотря на успокаивающие новости из США, Анкара решила перестраховаться. 15 мая вице-премьер Вейси Кайнак (Veysi Kaynak) заявил, что Генеральный штаб рассматривает возможность создания военной базы неподалеку от сирийского города Эль-Баб. Турки и их союзники после ожесточенных боев отбили его у джихадистов в феврале этого года в рамках операции «Щит Евфрата».


Не принесла перелома и долгожданная встреча Трампа с Эрдоганом, которая состоялась 17 мая. После переговоров в Белом доме оба политика положительно отозвались о состоянии двусторонних отношений, но обошли молчанием стратегию борьбы против Исламского государства.


Между тем падение Ракки — уже не за горами. Официально операция началась в ноябре прошлого года, однако перелом наступил лишь в марте, когда удалось перекрыть основную дорогу, ведущую в город. Сейчас арабско-курдская коалиция (Демократические силы Сирии) нанесла очередной удар: 10 мая она отбила у джихадистов город Эс-Саура и захватила крупнейшее в Сирии водохранилище и электростанцию на Евфрате. Эс-Сауру называют «воротами в Ракку» — это последний важный пункт сопротивления на пути в столицу ИГ. Неудивительно, что джихадисты отчаянно сопротивлялись, продержавшись почти три недели. А Демократические силы Сирии (костяк которых составляют курдские Отряды народной самообороны) стремились добраться до Эс-Сауры и занять ее до того, как там появятся наступающие с запада правительственные силы.