Как раз на том месте, где сегодня ноги со скрипом пробираются сквозь тонкую белую корку из соли и песка, раньше рыхлили дно сомы в поисках моллюсков. Маленькие лещи прятались в водорослях, когда над ними неожиданно появлялась зловещая тень судака, а иногда в воде оказывалась грубая сеть, сулившая гибель. Однако она не создавала длительных лакун, и каким-то чудесным образом обитавшие здесь рыбы восстанавливались сами по себе. Именно в этом месте когда-то плескалось огромное море со слегка соленой водой, по площади сравнимое с Баварией, — это было Аральское море. И все это, конечно же, не происходило, как многое другое в прошлом, на удалении в пару геологических временных зон — все это случилось на протяжении жизни двух-трех поколений. Люди все это видели и печально рассказывают об этом.


Там, где еще в 1950 году была вода, сегодня простирается степь, над которой проносится вызывающий тревожные ощущения ветер с северо-востока. Он заставляет трепетать редкую траву, погоняет пару верблюжьих колючек и доводит почти любого человека до отчаяния. В то же время коричневых, косматых верблюдов он совершенно не беспокоит. Эти верблюды пасутся где-то в степи, и создается впечатление, как будто какой-нибудь торговец забыл о них и оставил их где-то на обочине Шелкового пути. В течение тысячелетий Аральское море часто меняло свою береговую линию — оно становилось то меньше, то вновь расширялось. Однако, начиная с 30-х годов XX столетия обе питавшие его реки, Сырдарья и Амударья, становились все менее полноводными, а их воды направлялись на новые хлопковые плантации.


Все эти вызывавшие восторг достижения в области производства хлопка привели к катастрофе. В 60-е годы это озеро начало сокращаться, и уже никто не смог остановить этот процесс. В какой-то момент от озера остались всего две части — Малый Арал на севере, а также Большой Арал на юго-западе. В 2014 году оба эти водоема составлял лишь десятую часть от зеркала бывшего озера. Вода в нем всегда была достаточно соленой. Но тогда содержание соли значительно увеличилось. Все виды ранее обитавших здесь рыб погибли. Рыбные промыслы, которые обеспечивали десяткам тысяч людей заработную плату и хлеб насущный, значительно сократились. А после развала Советского Союза в 1989 году они вообще перестали существовать.


Как раз на северном берегу Малого Арала еще можно увидеть три-четыре проржавевших остова бывших рыболовецких судов с разрушенной носовой частью и остатками палубных надстроек. Птичий помет покрывает потрескавшиеся детали корпуса, а на черной трубе можно еще заметить выцветшие серп и молот. Эти железные ящеры — последние представители своего рода. Несколько лет назад в степи находилось двадцать или тридцать подобных экземпляров, однако большинство из них были разобраны местным населением, а демонтированные части увезены в другие места. Металлолом способен, по крайней мере, принести немного денег.

Остатки корабля на месте высохшего Аральского моря

Небольшой автобус останавливается прямо у обломков корабля, четыре человека в засаленных комбинезонах и покрытых чешуей специальных резиновых сапогах до пояса смотрят вниз на серое озеро и защищаются от сильного ветра с помощью сигарет и бутылки водки. Мы — рыбаки-любители, говорит один из них. «Незаконные», — тихо добавляет Бахыт, наш водитель. А рыба вновь появилась в озере? Естественно, говорит этот человек, который под всеобщих смех называет себя «бригадиром», и начинает декламировать почти как стихотворение: «Золотые рыбки. Судаки длиной с руку. Жирные карпы. Доллары, доллары, доллары». А разве это озеро не находится в состоянии агонии, как об этом все пишут? Плотина, хвастливо заявляет этот мужчина. Плотина? После этого он поворачивается, и без дальнейших объяснений все четверо уезжают.


В степи, в получасе езды находится поселок Старое Акеспе. Дюны уже образовались между домами и разваливающимися постройками, а двое соседей защищают свои внутренние дворы вместе с импровизированными туалетами от надвигающегося песка с помощью стены из кустарника. В 2009 году большая часть жителей уехали из этого села и построили себе новые дома в десяти километрах отсюда на берегу озера. Пожилая женщина и ее внук с любопытством выглядывают из-за дощатой стены. Осталось всего десять семей, говорит эта женщина. Она и ее дети здесь выросли. Они не могли так просто отсюда уехать. Это их родные места.


Поселок Новое Акеспе расположен прямо на берегу озера, и состоит он из ряда выстроенных как по линейке домов с кровлей из листового железа, а рядом с ними находятся также выстроенные в ряд опоры линии электропередачи. Три верблюда скрываются от ветра за сараем, тогда как еще один стоически противостоит суровой природе. Малина, школьный преподаватель английского языка, приглашает отведать казахских угощений. На столе жареная рыба — камбала речная, лещ и даже судак, — и все это предлагается брать руками. Эта молодая женщина время от времени организует подобные встречи с туристами. По ее словам, в течение последних двух лет такие группы все чаще приезжают. Ее муж — рыбак, как и все остальные мужчины в этом поселке, говорит она. И сейчас он там, где днем и должны находиться все рыбаки — на озере. И она начинает объяснять тайну плотины.


Строительство Кокаральской плотины было закончено в 2005 году, и теперь она не дает водам реки Сырдарьи, оказавшимся в Малом море, продвигаться дальше на юг. После завершения строительства уровень воды стал увеличиваться более быстрыми темпами, чем предполагалось, и теперь он уже достиг гребня плотины. Содержание соли нормализовалось, и рыбы вернулись. В принципе местные жители вполне довольны уловами, говорит Малина. В селе даже находится небольшая морозильная установка, и поэтому рыбу теперь не обязательно отвозить каждый день. Южное Аральское море, естественно, из-за построенной плотины получает меньше воды, чем раньше. Ему больше уже ничего не поможет. Спасти одно озеро, или дать постепенно высохнуть обоим — плотина явилась следствием горькой логики.


И Аральск теперь вновь получил надежду. Этот расположенный на северо-востоке город когда-то был центром на берегу озера. В нем находились мореходное училище, театр, ремонтная верфь, красивый парк, а также многочисленные заводы по переработке рыбы. 60 тысяч человек из разных частей Советского Союза когда-то работали здесь и зарабатывали неплохие деньги — это было пестрое смешение народов. Сегодня в центре города, в основном, расположены серые многоквартирные дома, а перед некоторыми из них можно увидеть металлические тюльпаны в человеческий рост — это символ 30 диких видов этого цветка, которые можно встретить в Казахстане.


Однако на окраине города строятся новые жилые дома — в основном, одноэтажные строения из кирпича с шатровыми крышами из гофрированной листовой стали. Между ними вклиниваются супермаркеты и заправочные станции. В небольшом рыбацком музее оживают воспоминания о великих прошлых временах. На стене висит картина, на которой изображены рыбаки в непромокаемых комбинезонах, которые заполняют свое судно до самого верха осетрами и лососями. Вырезанные из дерева лещи, сети, галерея героев труда, фото женщин, разделывающих рыбу, а также большой рабочий стол из крупного рыбозавода, за которым в период с 1925 года по 1989 года работали 16 директоров. Все эти предметы вызывают чувство ностальгии. Порт сегодня — это печальная тень того значения, который он имел в прошлом.


Вокруг большого и мутного водоема располагаются полуразрушенные постройки, стальные остовы двух грузовых кранов возвышаются на фоне серого неба, как умирающие свидетели былых времен. Однако эта ситуация, по сути, уже является вчерашним днем, заявляет с веселым оптимизмом Айна Баймаханова. Эта 35-летняя женщина является председателем общественной организации «Арал тенизи», которая была создана в 1996 году по инициативе датчан и которую с 2006 года стали поддерживать японцы.


В начале 1990-х годов в этом озере из-за большого содержания соли в воде могли обитать только речные камбалы, однако для их ловли требовались специальные приспособления и технологии, которых не было у местных рыбаков. Но именно эти проблемы и решались в рамках этого проекта. Кроме того, прямо на берегу озера было построено 18 небольших перерабатывающих заводов, а когда качество воды улучшилось, ученые перешли к следующему этапу и начали создавать в расположенных поблизости озерах рыбоводные хозяйства, разводили там все больше и больше различных видов, и сегодня в водах Аральского моря плавают уже 23 вида рыб.


В настоящее время Малое Аральское море поделено на 18 секторов, которые были распределены среди 2 тысяч лицензированных рыбаков. В настоящее время его водяное зеркало составляет примерно 110 километров на 60 километров, и это уже почти обычное озеро с типичными проблемами — пластиковые китайские сети не гниют, а если они теряются, то в них попадают обитающие здесь птицы. Вода тем временем плещется уже у самого верха плотины. Согласно существующим планам, ее высота будет увеличена еще на четыре-пять метров. «И через пять лет, когда вы снова приедете, вода, которая сегодня находится на расстоянии 35 километров от города, вновь будет заполнять бухту». При этом она смотрит на проржавевшие краны, как если бы они были ностальгическими памятниками далекого прошлого.


Та площадь водной поверхности, которая была утрачена этим озером, перешла во власть степей. Более 80% территории Казахстана, на которой Германия могла бы спокойно разместиться семь раз, состоит из сухой и бедной питательными веществами почвы, в которой имеется большое содержание глины, песка и обломков горных пород. Эта иногда белая, а иногда черно-серая земля покрыта скудной растительностью — зелено-серой полынью горькой и полынью обыкновенной, эремурусом и колючими кустарниками. Над ними возвышается плоская, голубая полусфера, которая постоянно превращается в грязно-коричневую оболочку, края которой к вечеру немного темнеют. Временами в небе появляется орел и описывает свои круги. А иногда на горизонте возникают очертания небольшого города, ограды кладбища, череды зубчатых фасадов с луковичными башенками, над которыми, как крохотные птицы, парит изображение полумесяца.


На подобных просторах подходящим средством передвижения является автобус и железная дорога. «Поезда в этих краях шли с востока на запад и с запада на восток», — написал в одном из своих романов киргизский писатель Чингиз Айтматов. На самом деле, рельсы идут из Алма-Аты на северо-запад, и они образуют связь с Транссибирской магистралью. Доставляет большое удовольствие, когда слышишь вдалеке издаваемый локомотивами шум. Этот повышающийся и понижающийся звук является биением сердца страны, а сопровождается он мелодичным, предупреждающим органным звуком, с помощью которого освобождается путь.


Дни и ночи в поезде могут быть комфортабельными, если ехать в Talgo, в старом роскошном испанском вагоне, определенное количество которых было закуплено Казахстаном. Купе для двоих предоставляет достаточно места, в вагоне-ресторане можно заказать манты, солянку и борщ, а также горы верблюжьих котлет с картофелем и казахское пиво. За окном вагона простирается страна, она плоская, как футбольное поле, конца и края у нее нет, бесконечное повторение одного и того же. Ощущается приятная усталость, сдержанную заботу о пассажирах проявляют проводники, снявшие свои синие пальто и черные меховые шапки, и постепенно под звук колес наступает ночь, а мы приближаемся к городу Туркестану — а также к тому времени, расстояние до которого еще больше.


Гигантское 44-метровое недостроенное сооружение является причиной того, что многие люди из Центральной Азии приезжают в этот город. Три раза посетить Туркестан — это все равно что повершить одно паломничество в Мекку. Тамерлан, великий предводитель тюркских народов, приказал в XIV столетии построить эту мечеть, которая должна была стать местом погребения Ходжи Ахмеда Ясави. Этот исламский пророк считался истинным наследником Мухаммеда. Он занимался сочинительством, преподавал, призывал к терпимости, а в возрасте 63 лет стал затворником для того, чтобы посветить себя медитации.


Однако Тамерлан умер еще до завершения строительства этого надгробного памятника, и никто не посчитал для себя нужным его достроить. И поэтому стоит этот входной портал как недостроенное кирпичное строение, а на самом веху из стены выступают опоры для каркаса. Остальная часть этого масштабного строения покрыто бело-голубой майоликой, тогда как ширина голубого купола составляет 22 метра. В главном зале центральное место занимает весящая две тонны металлическая чаша, из которой паломникам раздают подслащенную воду. Мужчины в черных куртках и женщины в простых головных платках устремляются со стопкой белых полотенец на руках к могиле святого и меняют их на те, которые были оставлены другими людьми — говорят, что они защищают, лечат и приносят утешение.


Затем происходит еще большее погружение в прошлое. В часе езды, в степи находится город Отрар — точнее, то, что от него осталось. Этот город в средние века было одним из главных торговых центров на Шелковом пути, а его население доходило до 200 тысяч человек. До сегодняшнего дня сохранились раскопанные стены, а также входные ворота из необожженного кирпича, которые были реконструированы для того, чтобы дать толчок фантазии. Это помогает гиду Назире — она рассказывает о том, как в 1219 году, когда Чингисхан подошел к этому городу, его войско занимало все пространство до самого горизонта. Со стен хорошо укрепленного города его жители смотрели на это море из палаток и людей. Они слышали ржание коней, звуки труб и воинственные крики воинов, однако они продолжали оказывать сопротивление и смогли продержаться пять месяцев. Затем у одного из жителей города сдали нервы — однажды ночью он открыл ворота, и город пал. Однако этого предателя не пощадил монгольский предводитель и приказал его казнить.


Степь простирается в северном и в западном направлении — она кажется бесконечной, всеми оставленной и безлюдной. Именно по этой причине руководство Советского Союза приняло решение о строительстве здесь космодрома «Байконур» — отработавшие ступени ракет не должны были падать на крупные города. Путешествие по истории на русских горках делает остановку на этот раз в Советском Союзе в годы правления Брежнева. В этой пустынной местности возводились один за другим жилые кварталы, здесь жили и работали сотни тысяч людей, а их задача состояла в том, чтобы завоевать космическое пространство для государства рабочих и крестьян. После развала Советского Союза Россия стала арендовать космодром у Казахстана, а позднее этот договор был продлен до 2050 года. Протесты были раньше, они есть и сейчас, поскольку ракетное топливо наносит ущерб окружающей среде, а также здоровью людей.


Однако 115 миллионов долларов в год, выплачиваемых за аренду, представляют собой весомый аргумент для любого правительства. Сегодня этот город с населением 70 тысяч человек выглядит как музей под открытым небом — за ним тщательно ухаживали, и он хорошо сохранился. Между больницей, стадионом, отелями и центром искусств, построенными в советском стиле, все вертится вокруг космоса. В центре города установлена для всеобщего обозрения ракета «Союз», а через две улицы — зеленая СС-17, которая могла оснащаться ядерной боеголовкой. В городе установлен памятник Юрию Гагарину — он представлен молодым человеком, который почти полностью скрыт своим костюмом — голова при установке была повреждена, и в спешке ее замена оказалась слишком маленькой.


Каждый старт пилотируемого космического корабля на «Байконуре» — это событие, которое отмечается в соответствии с установленным ритуалом, и сегодня присутствие посетителей приветствуется. Поездка из города до космодрома на автобусе занимает 20 минут. В это же время астронавты — русский, француженка и американец — еще в гражданских костюмах покидают гостиницу, в которой они в течение двух недель жили в условиях карантина. Под музыку группы «Земляне» они под вспышками фотоаппаратов проходят к автобусу. Присутствующие размахивают флажками, кричат «Ура!» и громко поют: «И снятся нам не рокот космодрома… а снится нам трава, трава у дома, зеленая, зеленая трава».

Пуск ракеты-носителя «Союз-ФГ» с пилотируемым кораблем «Союз МС-03» с космодрома «Байконур»

Затем посетителей отвозят на Аллею Космонавтов, где все космические путешественники сажают деревья. Еще достаточно времени для посещения музея Гагарина. Повсюду стоят насосы, вентиляторы, решетки, назначение которых непонятно даже для всезнающих специалистов-любителей. Здесь многое происходило в первый раз — были запущены в космос первый спутник, первые животные, первый человек. Этого перового невысокого человека, этого улыбающегося Юрия, любят все — как русские, так и казахи. Несмотря на все политические колебания, он остается бесспорным героем.


Затем этого гиды сообщают о завершении экскурсии, после чего дюжина автобусов отправляются на смотровую площадку. Ракета «Союз», находящаяся на расстоянии в несколько километров, в сумерках кажется небольшой, как стрела, нацеленная в небо. На экране можно видеть все то, что происходит в кабине космического аппарата — там астронавты уже заняли свои места в своих специальных креслах и проверяют аппаратуру; один из них нетерпеливо барабанит пальцами.


Осталось девять минут, три минуты, одна минута — внезапно ночная тьма взрывается под воздействием огня, грохота и мощи запущенных двигателей. Воздух сотрясается, неимоверная сила образуется внутри раскаленного добела огненного шара, грохот и рокот разносятся по все стороны — все это захватывает и одновременно пугает. Еще несколько секунд эта стрела остается неподвижной в этой сверкающей, как солнце, огненной сфере, как будто она не хочет отрываться от земли, но затем начинает подниматься вверх, ее скорость увеличивается, а за собой она оставляет раскаленный докрасна шлейф, и вот она уже превращается в точку, она устремляется к звездам, становясь все меньше и меньше.


«Все системы функционируют», — сухо сообщает диктор. И, наконец, появившееся высоко вверху в темноте серое облако дыма свидетельствует о том, что двигатели первой ступени успешно отделились от ракеты. Пилотируемый космический аппарат «Союз-ФГ» с экипажем МКС 53С на борту, как и было запланировано, ровно в 2:20 успешно состыковался с Международной космической станцией — не было никаких отклонений, техника соответствует требованиям времени. Нормальная работа в Казахстане в 2017 году.