Катастрофа малайзийского боинга изменила все. 17 июля 2014 года ракета типа «Бук» сбила пассажирский самолет в небе над Донецком, все 298 человек, находившихся на борту, погибли. Затем ЕС вслед взял новый курс: Брюссель, который долгое время медлил, несмотря на боевые действия на Востоке Украины, ввел экономические санкции против России.


Первые санкции вступили в силу 1 августа 2014 года и после были расширены. Среди санкций — оружейное эмбарго, а также запреты на продажу России гражданских технологий, которые могут использоваться и в военных целях, а также технологий для разведки новых нефтяных месторождений. Кроме того, под санкциями оказался ряд российских госконцернов, среди которых много государственных банков: им заблокировали доступ к международным рынкам капитала.


Экономические последствия санкций трудно оценить. Они совпали по времени с потрясениями на международных энергетических рынках. Цены на нефть — важнейший российский экспортный продукт — с конца 2014 года значительно снизилась.


Россия погрузилась на два года в рецессию. Но с начала года настроения в Москве улучшились. Экономика вновь показывает незначительный рост. Прогноз на 2017 год — прирост от 0,7 до 1,5%.


Эксперт по России Крис Уифер (Chris Weafer) объяснил в интервью, почему страна пережила двойной шок — падение цен на нефть и санкции — лучше, чем предполагалось, и почему Владимиру Путину все же следует, наконец, урезать власть крупных госконцернов.

 

Spiegel: Почему России удалось избежать коллапса, который предсказывали многие эксперты?


Крис Уифер: В 2014 году, действительно, было распространено мнение, что спад экономики может составить 10% и в 2015 году у России закончатся деньги. Этого не произошло. Основная причина — гибкий курс рубля. Российский ЦБ не снижал искусственным образом курс, когда оказался под давлением из-за падения цен на нефть, в отличие от многих других нефтедобывающих стран, у которых сегодня возникли намного более крупные проблемы.


— Каковы последствия слабого рубля?


— Значительно сократился дорогой импорт, от этого выигрывают отечественные компании. Российская экономика сегодня очень конкурентоспособна. Зарплаты упали, налоги низкие. Россия для некоторых производителей сегодня выгоднее, чем Китай. Вместе с тем, госбюджет остался стабильным, потому что цена на нефть в долларах хотя и снизилась, но и доллар стал дороже по отношению к рублю. Тем самым правительство может и дальше обеспечивать пенсии и государственные расходы


— Как обстоит ситуация с российскими финансами?


— Они в очень хорошем состоянии. Госдолг все еще значительно ниже, чем у большинства западных стран. Внешний долг сейчас намного ниже 20% объема ВВП. Резервы ЦБ вновь увеличились до 350-400 миллиардов долларов. Массовый отток капитала прекратился.


— С чем это связано?


— Путин в течение последних 15 лет поддерживал осторожную позицию министерства финансов в отношении внешнего долга. Президент считает, что иметь слишком большие внешние долги, значит, подрывать национальную безопасность. В отношении государственных расходов Кремль в ходе кризиса остался дисциплинированным, хотя парламент и хотел получить денег, чтобы дать импульс росту. Безработица тоже не стала крупной проблемой — большая часть потерянных рабочих мест пришлась на гастарбайтеров из стран Центральной Азии.


— Реальные доходы населения падали в течение почти 30 месяцев подряд. Это приводит к недовольству?


— Посыл российских СМИ за последние годы был следующим: Россия — цель экономической атаки Запада. Люди в проблемах винят, скорее, США или ЕС, а не Кремль. Поддержка правительства остается на высоком уровне.


— Рост продолжается?


— Вряд ли экономика будет намного сильнее расти. В 2017-2018 годах это будет максимум 1,5%, в 2019 и 2020 году, возможно, 2,0-2,5%. Большего с сегодняшней экономической структурой России не достичь.


— Что Вы имеете в виду?


— Правительство стремится к росту в размере четырех процентов. Чтобы этого достичь, России нужен постоянный приток прямых иностранных инвестиций. Для этого нужно убедить инвесторов, что правительство «на этот раз» действительно решительно настроено улучшить условия для инвестиций и деловой климат.


— Что препятствует развитию российской экономики?


— Сейчас заметна недостающая диверсификация. Россия оказалась чрезвычайно сильно зависимой от цен на нефть. Кроме того, страна сильно зависит от иностранного капитала. Вместе с тем, за границей вложено 750 миллиардов долларов российских денег. Российские инвесторы слишком мало доверяют собственной стране и своему экономическому будущему. Сегмент малого и среднего бизнеса в размере 20% слишком мал, доминирует сегмент государственных концернов в размере 65%. Это означает, что инновационная часть экономики крайне мала. А должно быть с точностью наоборот.


— Россия с момента вступления в должность Путина в 2000 году обсуждает фундаментальные структурные реформы.


— Кажется, на этот раз необходимость настоящих перемен поняло больше высокопоставленных чиновников, чем ранее. Без них экономика будет стагнировать, может наступить общественная ответная реакция и политические последствия. Стало понятно, что и высокие цены на нефть не приведут к успеху. Даже в 2013 году, при цене на нефть в размере 110 долларов, рост экономики составлял всего 1,3%.


— Бывший министр финансов Алексей Кудрин представил президенту проект реформ «Стратегия 2035». Приведет ли это к прорыву?


— Я уже 19 лет в России. У меня возникло твердое впечатление, что страна и правительство только тогда начинают принимать правильные меры, когда не остается никакого другого выбора или последствия бездействия еще хуже. Я думаю, Путин достиг сегодня этого момента.


— Насколько?


— Он хочет войти в историю как человек, который оставит страну в намного лучшем состоянии, чем когда он пришел к власти. Сегодня позиция России в мире намного сильнее, она вновь участвует в мировой политике. Но экономика — хотя и находится и в лучшем состоянии, чем в хаотичные 90-ые годы, тем не менее остается слабой. По данным опросов, недовольство населения растет. Если Путин сейчас не сконцентрируется на экономике, в следующий президентский срок он потеряет поддержку населения.


— Китай выиграл от кризиса между Россией и Западом?


— С 2014 года Россия попыталась открыться для Китая. Политики пропагандировали поворот в сторону Азии, чтобы заменить Запад в качестве важнейшего партнера. Китай ответил не так, как надеялись в России. В 2014 году глава госбанка Сбербанк после поездки в Пекин сказал: «Мы стояли в длинной очереди людей, которые хотели денег, и никто нас не позвал вперед».

 

Крис Уифер — один из самых авторитетных знатоков российской экономики. Он работает в России более 19 лет. Уифер являлся главным стратегом Сбербанка, Альфа-банка и финансовой группы «Уралсиб». С 2013 года он работает в Москве как независимый консультант.