Это было недостойно американского президента? В ходе непродолжительной беседы с первой леди Франции Брижит Макрон (Brigitte Macron), которая на 24 года старше своего супруга, Дональд Трамп сделал следующее замечание: «Вы все еще в удивительно хорошей форме». Повторив неудачный комплимент и добавив в него слово «физическая», Трамп устранил любые сомнения в том, что речь шла о физической форме супруги президента.


Нелепая оплошность в ходе визита американского президента в Париже вызвала в социальных сетях бурную реакцию и оказалась на первых полосах международных СМИ. Не то чтобы она вытеснила важнейшие мировые события, как смерть арестованного китайского правозащитника и лауреата нобелевской премии мира Лю Сяобо.


Однако на повседневное обсуждение глобальные темы не претендовали — в отличие от встречи новичков мировой политики и, например, вопроса, что же Макрон и Трамп придумали относительно послевоенного устройства в Сирии, о котором они собирались говорить в ходе встречи. Как кажется, они едины во мнении, что нужно смириться с сирийским диктатором и убийцей Башаром Асадом у власти.


Панды вместо политики


В то время как Лю Саобо был при смерти в строго охраняемой китайской тюремной больнице, руководитель режима, который заставил правозащитника замолчать, продемонстрировал, как при помощи PR можно заставить исчезнуть хмурую политическую действительность.


Незадолго до саммита «Большой двадцатки» в Гамбурге глава Китая Си Цзиньпин позировал в Берлине фотографам на фоне милых панд, которых пекинский режим подарил Германии. Рядом с ним была Ангела Меркель, которая закрепила свои новые тесные связи с защитником свободной торговли, китайским коммунистом, в противовес трамповскому протекционизму, милыми фотографиями, на которых царила гармония.


Мировая политика все больше становится персонализированным шоу. Конечно, истории о крупнейших лидерах всегда восхищали общественность. Цвет костюма Джеки Кеннеди порой интересовал больше, чем политическое содержание разговоров между ее супругом и советским лидером Хрущевым.


Культ внимания


Однако сегодня, когда мировые политические отношения становятся все более сложными, нагромождение политических связей все труднее просматривается, внимание СМИ обращается в первую очередь на трактовку личной модели поведения мировых политических актеров — в надежде, что из их жестов можно сделать вывод об их внутренних убеждениях, которые остаются загадкой в их публичных выступлениях.


Трамп, Путин, Эрдоган и — хотя совсем иным образом — Макрон являются выражением политического типажа с харизматическим эго без запрограммированной системы, который не укладывается в привычную, закрытую идеологическую схему. Их нимб основывается в первую очередь на их непредсказуемости и способности удивлять, или точнее, ожидании аудитории, быть удивленными в любой момент.


Это делает их в большой степени сопоставимыми с развлекательной индустрией. Вокруг перформанса сложился такой культ внимания, как вокруг знаменитостей шоу-бизнеса. Между ним и профессиональной политической аналитикой стирается граница.


Есть «химия»?


В качестве первого политического вопроса на уровне папарацци фигурируют следующие: Протянет ли руку один лидер первым или наоборот, насколько сильно и как долго они будут пожимать друг другу руки? Какие выводы можно сделать из их мимики, можно ли по ним прочитать, есть ли между ними «химия» и какой уровень подчинения между ними?


Подогреваемые медийной зацикленностью на движениях лидеров, межгосударственная дипломатия возвращается к архаичной практике кланов, чьи вожди решали вопросы войны и мира, конфликта или сотрудничества, права или его отсутствия между собой. Ожидаемая долгое время с нетерпением встреча Трампа и Путина на саммите «Большой двадцатки» в Гамбурге ознаменовала собой низшую точку этой регрессии.


На двухчасовую встречу оба лидера взяли с собой только министров иностранных дел и переводчиков — не было ни советников, ни экспертов. Не было жесткой повестки, встрече не предшествовала интенсивная содержательная подготовка. С момента этой встречи, как отмечает американский историк Энн Эпплбаум (Anne Applebaum), не существует отношений между США и Россией, а есть отношения между Трампом и Путиным.


Мировые лидеры


То, что после встречи стало известно общественности, было направлено на то, чтобы сбить ее с толку. Российская пропаганда использовала это для того, чтобы при помощи сфабрикованных фотографий создать уникальное значение незаменимого Путина среди всех мировых лидеров.


Трамп воспользовался встречей, чтобы разрядить обстановку, снять давление, которое возникло из-за расследования его причастности к вмешательству России в американские выборы.


После того как он ранее говорил об этих сообщениях как «фейковых новостях», теперь он направил их против Путина, однако видимо только для того, чтобы обеспечить себе оправдание и не делать подобного в будущем. Лишь неохотно он опроверг утверждение Путина, что тот принял его заверения, что не имеет ничего общего с кибератаками против США.


Введение в заблуждение


Непосредственно после встречи Трамп написал в Twitter, что он согласовал с кремлевским автократом общую «кибероборону», чтобы подобные вмешательства в будущем не были возможными. Но только для того, чтобы затем после протестов, в том числе со стороны республиканцев, вновь быстро отказаться от этого абсурдного и циничного заявления о том, чтобы «пустить козла в огород».


Трамп и Путин согласовали на встрече «перемирие» на юге Сирии — однако там уже действуют официально два ранее согласованных перемирия, которые прежде уже нарушались.


Путин и Трамп ведут мировую политику в параллельный виртуальный мир, который практически не имеет ничего общего с настоящей реальностью. Цель этих выступлений — введение в заблуждение людей до тех пор, пока ни один аналитик не сможет проследить весь поток дезинформации и обманных маневров, а они получат зеленый свет на произвол и сообщничество.


Антидемократический принцип


Трамп — пока только ученик, глава Кремля, напротив, — виртуоз. Путин показал, как подчинить общество автократическому господству, которое основано на стирании грани между правдой и ложью, фактов и вымысла. А Трамп пока еще подчиняется контролю демократических институтов и свободной, критической общественности.


Однако чем дальше мы погружаемся в мнимую реальность, к которой нас хотят привлечь самовластные лидеры, тем больше мы сами способствуем эрозии институциональных защитных механизмов, которые ставят границы волюнтаризма.


Как только мы начнем обращать больше внимания на новомодные аксессуары Мелании и Иванки Трамп, чем на «кумовство», которое вошло в Белый дом вместе с президентом, это будет означать, что мы приняли этот антидемократический принцип и считаем его нормальным. Не верить больше фотографиям и еще меньше — тексту, потому что к этому нас подталкивают вожди, и это становится естественной демократической обязанностью.