Офицеры разведывательных служб иногда говорят об «отдаче» — ситуации, когда скрытые операции оборачиваются негативными последствиями для страны, которая их инициировала. Именно так и произошло в случае со скрытыми попытками России вмешаться в американские президентские выборы, повлекшими за собой череду непредвиденных негативных последствий для Москвы.


Кремль продолжает выступать с высокомерными заявлениями, обвиняя США в «политической шизофрении», развившейся в ответ на хакерские атаки россиян. Этим летом в Москве я даже столкнулся с нотками торжества — ощущением, что США переживают упадок и что хозяйкой ситуации стала вернувшая себе утраченную мощь Россия.


Вмешательство в американские выборы привело к возникновению антител к российскому влиянию: Америка в бешенстве, Европа насторожилась, а Сирия и Украина постепенно превращаются в «трясины». Москва все еще остается до опасного амбициозной реваншистской державой, однако сегодня достичь ее геополитических целей стало гораздо труднее, чем год назад.


Основные пункты скрытых российских операций были лучше всего изложены в докладе разведывательного сообщества, опубликованного 6 января: «Президент Владимир Путин распорядился провести кампанию влияния в 2016 году, нацеленную на президентские выборы в США». Цели России заключались в том, чтобы «опорочить» Хиллари Клинтон и «по возможности помочь» Дональду Трампу. Более масштабная цель заключалась в том, чтобы «подорвать либерально-демократический порядок во главе с США».


Что обо всем этом думают на Лубянской площади? Да, Трампа действительно избрали президентом США, однако факторы, лежавшие в основе выбора американцев, вовсе не ограничивались работой российских троллей и ботов. Нет никаких сомнений в том, что глобальный порядок нарушен. Но с момента инаугурации Трампа мир начал двигаться в направлении, противоположном тому, на которое, должно быть, надеялись московские специалисты по активным мерам.


Ниже я кратко перечислю проявления этого глобального сопротивления.


Вмешательство России спровоцировало мощную ответную реакцию со стороны как демократов, так и республиканцев Конгресса. Практически единодушное одобрение закона о введении новых санкций в июле продемонстрировало, как наступление Путина на механизмы американской политики объединило прежних противников в Конгрессе. «Россия» снова превратилась в негативный термин в американской политике, на что жалуются российские комментаторы. Потребуется много лет, чтобы это преодолеть. Но Путину некого винить, кроме самого себя.


После попыток России манипулировать ходом дебатов в европейской политике тоже началось оживление. Популистский пожар, который Россия пыталась тайком раздувать — и который охватил Великобританию в период голосования по Брекситу — был потушен. Умеренный центр сумел удержать в своих руках Нидерланды, Францию и Германию. Скрытая поддержка, которую Россия оказывала ультраправым националистам в Европе, отчасти ослабила эти движения. Чтобы сохранить свой авторитет, европейские политики как левого, так и правого толка активно заявляют о своей независимости от Москвы.


Манипуляции России в области интернета заставили множество компаний и гражданских групп активизировать борьбу против «фейковых новостей». Одним из примеров стала «панель управления», созданная «Альянсом в защиту демократии» Германского фонда Маршала, которая позволяет следить за 600 аккаунтами в Твиттере, связанными с российскими операциями влияния, и собирать данные о хештегах, темах и адресах URL. Теперь мир предупрежден и отчасти вооружен.


Интернет-компании и социальные сети пытаются найти технические способы противостоять троллям, ботам и фейковым новостям. Facebook планирует идентифицировать сомнительный контент и перенаправлять его в специальные организации, которые будут проверять достоверность информации и предупреждать пользователей в тех случаях, когда не будет найдено никаких подтверждающих данных. Google создает алгоритмы для идентификации надежных источников среди миллиардов страниц. Такие предпринимаемые частным сектором меры являются главной надеждой на сохранение основанного на фактах электронного пространства.


В результате расследований были выявлены группы и компании, предположительно связанные с российской хакерской кампанией, такие как WikiLeaks. Связи между Россией и WikiLeaks были подробно исследованы в новом издании «Красной сети» — блестящей книги российских журналистов Андрея Солдатова и Ирины Бороган. Они пишут, что в августе 2016 года WikiLeaks перенесла часть своего веб-хостинга в Россию.


В своей статье, опубликованной на этой неделе в New Yorker, Раффи Хачадурян (Raffi Khatchadourian) оспаривает заявления основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа о том, что Россия не имеет никакого отношения к публикации украденных хакерами документов. А издание New York Times сообщило, что украинский хакер, известный под ником Profexer, который, возможно, помог написать код, использованный российскими хакерами, сейчас сотрудничает с ФБР. Структура активных мер постепенно слабеет.


Одним из немногих положительных моментов для Путина стал рост поддержки со стороны республиканцев. Согласно результатам опроса, проведенного недавно аналитическим центром Pew, процент республиканцев, утверждающих, что они доверяют российскому лидеру, вырос почти в два раза с 2015 года, хотя сейчас он составляет всего 34%.


Проблема Путина заключается в том, что он отреагировал слишком резко. Его неприязнь по отношению к Клинтон и готовность поддержать Трампа заставили его нарушить одно из важнейших правил скрытых операций, а именно требование, чтобы они оставались скрытыми. Как Путин теперь ежедневно убеждается, секретные операции приводят к негативным последствиям в тех случаях, когда о них становится известно. Разоблачения ставят под удар методы и источники, включая тех, кто пытался замаскировать следы России.


Как бывший офицер КГБ Путин должен ценить парадоксальный урок этой шпионской истории: в эпоху интернета обман можно раздуть до невероятных размеров, но рано или поздно правда все равно станет известной.