В конце прошедшей недели в Армении произошло знаковое мероприятие: межпарламентские слушания по теме «Вопросы эффективного противодействия системы коллективной безопасности гибридным войнам в современных условиях». Назвать это обсуждение случайным вряд ли возможно, учитывая сложности вокруг урегулирования карабахского конфликта и наращивания Арменией своего военного бюджета.

 

Во время обсуждения армянские эксперты заявили, что апрельские боевые действия — классический пример гибридной войны… со стороны Азербайджана. Об этом, к примеру, заявил ведущий сотрудник Научно-образовательного фонда «Нораванк», эксперт ООН Ара Марджанян.

 

Что такое «гибридные войны»? Возможно ли, учитывая риторику Еревана, возобновление войны в Карабахе, особенно учитывая переход Армении с президентской на парламентскую форму правления?


В беседе с haqqin.az ведущий украинский военный эксперт Олег Жданов отметил, что при любой форме правления государством всегда есть должностное лицо, которое им руководит и уполномочено от имени этого государства вести переговоры.


«Вопрос в результативности переговорного процесса. Если мнения сторон прямо противоположны и нет места компромиссу, то такие переговоры заходят в тупик. В таком случае дипломатия заканчивается и на первый план выходит силовой метод решения вопроса, а именно — война», — подчеркивает эксперт.


По его словам, сегодня существует много способов развязывания войны, от банального — отдача приказа перейти в наступление, до совершения провокаций от имени противника с переодеванием в его форму и совершением противоправных действий на его территории.


«Но самым новым способом развязывания войны сегодня является пример операции „Вежливые люди“, когда войска противника входят на территорию без опознавательных знаков, при поддержке сепаратистки и маргинально настроенного местного населения и местных политических элит. В первую очередь, происходит захват органов местного самоуправления и силовых структур МВД, СБ».


По словам собеседника, в этом случае блокируются воинские части (всех силовиков призывают перейти на сторону «народа» или сдать оружие и не оказывать сопротивления, при этом блокирующие прикрываются мирным населением, особенно женщинами и детьми), захваченное оружие раздается с целью формирования сил местного ополчения (народной милиции), формируются местные советы, возможно объявление о создании новых «субъектов международного права» (независимых государств, республик) с последующим их самоопределением. Дальнейшее наращивание сил этих новообразований происходит за счет переброски на эти территории войск страны агрессора под видом формирования ВС новых политических образований.


«Такой вид развязывания и ведения войны (получил название „гибридная война“) разработан Генеральным штабом Вооруженных сил России и опробован на Украине. Речь идет об операции по захвату Крыма и восточных регионов нашей страны. С целью пропаганды данного способа войны и запугивания мирового сообщества, особенно государств из числа бывших советских республик и стран Восточной Европы, данный вид „гибридной войны“ был продемонстрирован на учениях „Запад-2017“.


Подготовка такой войны требует больших усилий, времени и материальных затрат по разжиганию сепаратизма на планируемых к захвату территориях, — продолжает Жданов. — Главной особенностью развязывания гибридной войны является скоротечность первого этапа, до ввода основных сил противника на захватываемые территории, так как первый этап осуществляется малыми силами спецподразделений ВС агрессора. (События в Карагандинской области, северный Казахстан 2015 года, быстрая реакция силовых структур Казахстана свела на нет все усилия местного сепаратизма, что стало залогом успеха сохранения стабильности региона и отсутствия дальнейших попыток его захвата)».


По мнению Жданова, необходимо учитывать тот факт, что любая война, вне зависимости от способа ее начала, характеризуется постоянной необходимостью наращивания военных усилий, с целью быстрейшего достижения главного результата. «Это ведет к постоянной эскалации самого конфликта, что неизбежно приводит к применению всего арсенала вооружений имеющегося у участников конфликта, а также распространению ведения боевых действий на всю территорию стран участниц (активное применение авиации и ракет)».


По мнению собеседника, наличие союзников может как усиливать воюющую страну за счет военно-технической помощи, так и расширять масштабы конфликта с ввязыванием в войну новых участников.


«Что касается непосредственно проблемы Нагорного Карабаха, то ее решение силовым способом может быть рассмотрено только при гарантии неучастия других стран, иначе военный конфликт может перерасти в региональную, а может и большую войну», — уверен военный эксперт.