За все время своей работы психологом я так и не нашел пациента, которому нравилось бы быть наркозависимым или компульсивно переедать. Почему люди продолжают принимать наркотики, несмотря на общественное осуждение и последствия для здоровья? Что заставляет их поглощать все больше пищи вопреки советам врачей?


Ответом будут созданные современным обществом условия, идеально подходящие для появления этих зависимостей.


Общеизвестно, что стресс побуждает людей искать утешения в наркотиках или еде (выражение «заедать грусть» существует неспроста). Тем не менее в общественном сознании сохраняется ложное убеждение, что зависимость — либо порок, либо заданное от природы поведение, а значит, зависимые либо полностью владеют своим разумом, либо не владеют им вообще. Уже проведено множество исследований, доказавших связь между стрессом и зависимостью. Удивительнее то, что эти исследования свидетельствуют о непосредственном влиянии окружающей среды на состояние зависимости.


Нейробиологи обнаружили, что еда и наркотики влияют на одну и ту же систему вознаграждения в мозге, и мозги людей и прочих животных, переживающих стресс, подвергаются изменениям, которые делают их более подверженными зависимости.


Взгляните на опиоидную эпидемию. Согласно оценке, сделанной этой газетой в прошлом месяце, в 2016 году более 59 тысяч американцев умерли от передозировки наркотиков — наибольший годовой скачок в истории. В проведенном в 2015 году исследовании экономисты Принстонского университета Анна Кейс (Anna Case) и Ангус Дитон (Angus Deaton) доложили, что особенно тревожный рост числа смертей в среднем возрасте по сравнению с 1990-ми пришелся на белый средний класс. В значительной мере это было обусловлено «смертями от отчаяния», к числу которых относятся самоубийства, а также смерти из-за алкоголя и наркотиков. Эти люди не лишились вдруг своего морального стержня, став зависимыми. На деле они столкнулись с безработицей, устойчивым ухудшением своего положения в обществе, а значит, и с растущим стрессом.

© AP Photo, Dmitry Beliakov
Выпивший человек, одетый Дедом Морозом спит в московском метро

В исследовании 2010 года Диана Мартинез (Diana Martinez) и ее коллеги в Колумбийском университете просканировали мозг здоровых подопытных и обнаружили, что худшее общественное положение и меньшая поддержка со стороны окружающих (и то и другое считается причиной стресса) были связаны с уменьшением числа рецепторов дофамина под названием D2 в системе вознаграждения мозга.


Любые вознаграждения — секс, еда, деньги и наркотики — приводят к выбросу дофамина, который передает чувство удовольствия и говорит мозгу что-то вроде: «Это важное переживание. Не забывай его!».


Механизм вознаграждения был выработан, чтобы побудить нас к поиску пищи или секса в окружающей среде. Чем больше у вас D2-рецепторов, тем больше получаемые вами естественная стимуляция и удовольствие и тем меньше вероятность, что вы захотите использовать наркотики или еду, чтобы компенсировать ее недостаток.


Доктор Нора Волков (Nora Volkow), директор Национального института по изучению злоупотребления наркотиками, и ее коллеги продемонстрировали это в исследовании реталина. Здоровые, лишенные зависимостей люди с меньшим количеством D2-рецепторов испытывали удовольствие от употребления наркотика, тогда как обладатели большего их числа сочли эффект от наркотика неприятным.


Количество рецепторов не только влияет на вероятность употребления наркотиков, но и само меняется под их влиянием. В том же исследовании доктор Волков обнаружила, что у зависимых от кокаина, героина, алкоголя или метамфетаминов существенно снизилось число D2-рецепторов, которое не восстанавливалось а течение длительного времени после прекращения употребления наркотиков. У этих людей существенно снижена чувствительность к вознаграждениям, они менее мотивированы и могут воспринимать окружающий мир тусклым, что вновь побуждает их искать химические средства для улучшения повседневной жизни.


Употребление наркотиков также влияет на потерю самоконтроля. Доктор Волков установила, что сниженное количество D2 было связано с меньшей активностью предлобной коры, что ограничивает способность к критическому мышлению и сдержанности.


Те же исследования в нейробиологии позволяют нам понять механизмы, стоящие за компульсивным перееданием. Как и наркотики, еда стимулирует механизм вознаграждения мозга. Хроническое употребление насыщенных жиром и сахаром продуктов схожим образом связано со снижением числа D2, и люди со сниженным количеством D2 с большей вероятностью будут стремиться к подобной пище. Таким образом, образуется замкнутый круг, где употребление лишь сильнее разжигает желание.


Доктор Волков и ее коллеги продемонстрировали, что страдающие от тяжкого ожирения люди обладали сниженным количеством D2-рецепторов, и это снижение было пропорционально их индексу массы тела. Это притупление в механизме вознаграждения приводило к тому, что они не испытывали достаточного удовлетворения от потребления пищи в нормальном количестве. В то же время, при демонстрации ассоциирующихся с пищей изображений или запахов они испытывали больший аппетит, чем здоровые люди. Кроме того, как и наркозависимые, страдающие от ожирения с меньшем числом D2-рецепторов страдали от сниженной активности предлобной коры, что затрудняло для них самоконтроль.


Возможно, на этом этапе вы поинтересуетесь, что же задает первоначальное состояние механизма вознаграждения. Частично оно обусловлено наследственностью. Нам известно, что некоторые сочетания генов повышают риск зависимости от различных наркотиков. Однако проведенные на обезьянах исследования свидетельствуют, что окружающая среда может оказаться сильнее наследственности и повлиять на мозг.


Хорошей новостью является то, что хоть мы и неспособны изменить наследственность, мы можем изменить условия своей жизни.


Майкл Нейдер (Michael Nader) с медицинского факультета университета Уэйк Форест продемонстрировал это в своем исследовании влияния кокаина на обезьян. Когда обезьяны переводятся из личных клеток в общую, некоторые занимают лидирующие роли, а другие — подчиненные. Для обезьян, ставших лидерами, а значит, получающими больше внимания, ухода со стороны других обезьян, а также доступа ко вкусной пище, это изменение становится положительным. В результате у них растет число D2-рецепторов, и они менее заинтересованы в употреблении кокаина. Однако для оказавшихся в подчиненном положении животных перевод в общество приводит к стрессу, и в результате они потребляют больше кокаина.


Удивительным образом, влияние окружающей среды оказалось легко обратимым: стоит вернуть обезьяну-лидера в одиночную клетку, как ее уровень D2 падает, а влечение к кокаину возрастает. Иными словами, изменения условий жизни хватает, чтобы увеличить или уменьшить вероятность зависимости животного от наркотиков.


То же касается и людей. Даже те, кто не склонен к зависимости от природы, может стать наркозависимым под воздействием стресса. Стоит ли удивляться, что тяжелое финансовое положение, которое переживают столь многие американцы, превращает их в наркоманов? Ваш мозг буквально меняется в зависимости от места проживания, общественного положения и уровня стресса.


Не в последнюю очередь влияет на вероятность зависимости доступность наркотиков. Неважно, насколько вы подвержены стрессу: вы не станете наркоманом, если не можете приобрести наркотики. То же касается и компульсивного переедания.


Достаточно длительное время люди потребляли пищу без эпидемий ожирения, свойственных современности. В 1990 году ни в одном штате нашей страны число страдающих от ожирения взрослых не превышало 15%; к 2015 в 44 штатах оно составило 25% и выше. Что же изменилось?

© AP Photo, Mark Lennihan
Мужчина с лишним весом в Нью-Йорке

Наши современники не лишились ни с того ни с сего самоконтроля. Реальным изменением стало массовое распространение дешевой и калорийной пищи, приносящей большее удовольствие. Выпив стакан апельсинового сока, вы вряд ли удовлетворитесь более здоровым и менее калорийным апельсином, который нужно чистить.

 


На протяжении большей части истории количество пищи было ограничено, и потребление наибольшего количества калорий при любой возможности было выигрышной эволюционной стратегией. В саванне не было бисквитных шоколадных тортов.


Наша эволюция не подготовила нас к дуэту из современной калорийной пищи и мощных наркотиков. Их способность влиять на наш механизм вознаграждения, перенастроить наш мозг и подтолкнуть нас к компульсивному потреблению беспрецедентна.


Фабричное производство пищи превратило ее в подобие наркотика, а фармацевтика привела к появлению все более мощных веществ, перешедших в развлекательное употребление. Мы извлекли опиум из мака и быстро нашли способ изготавливать в тысячу раз более мощные опиаты, вызывающие многократно более сильное привыкание. Не удовлетворившись коноплей, мы вывели сверхмощные ее разновидности, извлекали каннабиноиды и пересели на опасные синтетические копии. Этот список можно продолжать еще долго.


Наконец, свою роль могла сыграть рекламная индустрия. Согласно доктору Волков, она и ее коллеги «тестируют реакцию мозга на подсознательные послания», связанные с пищей и наркотиками. Ее гипотеза состоит в том, что наркозависимые и страдающие от ожирения люди более подвержены подобным посланиям.


К счастью, наши мозги необычайно гибки и восприимчивы к новому опыту. Хотя сказать это куда легче, чем сделать, простого ограничения в доступе к высококалорийной еде и наркотикам достаточно, чтобы вернуть наш мозг к получению удовольствия от здоровой пищи и трезвой жизни.


Тем временем, стоит помнить, что мы не властны над своей наследственностью или обрушившимися на нас несчастьями — особенно над их влиянием на наш мозг. Даже обладающие железным самоконтролем люди могут стать жертвой зависимости от еды или наркотиков при должном сочетании невзгод и стресса.