Теперь, когда Россия аннексировала украинский Крым, возникает вопрос о том, как США и Запад потеряли то, что старались не отдать в руки Москвы.

Волнения на Украине длились годами, но ситуация там привлекла повышенное внимание Запада лишь тогда, когда начавшиеся в ноябре демонстрации перетекли в насильственные действия. Протестующие требовали более тесных связей с Европой, а украинский президент Виктор Янукович хотел создать альянс с Россией.

Европейские столицы, Вашингтон и Москва оказались втянутыми в драму, которая развивалась очень быстро, и предпринятые всеми сторонами шаги дают представление о том, что может ждать этот взрывоопасный регион.

7 февраля — Янукович едет к Путину, русские едут в Крым

Когда демонстранты захватили правительственные здания, требуя перемен, Янукович отправился к российскому президенту Владимиру Путину в Сочи, где проходила церемония открытия Олимпийских игр. На той же неделе столицу Крыма Симферополь посетил один российский депутат, заявивший, что Россия при необходимости применит военную силу для «защиты» живущих в Крыму русских.

Дэймон Уилсон (Damon Wilson), который при бывшем президенте Джордже Буше работал в Белом доме директором по европейским делам, считает, что Путин направил российских официальных представителей в Крым для того, чтобы подготовить почву для его захвата при помощи местного ополчения и российских войск.

Путин заранее спланировал этот сценарий, сказал Уилсон, и данный визит стал первым открытым признаком того, что он реализуется.

Реакцией президента Обамы было молчание, длившееся несколько дней. Уилсон полагает, что Обама мог выступить в тот момент с предостережением о защите «территориальной целостности» Украины. Позднее это словосочетание стало кодовым словом Белого дома, означающим, что Россия не должна вторгаться в Крым.

Независимый вашингтонский аналитик Януш Бугайский (Janusz Bugajski), занимающийся Россией, сказал тогда, что американским и западным руководителям надо было следить за событиями в Крыму и готовиться к российскому вторжению.

18-20 февраля — В украинской столице убито более 100 человек

Обама не выступал с публичными заявлениями по поводу беспорядков, пока в Киеве не началось новое противостояние с применением силы между протестующими и милицией. Было убито более 80 человек, в основном - манифестантов. 19 февраля Обама, наконец, выступил, призвав обе стороны к сдержанности и пригрозив «последствиями», если «люди перейдут черту».

Такие критики, как сенатор от Республиканской партии Джон Маккейн, подняли на смех такую реакцию, назвав ее слабой. Они сказали, что последствия должны быть суровыми, и что о них надо заявить четко. Маккейн отметил, что угрозы почти ничего не значат для Путина, который, видимо, понял из решения Обамы отойти от своей «красной черты» и отказаться от угроз в связи с применением Сирией химического оружия, что Белый дом блефует.

21-22 февраля — Янукович соглашается на сделку с оппозицией, а день спустя его свергают


Украинская Рада изгнала Януковича, а затем приняла серию мер и законодательных актов, включая отмену закона, придававшего официальный статус русскому языку в районах, где на нем говорит 10 процентов населения. Реакция Крыма, где большинство людей говорит по-русски, была крайне негативной.

Западные дипломаты могли действовать настойчивее, чтобы умерить «революционный пыл» новых украинских лидеров, предупредив их о том, что Россия воспользуется этими подстрекательскими мерами в качестве предлога для вторжения, сказал Уилсон.

Американским и европейским дипломатам следовало также подтолкнуть Раду к проведению разъяснительной работы среди членов Партии регионов Януковича, а также лидеров Крыма и восточной Украины, где Янукович пользовался наибольшей поддержкой, дабы продемонстрировать свое желание включить их в будущее Украины, отметил Уилсон.

На решение об отмене статуса русского языка через неделю наложили вето под воздействием США и Европы, однако российские войска в тот момент уже находились на марше, направляясь к границе и занимая арендованную Россией военно-морскую базу в крымском порту на Черном море. Российские руководители заявили, что их долг — защищать русских от «радикалов», которые, по их словам, захватили Киев.

Американским представителям надо было также порекомендовать Украине быстро направить войска на защиту своего крымского региона, в том числе, спецназ, чтобы тот взял под охрану государственные учреждения, заявил Бугайский.

Украинским военным следовало действовать расторопнее, «но здесь есть и наша доля вины, потому что мы не предупредили украинцев, хотя у нас предположительно была достоверная информация о происходящем», сказал Бугайский.

Зная о том, что может произойти дальше, США могли направить в Крым военных наблюдателей от Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, чтобы те опровергли российские обвинения в адрес украинских властей о преследовании русских в этом регионе, отметил Бугайский. Но этого не произошло.

25 февраля — В столице Крыма Симферополе начинаются пророссийские демонстрации и появляются сообщения о том, что российские войска перемещаются за пределами своих крымских баз


Бугайский сказал, что санкции американцам следовало подготовить заранее, объявив о их введении сразу, как только российские войска появились в Крыму, и задолго до того, как в связи с наращиванием российской группировки был обеспечен упорядоченный и организованный захват власти. Столкнувшись с угрозами, Москва не стала останавливаться.

Бугайский говорит, что западным руководителям следовало сделать жесткое предупреждение: «Если вы попытаетесь свергнуть избранную власть Крыма, мы введем санкции».

А Уилсон отмечает, что Украина могла сделать гораздо больше в военном плане. По его словам, она могла вывести военных в Крыму на улицы, чтобы блокировать продвижение русских. Вместо этого в блокаде оказались украинские военные базы, окруженные толпами пророссийских «добровольцев».

Соединенные Штаты могли применить военную силу, но это имело бы неприятные последствия, сказал Уилсон.

«Если вы не готовы идти до конца, не нужно этого делать, потому что это подорвет ваш авторитет и доверие к вам, и все будет выглядеть так, будто американские войска потерпели поражение», — заявил он. Размещение многотысячной американской военной группировки для обеспечения безопасности независимой Украины — это «не то, чего хотели украинцы».

26 февраля — Вооруженные люди в форме без знаков различия захватывают два аэропорта в Крыму

Большинству обозревателей было ясно, что это российские военные. Обама часами разговаривал по телефону с Путиным, предупреждая его, что «за военную интервенцию на Украине придется заплатить высокую цену». Но санкции он все равно не вводил.

«Американским руководителям надо было сразу назвать вещи своими именами, как только первые спецназовцы появились в крымских аэропортах», — сказал Уилсон.

Кроме того, Украине надо было вывести свои корабли в море, а они вместо этого оказались в западне в порту, запертые тремя затопленными на входе в гавань российскими судами. Вместе с тем Уилсон отмечает, что более конфронтационный подход украинской армии мог привести к открытым боевым столкновениям, и Россия могла использовать это в качестве оправдания для того, чтобы направить в Крым еще больше войск и военной техники.

27 февраля — Вооруженные люди захватывают крымский парламент

Под пристальными взорами вооруженных русских в форме крымские законодатели проголосовали за назначение нового премьер-министра Сергея Аксенова — никому не известного человека, который на последних выборах получил 3,5 процента голосов. Он создал молодежные отряды «самообороны» численностью несколько тысяч человек, и они вынудили избранных руководителей подать в отставку. Затем Аксенов объявил, что Крым проведет референдум по вопросу независимости.

В этот момент Обама должен был ввести обширные санкции против большого количества людей из российского правительства, а также против российского банковского и финансового сектора, заявил Ариэль Коэн (Ariel Cohen) из фонда Heritage Foundation.

США могли также направить в восточное Средиземноморье авианосную ударную группу, подав России сигнал, отметил Коэн. Этого не было сделано.

28 февраля Обама заявил, что «глубоко обеспокоен» перемещениями российских войск в Крыму, и повторил свою фразу о «высокой цене», которую придется заплатить Москве за военное вмешательство. И лишь спустя неделю, 6 марта, Обама дал указание о введении санкций против неназванных российских руководителей, предусматривающих запрет на выдачу им виз и заморозку активов, которые могут у них быть в США. Спустя две недели Белый дом назвал имена некоторых подвергшихся санкциям руководителей, хотя и не сказал, есть ли у них в Америке активы, чтобы налагать на них арест.

Хезер Конли (Heather Conley), возглавляющая европейскую программу в Центре стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies), заявила, что более жесткие санкции стали бы важным сигналом, однако европейские политики побоялись начинать экономическую войну против России «в момент, когда их страны находятся в слабом экономическом положении».

И никакое дипломатическое давление не изменило бы исход событий, сказала она.

Без военного ответа захват Россией Крыма было невозможно предотвратить, и «президент Путин понимал это», заявила Конли.

16 марта — Крым проводит референдум о присоединении к России

Крымчане вышли на улицы, чтобы отпраздновать голосование, которое Запад посчитал незаконным и подтасованным в пользу России. На следующий день, 17 марта, Белый дом ввел санкции против семи российских и четырех украинских руководителей.

Западные державы должны были знать, что Путин попытается взять Крым под свой контроль, потому что он несколько лет тому назад назвал этот полуостров важнейшей собственностью Российской Федерации, а распад Советского Союза — величайшей геополитической катастрофой 20-го века.

«Для нас не было неожиданностью то, что русские думали, планировали и разрабатывали сценарии для Крыма, — сказал Уилсон. — Мы поступим глупо, если будем думать, что проблема безопасности в Европе решена. Горячие точки будут всегда».

Украина могла сделать гораздо больше в военном плане — она могла вывести военных в Крыму на улицы, чтобы блокировать продвижение русских. Вместо этого в блокаде оказались их базы, окруженные толпами пророссийских «добровольцев». Украине надо было вывести свои корабли в море, а они вместо этого оказались в западне в порту, запертые тремя затопленными на входе в гавань российскими судами. Вместе с тем, более конфронтационный подход украинской армии мог привести к открытым боевым столкновениям, и Россия могла использовать это в качестве оправдания для того, чтобы направить в Крым еще больше войск и военной техники.

Соединенные Штаты могли применить военную силу, но это имело бы неприятные последствия.

«Если вы не готовы идти до конца, не нужно этого делать, потому что это подорвет ваш авторитет и доверие к вам, и все будет выглядеть так, будто американские войска потерпели поражение. Размещение многотысячной американской военной группировки для обеспечения безопасности независимой Украины — это не то, чего хотели украинцы».

Белый дом отстаивал свою внешнюю политику в отношении России, заявляя, что администрация действует дальновидно в своих отношениях с Москвой.

«Наш подход к отношениям с Россией исключительно четкий, — сказал пресс-секретарь Белого дома Джей Карни (Jay Carney). — Мы руководствуемся не надеждами и не мечтами о том, что может сделать Россия, а тем, что мы конкретно можем сделать совместно».