«Жили-были»… Эти слова являются воротами в совершенно иной мир, в волшебное царство злых ведьм, чудесных крестных, говорящих животных и прекрасных принцев. Однако этот далекий мир знаком всем нам. Мы все там побывали — с помощью сказок о Золушке, Белоснежке, Красной Шапочке, Гадком Утенке и бесконечного количества других историй.

Однако для большинства из нас сказки из других частей мира не так хорошо известны. У каждой страны есть свои истории, свои герои и злодеи. В многочисленных русских сказках есть немало действующих лиц, которые, в определенном смысле, похожи на тех сказочных персонажей, которых мы так любим, но во многом другом они сильно отличаются. Царевич — это прекрасный принц, а Дед-Мороз — ответ русского фольклора как на Рождественского Деда, так и на Ледяного Джека (Jack Frost). Вместо наших злых ведьм во многих русских сказках присутствует Баба-Яга — старая ведьма, которая летает в ступе с пестом, а живет в доме, который расхаживает на куриных ножках.

Сюжеты некоторых сказок пересекаются с другими культурами, в том числе это относится и к сказке о «Золотом башмачке», которая представляет собой замечательную версию истории о Золушке, но с одним ключевым отличием — там нет Доброй Феи или Крестной Золушки. Но зачем она нужна, если можно воспользоваться волшебной говорящей рыбкой?


Россия часто вызывает в сознании образы сверкающей страны льда и снега, и многие русские сказки имеют отчетливо выраженный праздничный характер. «Морозко» — это история о Деде-Морозе, который приходит на помощь маленькой девочке, которую оставила в заснеженном лесу ее злая мачеха. Еще одна классическая заснеженная история — это сказка о Снегурочке. В рей речь идет о том, как пожилые муж и жена страдали от того, что у них не было детей, но однажды зимой они создали себе дочку из снега, и она доставляла им огромное удовольствие. Но, как нам известно из нашей современной сказки о Снеговике (Snowman), Снегурочка может жить только зимой, а весеннее тепло заставляет ее растаять.

Новый перевод Антеи Белл (Anthea Bell) традиционной русской сказки о Василисе Прекрасной представляет собой настоящий рождественский подарок благодаря великолепным иллюстрациям Анны Моргуновой. Эти иллюстрации, чем-то напоминающие работы Пабло Пикассо, Густава Климта и русского художника Марка Шагала, так богаты деталями, что каждый раз, когда вы на них смотрите, вы открываете для себя что-то новое.

Эта книга рассказывает историю прекрасной молодой девушки по имени Василиса, которой ее умирающая мать передала волшебную куклу. Когда ее отец вновь женился, ее мачеха и сводная сестра из зависти к ее красоте стали заставлять ее готовить пищу и убираться по дому весь день и всю ночь (что-то знакомое, не так ли?). Когда злая мачеха и сводная сестра посылают Василису в темный лес к Бабе-Яге, к ужасной ведьме, которая не прочь полакомиться человеческой плотью, Василиса не может взять с собой никакого оружия для защиты, кроме волшебной куклы.

Баба-Яга появляется во многих других русских сказках. В сказке «Гуси-Лебеди» Баба-Яга посылает своих волшебных птиц для того, чтобы украсть мальчика у его сестры. Гордая сестра смеется над рекой и деревьями, которые хотят помочь ей найти брата, но когда она узнает о той ужасной судьбе, которую Баба-Яга выбрала для ее брата, она, кажется, готова изменить свое мнение…

Однако Баба-Яга не всегда выступает в роли злодейки в русских сказках. В сказке «Пойди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что» — это чудесная и странная история, в которой рассказывается о птице-царевне, волшебном кольце, торговцах, слугах и коротком путешествии в подземелье — Злая Ведьма превращается в Мудрую Женщину, которая протягивает герою сказки руку помощи.

Я впервые узнала о Бабе-Яге, когда мне было примерно шесть лет. Я взяла тогда сборник сказок, иллюстрации к которым сделал родившийся в Польше британский художник Ян Пеньковский (Jan Pienkowski). Пеньковский больше всего известен своими иллюстрациями к книгам о Меге и Моге (Meg and Mog), которые также очень нравились мне в детстве, однако именно его насыщенный деталями силуэт Бабы-Яги, летающей по небу в ступе с пестом, а также ее забор, сделанный из человеческих костей — все это заставило меня полюбить сказки. И поэтому меня очень трогают и вызывают ностальгические чувства иллюстрация Анны Моргуновой, на которой есть и сделанный из человеческих костей забор.

Может быть, именно в этом и состоит чудо сказок — они вновь и вновь рассказываются, от поколения к поколению, от страны к стране, и у каждого человека имеется своя, немного отличная их версия, а также свои, немного отличные от других, образы.