Защитники чистоты французского языка выражают в сети свое негодование по поводу отмены одного из своих любимых видов ударения — диакретического знака циркумфлекса (ˆ), которым отмечаются некоторые гласные.

За изменения, которые коснутся около 2,4 тысячи французских слов и вводятся с целью упрощения их написания для школьников — в соответствии с которыми, например, слово «лук» можно будет теперь писать по-новому ognon или как раньше (oignon) — нынешнее правительство социалистов обвиняют в излишнем упрощении и понижении стандартов языка.

Скандал во французском обществе вызван только лишь изменениями в языке Мольера, однако для чиновников он стал полной неожиданностью, поскольку изменения правил написания было предложено Французской академией, регулирующей языковые нормы французского языка, и было единогласно одобрено ее членами еще в 1990 году.

Целью реформы была оптимизация и упрощение некоторых причудливых особенностей письменного языка с тем, чтобы облегчить изучение языка. Например, слово chariot теперь следует писать charriot, чтобы оно по написанию было больше похоже на слово charrette — поскольку оба этих слова обозначают легкую повозку. Кроме того, в некоторых случаях за счет отмены дефиса изменится написание сложных слов — например, porte-monnaie/portemonnaie (бумажник, портмоне), extra-terrestres/extraterrestres (пришельцы) и week-end/weekend (уикенд).

Отмена цирконфлекса коснется гласных i и u, где этот знак не влияет ни на произношение, ни значение слов.

И хотя «список слов с изменившейся орфографией» не был назван обязательным, редакторам словарных изданий было рекомендовано внести старый и новый варианты написания, а школам было предписано руководствоваться новым написанием, но считать правильными оба варианта.

Из-за реформы в твиттере была запущена кампания с хэштегом #JeSuisCirconflexe (по аналогии с хэштегом #JeSuisCharlie). По мере того, как споры охватили интернет и социальные сети, у некоторых возник вопрос, почему реформы, одобренные 26 лет назад, стали вдруг актуальными сейчас.

В 2008 году министерство образования опубликовало рекомендации по использованию новых правил орфографии в качестве «норматива», однако, как оказалось, мало кто обратил на это внимание. В ноябре прошлого года министерство вновь указало на изменения в еще одном документе о «текстах, появившихся после изменений в орфографии, … одобренных Французской академией и опубликованных 6 декабря 1990 года в официальном издании правительства Франции French Republic Official Journal». И опять эти новости остались без внимания.

И лишь на этой неделе, в среду, после репортажа на телеканале TF1 интерес к этой теме резко возрос.

Группа возмущенных французских студентов выступила с заявлением, в котором раскритиковала министра образования Наджад Валло-Белкасем (Najat Vallaud-Belkacem) за то, что та «считает себя вправе менять правила орфографии французского языка».

Ультраправая политическая партия «Национальный фронт» вмешалась в спор через своего вице-президента Флориана Филиппо (Florian Philippot), заявившего, что «французский язык — это наша душа», а мэр Ниццы правоцентрист Кристиан Эстрози (Christian Estrosi) назвал реформы «абсурдными».

Из-за растущей волны возмущений министр образования Франции была вынуждена в пятницу успокаивать общественность. Он заявила, что цирконфлекс никуда не исчезнет, и что даже при том, что будет проведена стандартизация школьных учебников, и новые правила правописания будут приняты за основу, школьники могут выбирать любой вариант написания слов — оценки за орфографию в этом случае им снижать не будут.

«Дело в том, что издатели учебников просто собрались и решили на следующий учебный год действовать в соответствии с этими реформами», — заявила министр образования.

Как заявило издание Le Parisien, «осуществить эти реформы невозможно». А Пьер Фавр (Pierre Favre), директор школы и президент национального союза школ (National Schools Union), выразил надежду, что «здравый смысл возобладает».

«Эта тема вызвала такую полемику потому, что людям она небезразлична. Изменение написания слов затрагивают их детский опыт, напоминает им о тех трудностях, невероятных усилиях, которые понадобились им при изучении правил, а также об их успехах и победах. Цирконфлекс — это своего рода награда за их старания», — сказал Фавр.

По мнению некоторых, слово ognon, лишенное буквы i, теперь звучит не столько как обозначение овоща, сколько напоминает фразу «oh non» («о, нет»), которая прекрасно выражает реакцию французов на изменения правил написания.

«Такое написание является во Франции официальным уже на протяжении 25 лет. И странно, что нас это удивляет, — говорит президент совета по школьным программам Мишель Луссо (Michel Lussault).

«В правописании существовали странные несоответствия, связанные со сменой исторических эпох, поэтому Академия, наконец-таки, сделала так, чтобы эти изменения стали понятными», — отмечает он.

Это было не каким-то переворотом в области языка, добавил он, а скорее «избавлением от лишнего».

В 1990 году, внося рекомендации по изменению правописания, тогдашний «вечный секретарь» Французской академии Морис Дрюон (Maurice Druon) написал, что «язык — это живой организм», и добавил: «Эту работу надо будет возобновить через 30 лет, если не раньше».

10 слов, написание которых изменится

Oignon будут писать ognon (лук)
Nénuphar — nénufar (водяная лилия, кувшинка)
S’entraîner — s’entrainer (тренироваться)
Maîtresse — maitresse (хозяйка или учительница)
Coût — cout (цена, плата)
Paraître — paraitre (казаться, появляться)
Week-end — weekend (уикенд)
Mille-pattes — millepattes (сороконожка, многоножка)
Porte-monnaie — portemonnaie (бумажник, портмоне)
Des après-midi — des après-midis (днем после полудня)