В Германии существует проблема. Причем, она никак не связана с приемом беженцев (то есть искусственным формированием кризиса, с которым страна все равно справится). А в долгосрочной перспективе ее последствия куда более серьезны, чем «неподготовленность» к приему мигрантов или подъем популизма, который, конечно, вызывает тревогу, но едва ли представляет собой нечто непреодолимое и тем более небывалое в Европе.  

Правильные вопросы были заданы в 2015 году публикацией исследования под началом израильского эксперта Орны Донат. Сама она решила не заводить детей и опросила 23 израильтянок в возрасте от 20 до 70 лет, которые выразили сожаление о том, что родили, и заявили, что материнство стало для них мукой. Эти рассказы и поднятые ими неудобные темы получили отклик по всему миру, однако взбудоражили Германию больше, чем какую-либо другую страну. В дальнейшем споры разгорелись еще больше после обнародования результатов опроса YouGov: высинилось, что каждый пятый немец (отец или мать) сожалеет, что стал родителем, и считает рождение своих детей ошибкой.

«Дети? Нет, спасибо»

Споры в Германии настолько остры, потому что при нынешней чрезвычайно низкой рождаемости (1,47 ребенка на женщину) демографический спад становится более чем реальной угрозой. В таких условиях страна явно не ждала от своих граждан заявлений вроде: «Дети? Нет, спасибо». «Никогда в жизни». «Это кошмар». «Фу». Кроме того, это напрямую перекликается с давшей серьезный сбой семейной политикой ФРГ, а также навязываемой немкам идеологией: она опирается на образ жертвенной материнской фигуры с противопоставлением нерожавшей женщине или недостойной матери, которая не посвящает отпрыскам все свое время.     

Поэтому если те представители руководства, которые так или иначе несут ответственность за возникновение этого явления, изображают на лице несказанное удивление при мысли о том, что кото-то может сожалеть, что стал родителем, они просто-напросто лицемерят.

Скажем прямо: быть матерью в Германии (а также и некоторых других странах, об этом позже) — то еще дерьмо. И этот факт уже давно бросается в глаза. Быть родителем там — настоящая каторга, непрекращающаяся борьба с шизофренической системой, которая подталкивает женщин к материнству, но при этом постоянно ставит им палки в колеса. 

«Мать-ворона»

В Германии действительно есть одна весьма неприглядная особенность: ярлык «rabenmutter» (мать-ворона) для тех, кто не хочет подчиняться догме. Этим словом называют женщину, которая «бросила детей», продолжив работать. Или, в целом, заниматься чем-то вне дома. То есть, все, кто сразу после родов (или еще до них) не отрекся от профессиональной деятельности и личных интересов, ведут себя неподобающим образом. 


Разве удивительно, что на фоне такого давления и формирования непримиримого противоречия (жизнь или дети) у 40% женщин с высшим образованием старше 40 лет нет детей. Хотя их всячески подталкивают к материнству, немецкая семейная политика, видимо, считает, что сам факт появления ребенка должен освободить человека от любых желаний и материальных ограничений. Как будто отцовство и материнство компенсируют все.

В стране не сделано ничего, чтобы облегчить жизнь родителям: структуры для приема маленьких детей редки, и их деятельность осложняют косые взгляды на тех, кому хватило наглости оставить ребенка на попечении чужих людей, чтобы вернуться на работу. В 2012 году Федеральный институт демографических исследований предложил респондентам ответить на такой вопрос: «Будет ли маленький ребенок (младше трех лет) несчастлив, если его мать занимается профессиональной деятельностью?» Положительный ответ дали 63% немцев с запада и 36% с востока.  

Огромные затраты

В любом случае, острая нехватка мест в яслях не повлекла за собой радикальных реформ и становится серьезным сдерживающим фактором. С детскими садами ситуация не лучше: они платные, там работают воспитатели, а не учителя, а период адаптации очень долгий (в это время там приходится периодически появляться кому-то из родителей). Кроме того, они переполнены, и их слишком мало, чтобы удовлетворить спрос. В 2013 году 67% немцев заявили, что слишком высокие затраты — главная причина, по которой они не заводят детей.

Что касается пособий для родителей и матерей, которые хотят прекратить работать, они тоже отталкивают: женщине запрещено работать в течение шести недель предродового декрета и восьми недель после родов. Причем дневная выплата в этот период составляет всего 13 евро. Таким образом, хотя матерей всячески подталкивают к тому, чтобы остаться дома, они могут забыть о финансовой компенсации, которая бы сделала такое решение менее болезненным. В июле 2015 году Конституционный суд отмел требование консерваторов о выплате ежемесячного пособия в 150 евро родителям маленьких детей, которые растят их дома (хотя на такие деньги все равно не пошикуешь).

К тому же, хотя подобная дихотомия и проявляется в Германии ярче всего, она свойственна отнюдь не только ей. Пусть французская семейная политика находится в сравнении на совершенно другом уровне, многие родители, которые отложили мысль о ребенке (или пытаются оправдать отсутствие желания его заводить), объясняют все опасением больших трудностей с примирением семейной, общественной и профессиональной жизни. 

«Плохие матери»

Многие также признаются, что дети им вообще нафиг не сдались, хотя, конечно, сразу добавят, что, в принципе, любят детей. Подобные «сожаления о материнстве», наверное, можно связать и с неудачей обратной риторики, которую предлагало движение возмущенных матерей (я сама вхожу в него вместе с соавторами книги «Плохие матери»). Ведь женщины, в Германии или где-то еще, сожалеют о материнстве, потому что оно стало для них тормозом в разных аспектах жизни (социальной, профессиональной любовной). Но это связано с тем, что они сталкиваются со множеством материальных и структурных трудностей (распределение работы, сложности после декрета…), а также не могут освободиться от насаждаемого мифа о триумфе материнства и «все для ребенка».

Хотя Флоранс Форести, Элизабет Бадинтер, блоги, книги, спектакли и сериалы обращались к матерям со множеством призывов (готовь пюре дома, корми грудью как можно дольше, отложи телефон или книгу и поиграй с ребенком…), у нас, несмотря на все это, сохраняется явление несчастного материнства с женщинами, которым хватает отваги сказать: «Если бы я знала, то не стала». Это означает, что направленная в другую сторону риторика, искреннее и доброжелательное стремление подтолкнуть женщин к тому, чтобы не позволить наступать себе на горло и сбросить с себя груз навязанной вины, в конечном счете не смогло справиться с идеей о том, что женщина может быть полноценной только с ребенком (причем делать все это она должна с улыбкой на лице).

Все это не стало препятствием для повсеместных призывов к материнству, в Германии или где-то еще. По отношению к актрисам, женщинам в политике и простым гражданам.   

«Ну, так не нужно было рожать»

На Slate.fr мы выпустили уже не одну статью о патерналистском, принудительном, фальшиво сочувствующем и откровенно злобном отношении к женщинам без детей. Писали мы и об акциях тех, кто хочет, чтобы женщин перестали воспринимать, как машин по производству детей. Очень жаль, что все это по факту ничего не дало.

Ведь если есть женщины, которые сожалеют о том, что завели детей, значит, принуждение к этому оказалось эффективным. Это значит, что женщины переступают через сомнения и вопросы и рожают детей, потому что от них этого ждут, говорят: «Увидишь, это принесет тебе радость». «Не жалуйся».

Принуждение к материнству неизбежно. И если уж вы уступили и завели ребенка, публично жаловаться на жизнь родителя нельзя. И уж тем более высказывать сомнения по поводу самой идеи материнства. Родителям не рекомендуется жаловаться не самую лучшую сторону их новой жизни, потому что они систематически услышат в ответ глупый, но совершенно неотвратимый аргумент: «Ну, так не нужно было рожать».

По каждой статьей с открытым обсуждением темной стороны отцовства и материнства, будь то уменьшение свободного времени, бессонные ночи, невозможность прочитать книгу быстрее, чем за полгода, или последствия для карьеры, всегда найдутся десятки людей, которые скажут, что ребенок — это выбор, и что, став родителем, сомневаться и жаловаться больше нельзя: «Никто не заставлял тебя заводить детей, так что заткнись».     

Отцы

Это отвратительно, поверхностно и ошибочно. Потому что затыкая рот тем, кто поднимает вопрос о статусе родителя или даже сожалеет о нем, люди отрицают само понятие «вынужденного материнства», которое зиждется на существующей уродливой системе.

Причем речь идет именно о «вынужденном материнстве». Хотя, что весьма показательно, исследование YouGov продемонстрировало, что о появлении детей сожалела примерно одинаковая доля мужчин и женщин, подавляющее большинство статей на эту тематику касаются только матерей. Порожденный этими спорами хэштег #regrettingmotherhood тоже делает упор исключительно на женщинах, однако мужчины также могут испытывать и выражать подобные чувства.

Дело в том, что вынужденное и несчастное отцовство больше не считается неким страшным табу и, видимо, не заслуживает упоминания. Приведу вам пример, который основывается на личном опыте, а не статистических данных: мне нередко попадались мужчины, которые жаловались на появление потомства и говорили, что «раньше было лучше». И это совершенно никого не шокировало.

Принуждение

Вынужденное отцовство или материнство в самом что ни есть буквальном смысле понятия не раз рассматривалось в самых разных статьях и исследованиях, причем гораздо раньше появления идеи о том, что мать может сожалеть, что стала матерью. Мужчины, которые стали отцами против собственной воли, обычно вызывают сочувствие и симпатию к себе. Их жалеют, говорят, что во всем виновата женщина, что у них есть полное право назвать себя «отец против воли». Тем самым с мужчин снимают всю ответственность в плане контрацепции и предотвращения венерологических заболеваний.   

При этом у женщин тоже есть полное право заявить, что они стали матерями против воли, то есть переступили через собственное нежелание заводить детей ради желания кого-то другого (отца, матери, супруга или любой другой авторитетной фигуры, которая успешно навязывает свое видение предполагаемого физиологического процесса женщины).

Если мы так легко признаем, что мужчина может угодить в «капкан» отцовства, почему бы не допустить то же самое в отношении женщин? И поставить под сомнение мысль о том, что благополучие ребенка полностью зависит от матери. И наоборот.