Катержина Нойманова может получить еще одну золотую олимпийскую медаль, если Кристину Шмигун-Вяхи осудят. Сейчас Нойманова рассказывает, что Шмигун-Вяхи была одной из многих, кому она никогда не верила.

Эстонская лыжная королева рискует потерять обе золотые олимпийские медали, если Спортивный арбитражный суд (CAS) согласится с Международным олимпийским комитетом (IOC) в том, что Шмигун принимала допинг перед Олимпиадой в Турине десять лет тому назад.

Дело будет слушаться в Спортивном арбитражном суде на этой неделе.

От ожидаемого приговора выиграет Катержина Нойманова (Katerina Neumannova), которая, стала второй после Шмигун в 15 км в скиатлоне и получила серебро.

Но в отличие от норвежских гонщиков, которые избегают говорить о возможном использовании допинга конкурентами, Нойманова гораздо менее стеснительна.

— Возможно, она тренировалась в месте, где те, кто проводит тесты на допинг, не могли ее найти?

— Странно. Олимпиада в Турине совпала с концом моей карьеры, я была в самой лучшей для себя форме, я все делала правильно. Еще никогда я не была сильнее. Я верила в золото.

Дистанция, на которую она обращает внимание, в отсутствие любимой дистанции 10 км свободным стилем, была так называемая скиатлонная дистанция — 7,5 км классическим стилем, а потом 7,5 км коньковым.

«Я страшно удивилась, когда Шмигун-Вяхи приехала в Турин вечером накануне старта. Я сама тренировалась в Праджелато (Pragelato) (где проходили соревнования) четыре недели. Другие страны заехали туда, возможно, за неделю до соревнований, но Шмигун явилась накануне. Я подумала, что, она, возможно, тренировалась в месте, где проверяющие на допинг не могли ее найти до соревнований. Она меня поразила. Она была слишком сильна», — рассказывает ныне 43-летняя бывшая гонщица из Чехии.


«Я никогда не верила таким, как Шмигун-Вяхи. Мне, конечно, надо было больше обращать внимание на саму себя, а не на то, что делали другие, но Шмигун-Вяхи и некоторые другие спортсмены… Я не могла в это поверить».

«Десять лет тому назад обманывать было проще»

«Мне кажется, что в лыжном спорте были отдельные группировки, которые употребляли допинг. Группа вокруг Йохана Мюлегга (Johan Mühlegg), русская группа, финны… Если говорить о допинге, то период, начиная с Нагано в 1998 году и до Солт-Лейк-Сити в 2002, и даже до Турина в 2006 году, был худшим. В конце моей карьеры я часто сдавала пробы (Нойманова прекратила выступать после сезона 2006-2007 годов — прим. журн.), но раньше пробы брали не так часто. С годами бороться с допингом стали лучше, и сейчас стало сложнее принять допинг и выйти сухим из воды.

— Стал ли спорт сейчас чище?


— Я совершенно уверена в том, что он сейчас чище. Десять лет тому назад жульничать было легче. Кто-то и сейчас пытается обмануть, но система тестирования стала лучше. Но я явно лишилась нескольких высоких мест и на чемпионатах, и на Кубках мира из-за допинга. У меня много плохих воспоминаний, — говорит она.

Так же, как и Бекки Скотт (Beckie Scott), рассказавшая в понедельник, что CAS на этой неделе начнет расследовать «дело Шмигун», Нойманова знает, что это такое — получать медали по почте.

Дело в том, что в Солт-Лейк-Сити в 2002 году Нойманова в гонке преследования оказалась за Скотт, на четвертом месте. Когда Ольга Данилова и Лариса Лазутина оказались уличены в употреблении допинга и дисквалифицированы, Скотт и Нойманова продвинулись вперед и получили — соответственно — золотую и серебряную медали.

«Я внимательно за всем слежу и ожидаю решения. Получить «серебро» в 2006 году было странно, и я сама, и моя команда надеялись на большее. Но после того, как я завоевала золото на дистанции 30 км, мы все равно были довольны. Хотя, если бы было два олимпийских «золота», все было бы по-другому… Буду рада, если получу еще одно «золото». Я это тогда отпраздную.

«Норвежские скандалы могут стать катастрофой для лыжного спорта»

Как и многие другие до нее, Нойманова запросила информацию о том, что произошло с допинг-пробами в Турине вообще и с пробами Шмигун.

«Ничего не случилось. Я спрашивала Чешский олимпийский комитет три недели тому назад, но мне ответили, что никакой информацией не располагают. Ничего. Все в этом деле происходит шито-крыто», —говорит она и добавляет: «Меня в этом деле вообще ни о чем не информируют».

Как и все, интересующиеся лыжами, она в курсе того, что происходит в Норвегии.

— А вы верите Мартину Йонсруду Сундбю (Martin Johnsrud Sundby) и Терезе Йохауг (Therese Johaug)?

— На самом деле у меня нет никакого мнения о деле Терезы. Но я просто не могу поверить в то, что это случилось. Когда я начинала свою карьеру, я бегала с такими людьми, как Труде Дюбендаль (Trude Dybendahl). Потом с Бенте Скари (Bente Skari), Марит Бьёрген (Marit Bjørgen) и т. д. Я знаю, насколько они популярны, и я знаю, насколько они были сильны. Надеюсь, что то, что они говорят, — правда, потому что два эти дела могут иметь катастрофические последствия для лыжного спорта.

Катержина Нойманова — Родилась 15 февраля 1973 года в Писеке, Чехия. Участвовала в шести Олимпийских Играх (в пяти из них как лыжница, а в 1996 участвовала в Олимпиаде в Атланте как велогонщица). Одна золотая олимпийская медаль (Турин, 30 км свободным стилем), четыре серебряных олимпийских медали, одна бронзовая олимпийская медаль. Две золотые медали Чемпионатов мира, одна серебряная, две бронзовые. Ее коньком была дистанция 10 км свободным стилем. Восемь раз побеждала на этой дистанции на Кубках мира. Закончила выступать после сезона 2006-2007 годов.