Когда я приезжаю на конкурс красоты «Мисс СССР-Великобритания», несколько женщин улыбаются мне заученными улыбками и говорят мне, что я выгляжу «великолееепно». Консультант по сценической речи пытается убедить меня, что форма подачи не менее важна, чем содержание выступления. Но я приехала в это величественное старое здание в Восточном Лондоне не как участница конкурса. Я здесь как наблюдатель, пытающийся понять, почему это мероприятие вообще проводится.


Конкурс «Мисс СССР-Великобритания», учрежденный в 2012 году, — это конкурс красоты, названный в честь страны, которой больше не существует для людей, которые там даже не родились. Победительнице 2017 года Анастасии Бойл — 23 года, и она родилась спустя три года после распада Советского Союза.


Некоторым жителям бывших республик Советского Союза сама идея проведения подобного конкурса кажется довольно противоречивой. Государства Балтии неоднократно выступали с критикой идеи о том, что советскую оккупацию стоит вспоминать с ностальгией.


«Мы считаем концепцию конкурса позорной. Советское наследие — это не то, что следует лелеять, — говорится в заявлении посольства Литвы. — СССР было отсталым тоталитарным государством, которое жестоко аннексировало страны Балтии в период Второй мировой войны». В качестве примеров жестокости советских властей в этом заявлении упоминаются массовые депортации литовцев в Сибирь, подавление антисоветского сопротивления и насильственная коллективизация.


Литовские дипломаты прежде уже просили исключить все упоминания о Литве в этом конкурсе из-за «неуместного политического и исторического контекста». Однако в конкурсе «Мисс СССР-Великобритания» до сих пор принимают участие конкурсантки, представляющие Литву.


Другие страны пытались приуменьшить значение этого конкурса. Латвийские дипломаты в Соединенном Королевстве относятся к нему как к частному мероприятию, не имеющему никакого значения для современной Латвии. Эстонское посольство написало мне то же самое. Что касается меня лично — во мне есть эстонская кровь, и я более трех лет прожила в России — присутствие на подобном мероприятии — это самый мазохистский шаг, который я когда-либо совершала.


Обычно блондинки умело пускают пыль в глаза, и я пытаюсь убедить бдительную охрану, что, если меня не пустят на пресс-конференцию, статья в газете не появится. Пока мы спорим, я вижу двоих маленьких детей, которые бегут мимо с блестящими платьями в руках. Они улыбаются. Они счастливы быть здесь.


Как только меня пропускают вовнутрь, начинают происходить странные вещи. Я встречают певицу Соник, которая рассказывает мне, что однажды она выступала в Чечне для ее лидера Рамзана Кадырова. «Это был день рождения президента, и я пела для него, а еще там был [Владимир] Путин, и мы встретились с ним после концерта, и он сказал, что ему нравится моя музыка, нравится мой голос», — говорит она. Я решила не упоминать в нашей беседе о «концентрационных лагерях для геев», которые создаются под его руководством.


Я вижу Юлию Титову, организатора конкурса. На ней красное платье с длинной пышной юбкой. Она останавливается рядом со мной ровно настолько, чтобы успеть вручить мне свою визитку.


В прошлом году Титова, которая прежде была промоутером клубов, рассказала журналу Artefact, что идея проведения конкурса «Мисс СССР-Великобритания» родилась благодаря конкурсу «Мисс Россия-Великобритания». «На нем было много девушек из Прибалтики и бывших советских республик. Я подумала, а почему девушки из, к примеру, Казахстана должны представлять Россию?» — сказала она в интервью журналу.


Немцы используют термин «остальгия» для обозначения ностальгии по временам и культуре ГДР. Но разве можно рассматривать «империю зла» в таких розовых тонах?


«Я думаю, что речь идет не о ностальгии по Советскому Союзу как таковому, а скорее о ностальгии по СССР как великой державе, — говорит Денис Волков, социолог из «Левада-центра». — Аннексия Крыма оказалась очень популярным решением, потому что она создала ощущение того, что Россия снова стала великой державой». По его словам, ностальгия — это признак «неудачи в попытках успешно интегрироваться в новое общество».


Я наблюдаю за тем, как люди фотографируются на фоне рекламы компаний-спонсоров конкурса. Приняли позу, застыли, уступили место следующим. Приняли позу, застыли, уступили место следующим. Улыбнулись, выпятили губы, улыбнулись, выпятили губы. Кажется, что все участницы и волонтеры странным образом связаны. «Я встретил Юлию примерно три года назад в Pizza Pomodoro», — говорит музыкант Тони Мур (Tony Moore) из группы Cutting Crew, которая выступала на конкурсе. Он с большой нежностью отзывался о Титовой и рассказал о том, как ей удалось организовать этот конкурс, несмотря на серьезное давление. Когда я задала ему вопрос о значении названия этого конкурса красоты, он ответил: «Я не знаю, как ответить на этот вопрос. Не думаю, что я достаточно осведомлен, чтобы на него отвечать». Честный ответ, но он заставил меня задуматься над тем, почему так мало гостей конкурса задумываются над концепцией «Мисс СССР-Великобритания».


Мне улыбается 15-летняя девушка из Грузии. Она по-настоящему счастлива быть здесь. Она наслаждается завистью своих подруг, и у нее на ногтях естественный маникюр. Было бы жестоко спрашивать у нее, как она относится к тому факту, что Россия вторглась в Грузию в 2008 году.


Мужчина из Молдовы говорит, что этот конкурс укрепляет ощущение сообщества и является реальной возможностью для жителей разных стран наладить общение. Титова тоже позиционирует этот конкурс как своего рода «сообщество, где мы помогаем девушкам, только что приехавшим в Соединенное Королевство, найти новых друзей и новые возможности».


Бывшая участница из России кажется вполне искренней в своем восхищении. Она рассказывает мне, что язык этого мероприятия — русский, и что они сами не могут выбирать наряды, потому что платья между ними распределяют спонсоры. Она критически отзывается об организации конкурса и просит, чтобы я не называла ее имени. У меня ощущение, что здесь все бывшие конкурсантки немного нервничают. Мне кажется, будто я снова попала в Россию, только теперь здесь все работают в сфере маркетинга.


Наступает время для вопросов и ответов. Я не задаю вопросы, потому что мне не слышно ответов, а сотрудники службы безопасности не позволяют мне подойти ближе. В туалете я слышу, как девушка вызывает уборщицу, чтобы та вытерла пол. Я также слышу, как грузный мужчина в дорогом костюме говорит швейцару, что тот — «неквалифицированный персонал».


Неудивительно, что этим людям так не нравятся гости мероприятия. Я была в Москве в мае 2015 года, когда там отмечался День Победы. Мы с другом перешли через мост, чтобы купить еды в магазине, и как только мы сошли с моста, полицейские сообщили нам, что обратно нам нельзя. Мы начали спорить. Тогда полицейский сказал нам: «Это Россия, что поделаешь».


Russian Gap, лондонский журнал для выходцев из России, опубликовал очень лестную статью о конкурсе красоты «Мисс СССР-Великобритания». Возможно, я все порчу. Все на самом деле выглядели великолееепно. Но конкурсу все равно стоит сменить название.