Если подняться через ущелье Шолленен под Гёшененом, от осознания того, что здесь находится колыбель Швейцарии, можно ощутить соответствующее возбуждение. Перед Чертовым мостом красуется двенадцатиметровый иностранный крест на стене, высеченный в граните Готарда. Кириллические буквы гласят, что этот памятник посвящен «доблестным сподвижникам генералиссимуса фельдмаршала графа Суворова-Рымникского, князя Италийского, погибшим при переходе через Альпы в 1799 году». Тогда бушевала вторая коалиционная война, в которой Россия, Австрия и Англия сражались против Франции за господствующее положение в Европе. Почитаемый солдатами русский генерал Суворов только что вытеснил французов из Паданской низменности. Теперь он получает приказ пересечь Альпы, вытеснить французских оккупантов из центральной Швейцарии, объединиться с российско-австрийской армией под Цюрихом и там разбить французов.


Марш-бросок без эффекта


21 сентября 1799 года 70-летний Суворов прорывается из Таверне с более чем 22 тысячами людей, пятью тысячами лошадей и 25 погруженными на мулов орудиями. Через три дня армия достигает Айроло и начинает восхождение на Готард. Однако в ущелье Тремола залегли французы. В кровопролитных боях русские сражались на подъеме горы, продвигаясь к ущелью и дальше к деревне Анлерматт. В ущелье Шолленен, где французы заблокировали выход к туннелю Урнер-Лох и Чертов мост, 25 сентября шла страшная бойня, пока русские не пробились через переход. После чего мертвые солдаты тысячами лежали среди скал, только в Шолленене — 700 человек. С большими потерями российская армия достигла Урнского озера. Но французы реквизировали все корабли, русские оказались в тупике.


Теперь мастерство Суворова проявилось и на этой территории. Он приказывает своей армии идти через перевал Кинциг в Мутенской долине, чтобы оттуда прорваться в Швейцарию и таким образом оказаться в Цюрихе. Однако во время остановки на постой в монастыре Святого Иосифа в Мутенской долине его настигает сообщение о том, что их союзники были разбиты под Цюрихом. Таким образом, план объединения войск провалился. Российские войска снова оказываются в ловушке, потому что французы блокируют выход из долины. Теперь Суворов хочет продвинуться через перевал Прагель к поселению Гларус и попытаться объединиться с австрийцами в долине реки Линты. В долине Клен русские оттеснили французов, но прорыв из Гларнера не удался.


Теперь участники перехода через Альпы были вынуждены бежать. Обессиленные российские войска поднимаются через перевал Паниксер высотой 2407 метров в долину верхнего Рейна и дальше в город Хур, где можно было наконец-то пополнить запасы продовольствия. 11 октября армия покидает Швейцарию через Луциштайг и движется по направлению к России. Погибли семь тысяч солдат, из 15 тысяч выживших в состоянии сражаться только 10 тысяч человек. За 20 дней участники перехода через Альпы преодолели семь перевалов, чего еще не делала ни одна армия. Операция была тактически безупречной, с военной точки зрения — неэффективной, а с гуманитарной — катастрофической. Несмотря на это, она вошла в историю как героический подвиг и сделала Суворова легендой.


Русские в сердце Швейцарии


О погибших напоминает монументальный крест в Шолленене. Он был открыт в сентябре 1898 года к 100-летней годовщине битвы 1799 года. Остается неясным, о чем тогда думал бундесрат, когда разрешил открытие военного мемориала иностранного государства на этом символическом месте Швейцарской конфедерации. Инициатором был русский князь Сергей Голицын, который хотел возвести его за свой счет и поднять этим свою значимость при дворе.


В 1883 году бундесрат дал принципиальное согласие на установку мемориала, но внешний вид и подпись требовали дополнительного согласования. В Ури мнения раскололись. Суворов считался освободителем от французской оккупации, что добавляло плану симпатий. Осознание того, что место было ареной мировой истории, тоже могло сыграть свою роль. Корпоративный совет долины Урсерен, как основной землевладелец, обосновал свое согласие «памятью о павших солдатах» и напоминанием о том, «что вследствие этой войны Швейцария получила нейтралитет, главным покровителем которого на Венском конгрессе был император России Александр I». Правительство кантона, напротив, предложило обдумать то, «что мы не сможем смириться с возведением российского памятника в районе крепости Готард, а также в самом сердце нашего швейцарского отечества в качестве напоминания о событиях тогдашнего губительного вторжения иностранных государств».


Бундесрату было известно, что у установки памятника есть и проблемная сторона. Он отклонил проект, который героизировал российский переход через Альпы, потому что подобный монумент мог бы восприниматься как «прославление вопиющего и продолжающегося нарушения швейцарского нейтралитета и государственного суверенитета». Тогда инициаторы так изменили целевое назначение памятника, чтобы бундесрат смог его одобрить. Как значится в протоколе совета, речь шла о «памятной доске жертвам», то есть о надгробном памятнике на поле битвы, как это принято по международным обычаям.


Символ национального позора


Пресса отнеслась к этому без восторга. Некоторые газеты увидели в памятнике напоминание о позоре времени оккупации. La Revue в 1894 году во многих статьях указывала на то, что это не дело Швейцарии — увековечивать память об этом унижении, в котором суворовские солдаты были войсками реакции. Тем временем было единогласно отклонено требование Франции об аналогичном памятнике для своих павших, воспротивившись монументальной оккупации Шолленена, начатой русскими. Газета Neue Zürcher Zeitung 30 января 1894 года описала, как свирепствовали французские оккупанты, и сделала вывод: «С учетом таких фактов национальное самосознание запрещает нам впоследствии прославлять понесенные Швейцарией страдания французским памятником на Готарде». Российскому давлению бундесрат уступил. Французам же, напротив, отказал, потому что это может навредить репутации Швейцарии, если она будет хранить в памяти события, «которые связаны с вторжением в страну иностранной армии».


Несмотря на сомнения, князь Голицын продолжал продвигать свой план и добился успеха. Вместо установки простой памятной доски на площади 24 на 24 метра из скалы были высечены крест и полусфера, дополненные бронзовыми украшениями и платформой. На открытии потом нашлась формулировка, которая должна была примирить российской крест со Швейцарией, как с нейтральным, суверенным государством. Так, на церемонии комендант крепости Готард, дивизионный полковник Генрих Зегессер (Heinrich Segesser) сказал: «Россияне могут быть уверены, что мы будем оберегать этот крест и что никто не сможет потревожить эту святыню, потому что больше никто не будет втянут в войну за Готард. (…) Пушки Готарда, которые защищают наше отечество, будут хранить и российский крест».


Советская территория


Так непоколебимо стоял крест в Шолленене, подверженный лишь разрушительному действию времени. В 1980-е годы потребовался ремонт. Камни парапета качались, буквы были на грани осыпания. Десятилетиями никого не волновало, кому, собственно говоря, принадлежит эта площадь. В 1982 году урнские землемеры установили, что крест отсутствует в земельном кадастре, и начали поиски собственника. Урнцы исходили из того, что они предоставили право на строительство в скалах, и что, таким образом, скала осталась во владении корпорации Урсерен, хотя в 1950-е годы Советский Союз оплатил работы по поддержанию памятника. Однако советское посольство предъявило претензии на право собственности. Изначально поясняющий документ отсутствовал. Но затем из Москвы пришло письмо.


В Кремле было обнаружено решение корпоративного совета от 13 октября 1893 года. Он «единогласно постановил, что необходимая территория безвозмездно отходит к русским». Какое травматичное осознание посреди холодной войны: Советский Союз, как правопреемник царя, владеет землей в крепости Готард. Оставалось лишь слабое утешение. Москва посчитала, что крест также и швейцарский монумент и что реставрация стоимостью 100 тысяч франков — задача Швейцарии. Но федеральное ведомство по сохранению культуры теперь имело твердый аргумент: «Мы можем поддержать реновацию, но суть в том, что это — дело собственника».


Позднее примирение


В 1999 году, перед 200-летней годовщиной, последовало примирительное соглашение. СССР разрушился, холодная война окончилась. Российские и швейцарские организации объединились в память о Суворове и организовали празднования и выставки на пути следования маршрута. С тех пор, когда российские делегации приезжают в Швейцарию, посещение креста входит в программу. Год за годом в сентябре там отмечаются годовщины. В 2009 году крест посетили даже президент Дмитрий Медведев и федеральный президент Ханс-Рудольф Мерц. Между тем, было выполнено и старое требование военного противника о собственном памятном месте. В 1999 году друзья Франции в качестве собственного аналога российского креста соорудили у гостиницы возле Чертова моста «Французскую площадь», обозначенную обычным уличным знаком и копиями исторических картин, изображающих битву за Чертов мост. Так, спустя 200 лет был соблюден нейтралитет, и мертвые могут покоиться с миром.