Мужчина проходит через открытую стеклянную дверь на улице Чистяковой. «У нас в Туле разработали снайперскую винтовку, которая попадает в цель с четырех километров, — обращается он к мужчинам, которые толпятся перед стойкой. — Это позволяет нам заявить, что мы, русские, делаем лучшее оружие». А ответ раздается приглушенный одобрительный гул.


Окраина Москвы, новый микрорайон «Трехгорка», 47 панельных многоквартирных домов высотой от 18 до 25 этажей, примерно 40 тысяч жителей, две школы, три супермаркета. И 14 магазинов, торгующих разливным пивом. Они называются «Пив-пав», «Пивная бухта» или «Бeeрлин». Но на стеклянной двери на улице Чистяковой висит только табличка «открыто».


14 магазинов разливных напитков на окраине Москвы


14 сортов бочкового пива из Сибири, из Северной Осетии или Белоруссии, а также бельгийское Leffe и баварское Zoller-Hof. Российское пиво стоит 2,2 евро за литр, западное — до 6,5 евро. Оно льется из металлического крана в пластиковые бутылки, а торопливые покупатели, возвращающиеся из московских просторных офисов, несут его домой, чтобы выпить перед своим телевизором. Другие пьют его у стойки, стоя, но без спешки. Кроме продавщицы, здесь только мужчины, они разговаривают, смеются, молчат, выходят покурить.


В пригороде Москвы и других крупных городов — расцвет таких магазинов разливного пива. «Чем дальше от центра города и чем новее жилые дома, тем больше там пивных магазинов», — констатирует урбанист Дмитрий Лебедев. На самом деле магазины разливного пива на периферии практически превращаются в трактиры.


В советские времена царила нехватка пива. Если куда-нибудь приезжала пивная бочка, возле нее тут же образовывались очереди. Хотя покупатели часто ругались, что пиво разбавлено водой и мылом. Сегодня пива более чем достаточно, очень популярно местное крафтовое пиво, новые сорта можно пить без страха перед головной болью. Но критически настроенные граждане опасаются по поводу того, что обилие магазинов разливных напитков способствует превращению окраин крупных городов России в «пивные гетто» — такой пугающий заголовок выбрал интернет-телеканал «Дождь».


Пиво и водка в панельных многоэтажках


На самом деле небрежно оштукатуренные бетонные фасады панельных многоэтажек вокруг Москвы начинают осыпаться уже через несколько лет, как и асфальт на дорогах и тротуарах. «Террористы убивают людей сразу, а такой способ строительства — постепенно», — жалуется блогер Аркадий Гершман. А еще пиво или водка. По официальным данным, пять миллионов россиян — алкоголики, 500 тысяч человек ежегодно умирает из-за употребления алкоголя.


Но «Трехгорка» запаркована автомобилями марок Nissan, VW, BMW или Renault. Тот, кто сумел раздобыть себе здесь, на лесистой западной части окраины Москвы, квартиру, по российским меркам относится к верхней границе среднего класса. И с уродством снаружи люди борются с помощью уютной обстановки внутри квартиры. Если человек отчаивается из-за ипотеки или аренды, то он пьет водку, а не пиво.


В пивной на улице Чистяковой дела обстоят так же, как и в трактирах по всему миру. Одни здесь только за одним пластиковым бокалом в 500 грамм, другие — разговорились и выпили уже два литра. Обсуждаются боксерские поединки, автомобильные шины или аннексия Крыма. «Крымнаш»-патриоты, разумеется, в большинстве. А кто-то подогревает старые слухи о таджикском насильнике, из-за которого, якобы, небезопасно в квартале. Распитие пива, которое может иметь более обывательские черты, чем распитие водки, способствует развитию склонности к мещанству и у россиян.


Веселая самоирония по части футбола


Но потом речь заходит о футболе, россияне считают свой футбол скверным, настроение скатывается к веселой самоиронии. «После своей последней игры за национальную сборную Кержаков хотел застрелиться, — шутят о завершившем карьеру бомбардире Александре Кержакове. — Но снова не попал».


Возле обязательного телевизора возвышаются немецкие пивные кружки, в углу стоит маленький столик с двумя деревянными табуретками и нардами. Кто-то повесил знамя воздушно-десантных войск, в других пивных стены украшают футбольные шарфы или пивные крышки. В помещении для гостей пивного магазина «Бeeрлин» стоят уже четыре стола. В спальных районах России расцветает культура пивных заведений.


Продажа алкоголя после 23 часов запрещена, но в магазине на Чистяковой последние три гостя до половины двенадцатого обсуждают отечественный Yota-Phone. Приговор единогласный: ненадежное программное обеспечение и дороже, чем I-Phone6. «Вообще, кто хочет мобильный телефон, который работает от дровяной печи?» — восклицает один, и раздается хохот. Даже российский всегдашний патриотизм имеет свои границы.