Москва. — В один из недавних ветреных дней члены известной российской религиозной группы раскладывали в углу парка детскую обувь. Две тысячи пар — по количеству абортов, которые в среднем делают в России ежедневно.


Стараясь, чтобы ветром не сдуло крошечные тапочки и резиновые сапожки, организаторы акции, представляющие движение «За жизнь», непрерывно объясняют в громкоговоритель причины, по которым аборт в России должен быть объявлен незаконным. Одновременно двое мужчин развернули длинный красно-белый баннер с цитатой президента Владимира Путина: «Вопрос демографии — основополагающий…. Либо мы будем, либо нас не будет».


«Если мы законодательно не запретим аборты, мы не сможем обеспечить рост нашего населения, а как без этого Россия сможет сохранить свою силу и величие?», — спрашивает Мария Студеникина, организатор из московской группы «За жизнь». Участники «проекта с детской обувью» под названием «Они могли бы пойти в школу» провели за последние месяцы акции в 40 городах России. Рядом с детской обувью они выставляют школьные доски, яркие детские рюкзаки и мягкие куклы в виде эмбрионов.


Российское движение против абортов активизировалось в последние месяцы, когда активисты — как правило, глубоко верующие члены влиятельной Русской православной церкви — начали использовать демографический кризис в стране в качестве серьезного аргумента в пользу запрета абортов. Они также начали ссылаться на вновь появившееся стремление России занять более передовую позицию на мировой арене — от войн в Сирии и на Украине до дипломатического кризиса, связанного с Северной Кореей.


Оба этих аргумента, судя по всему, должны вызвать интерес и понравиться Путину, который, несмотря на усиливающуюся связь и единение с церковью (что, по мнению критиков, он использует в качестве расширения сферы своего руководства), пока еще не высказался по поводу дебатов об абортах, охвативших страну. Но вполне возможно, что вскоре ему придется занять в этом вопросе определенную позицию.


В августе активисты движения «За жизнь» объявили, что собрали один миллион подписей за запрет абортов, среди которых есть и подпись Патриарха Кирилла, главы РПЦ и близкого союзника Путина. Это дает активистам возможность подать петицию в Госдуму, нижнюю палату российского парламента. А затем, если там за нее проголосует большинство депутатов (что представляется вполне возможным), петицию можно подать в верхнюю палату, а в перспективе — и самому Путину. Эта группа, представители которой говорят, что никакой финансовой помощи от церкви не получают, два года назад участвовала в разработке законопроекта, который направлен на исключение абортов из числа медицинских услуг, предоставляемых в учреждениях государственной системы здравоохранения бесплатно. Законопроект все еще находится на рассмотрении в парламенте.


Анна Кузнецова, Уполномоченный при президенте Путине по правам ребенка, является непримиримым противником абортов. Являясь женой православного священника и матерью шестерых детей, она прославилась своими рассуждениями о «телегонии», заявив, что «клетки матки» «запоминают смерть» ребенка, убитого при аборте. Но Путин в отношении этой проблемы действует гораздо осторожнее.


Возможно, его нежелание комментировать этот вопрос объясняется финансовыми проблемами. Запрет абортов обошелся бы стране довольно дорого: помимо прочих последствий, по словам Минздрава, это может привести к росту числа осложнений в результате подпольных абортов и операций по прерыванию беременности, выполненных неспециалистами. Не исключено, что российский лидер также опасается возможного негативного влияния такого запрета на его высокие рейтинги популярности — по данным опроса, проведенного год назад всероссийским центром изучения общественного мнения ВЦИОМ, 72% россиян выступают против запрета абортов. Легальные аборты в России имеют давнюю историю. В 1920 году Советский Союз стал первым государством в мире, которое, руководствуясь принципом равноправия полов, легализовало аборты. И с тех пор эта практика остается популярной (до сих пор аборты в стране запрещали лишь однажды — в 1936 году при Иосифе Сталине, и запрет длился 20 лет).


Но, несмотря на то, что активисты, выступающие против запрета абортов, склонны преувеличивать, есть основания полагать, что роль аборта в жизни россиян необходимо несколько скорректировать. Многие российские женщины прибегают к абортам как к единственному способу планирования семьи и регулирования рождаемости, и, согласно официальным данным, ежегодно беременность прерывают почти 930 тысяч женщин. Это число в два раза меньше количества абортов в 1995 году и одна седьмая от количества абортов, сделанных в Советском Союзе в 1965 году. В том году число прерываний беременности почти в три раза превысило количество новорожденных. Но в расчете на душу населения количество абортов в стране значительно выше, чем в других европейских странах или в США. Так, например, в России на тысячу родов приходится около 480 абортов, в то время как в США — около 200, а в Германии, по последним статистическим данным за 2015 год, на одну тысячу новорожденных приходилось 135 абортов.


И даже большинство россиян, выступающих за легальные аборты, признают, что могут возникнуть проблемы. Эта обеспокоенность озвучена в рекламе презервативов Durex, которую показывают на телеканале ТНТ, ориентированном на молодежь. Мужской голос за кадром восклицает: «Каждая третья из вас сделала аборт. Почему бы вместо этого не попробовать Durex?».


И хотя прямую взаимосвязь между численностью населения и абортами определить сложно, в России, несомненно, существуют серьезные демографические проблемы. Страна, где в настоящее время проживает 144 миллиона человек, по-прежнему страдает от последствий сталинских чисток и гибели людей в лагерях в 1930-е годы, а также людских потерь, которые понес СССР во время Второй мировой войны и которые составили как минимум 20 миллионов человек. Более того, сегодня по всем важным показателям отмечается тенденция к снижению численности населения. Этому способствуют ослабление экономики в результате санкций, высокий уровень смертности и общее нежелание женщин иметь много детей. По прогнозам некоторых демографов, к середине столетия численность россиян может сократиться на 20%. По данным Росстата, число детей, родившихся за первые семь месяцев текущего года, на 17 тысяч меньше, чем за аналогичный период прошлого года.


Путин сделал проблему демографии постоянным предметом своей риторики и часто затрагивает этот вопрос во время своих ежегодных тщательно срежиссированных «прямых линий». Его правительство давно предлагает привлекательные и безотказные стимулы, позволяющие поощрять деторождение. Сегодня за рождение второго ребенка семьи получают единовременные выплаты в размере около 453 тысячи рублей (7.5 тысяч долларов). Нынешний премьер-министр Дмитрий Медведев в свою бытность президентом в 2010 году поощрял увеличение количества семей с тремя и более детьми, предлагая им бесплатные земельные участки. Он заявил тогда, что, Россия многое потеряла бы без таких великих людей, как писатель Антон Чехов или первый космонавт Юрий Гагарин, которые в своих семьях были третьими детьми.


В то же время ради социально-консервативной повестки дня Путин зачастую, не колеблясь, приносит в жертву интересы женщин или представителей других маргинализированных групп.


Дебаты по вопросу абортов активизировались одновременно с сокращением свобод для российских женщин. В феврале Путин подписал закон о декриминализации бытового насилия, в результате чего домашним насильникам теперь проще избивать своих партнеров. Этот закон был принят после подписания в 2013 году российского закона о борьбе с пропагандой гомосексуализма, который Европейский суд по правам человека недавно признал дискриминационным. Все эти шаги предпринимаются в соответствии со стремлением Путина продемонстрировать силу внутри страны. Это также связано с желанием «определить место, которое занимают русские в геополитическом плане», считает Кейт Шектер (Kate Schecter), член американской некоммерческой организации «Совет по международным отношениям» и специалист по делам женщин на постсоветском пространстве. «В условиях этого сильного лидерства и возвращения к традиционным ролям, пренебрежение к женщинам, или мужской шовинизм, существовавшие и ранее, сегодня проявляются сильнее», — говорит Шектер, которая также является президентом НКО World Neighbors.


Движение российских традиционалистов стремительно набирает обороты. По данным масштабного исследования, проведенного недавно исследовательским центром Pew, сегодня более 70% россиян считают себя православными христианами, что гораздо больше, чем в 1991 году, когда православными считали себя чуть более трети населения. Однако церковные ценности зачастую оказываются несовместимыми с правами, которые сегодня есть у женщин. Авторы того же исследования пришли к выводу, что в странах с преимущественно православным населением в основном принято считать, что женщины должны выполнять традиционные роли. В России 36% опрошенных заявили, что женщины должны подчиняться мужьям, и их общественная обязанность заключается в том, чтобы рожать детей.


Помимо этого, церковь начинает вести себя гораздо «смелее», и все чаще объектами ее агрессии и становятся представители творческой интеллигенции, которых она обвиняет в богохульстве. В начале этого лета в Большом театре была отменена премьера балета о жизни российского танцовщика-эмигранта Рудольфа Нуриева, открытого гомосексуалиста. И скорее всего это произошло после того, как православные активисты, устроили скандал. Не утихают споры и в связи с «Матильдой», новым российским фильмом о последнем русском царе Николае II, в котором рассказывается о его любовной связи с молодой балериной, когда они оба были свободны и еще не были связаны семейным узами. В конце сентября лидер организации «Христианское государство — Святая Русь» Александр Калинин заявил, что хочет, чтобы Россия стала государством, похожим на Иран — «монархией в границах Советского Союза, в которой есть вера в Бога».


Несмотря на то, что Путин держится на некотором расстоянии и не поддерживает самые крайние позиции церкви, в более широком смысле он поощряет ее активные действия. И, по мнению некоторых, он больше не в состоянии контролировать те силы, которые «выпустил на свободу». «Дав волю чему-то подобному, уже трудно вернуть все назад», — говорит Юлия Горбунова, аналитик Human Rights Watch, занимающийся вопросами России. По ее словам, своим «молчаливым одобрением» власти поощряют такие действия.


Участники акции «За жизнь» выражали большие надежды на то, что сдержанное руководство со стороны властей скоро примет форму более твердой позиции, и правительство официально одобрит проводимые активистами кампании. «Мы должны помочь нашему президенту преодолеть демографический кризис, — сказала Студеникина. — Для того мы и здесь — чтобы поддержать его».