Я всегда любил США.


Еще с того времени, когда я был подростком, огромная страна, ее сила и неукротимая энергия завораживали и притягивали меня.


Мне нравилось кино, литература и огромные мегаполисы.


Там была какая-то несокрушимая энергия и мощь, которыми трудно было не восхищаться здесь, в мирной и немного скучной Дании.


По этой же причине я несколько раз уезжал в США, чтобы учиться и работать, а потом все время возвращался на американские берега в отпуск и в командировки. Но сегодня, когда я езжу в США, я больше не вижу образца для подражания.


Конечно же, Нью-Йорк и Сан-Франциско всегда великолепны, и, конечно же, стране по-прежнему удается быть впереди в том, что касается развития и инноваций в таких областях, как технологии и развлечения. Но это же еще не всё. Сейчас США чаще оставляют о себе впечатление страны, которая в некоторых основополагающих областях больше не справляется и существует лишь благодаря насосам.


Уже когда ты приземляешься в аэропорту, все кажется изношенным и унылым. Дороги, ведущие в город, все в ямах, они в жалком состоянии, совершенно очевидно, что инфраструктура скоро рухнет (а те, кто жалуется на то, что Копенгаген — вечная строительная площадка, могут съездить в США и посмотреть, что бывает, если постоянно не обновлять и не ремонтировать объекты инфраструктуры). А потом, когда ты уже приехал и начинаешь присматриваться к американскому обществу, тебя просто поражает царящее в нем мрачное настроение.


В Копенгагене в кафе полно народа целый день, дороги и велосипедные дорожки уже в три часа дня начинают заполняться родителями, которые спешат домой, чтобы забрать детей из школ и детских садов, а в США все по-другому.


Здесь большинство работают с раннего утра до пяти-шести часов вечера, они несутся мимо тебя с чашкой кофе и полусъеденным круассаном, торопясь на метро. И, конечно, хотя электричка в Дании серым январским утром —не самое веселое место, в ней все равно гораздо больше надежды и хорошего настроения, чем можно увидеть в американской электричке, везущей людей на работу в город.


Здесь настроение больше напоминает то, что я наблюдал в бывшем Советском Союзе до того, как он рухнул в 1991 году. Люди сидят с выражением упорства на лице, похоже, что они готовятся к еще одному дню борьбы.


И это не только впечатление о настроении. Цифры говорят своим четким языком. Хотя в стране — масса денег, на рынках акций — бум, США откатываются назад по одному из важных параметров за другим.


Когда я рос в 1970-е годы, средний американец мог рассчитывать на то, что проживет на полтора года дольше, чем в среднем в ОЭСР. Сегодня немного наоборот: средняя продолжительность жизни в США примерно на два года ниже средней продолжительности жизни в остальных странах ОЭСР.


Сейчас люди в таких странах, как Франция и Испания, живут на пять лет дольше, чем американцы. И здесь все идет не так: и в 2015, и в 2016 годах средняя продолжительность жизни в США падала, чего не было десятилетиями. Подобный феномен связываешь, скорее, с такими странами, как Россия.


Есть много объяснений этому. Отсутствие медицинской страховки или плохая страховка у многих миллионов американцев, уровень убийств, который во много раз выше, чем в других странах, и, наконец, наркоэпидемия, так называемый опиоидный кризис, который только в прошлом году унес жизни более 60 тысяч американцев — больше, чем за время войны во Вьетнаме, и за эпидемию СПИД, когда она была в самом разгаре.


А с Трампом в качестве президента стало совершенно очевидно, что вся политическая система в США — в полном упадке.


Для меня это очевидные признаки того, что что-то идет совершенно не так, и что США сегодня ни для кого не должны быть примером. Но примечательно и другое: именно та общественная модель и тот жестокий капитализм, что потерпели крах в США, постоянно вызывают восторги в Европе.


Здесь политики и организации работодателей борются за то, чтобы уничтожить то общество всеобщего благосостояния и тот капитализм с человеческим лицом, которые — и это представляется мне совершенно очевидным — превосходят жесткую американскую модель.


Все должно приватизироваться, оплаченный обеденный перерыв работников должен быть сокращен, все должно оптимизироваться, главное — фондовые опционы. И так до бесконечности.


Но почему? Европа богаче, чем когда-либо. И давайте же встанем на защиту нашей модели общественного устройства, которая гораздо лучше, чем американская.