Самый правильный и, возможно, самый резкий характеризующий агрессию России на Украине официальный документ, - это принятая 17 июня резолюция Европейского парламента. В ней, в частности, упоминается незаконная оккупации и аннексии Крыма, в связи с которой осуждается практикуемая Россией в международных отношениях политика «свершившегося факта». Для Латвии такая позиция важна хотя бы потому, что страны Балтии в 1940 году аналогичным образом стали жертвой «свершившегося факта».
 
Принципиальный тон резолюции многих удивил, потому что удельный вес друзей Путина в Европейском парламенте вроде бы возрос как среди крайне-правых, так и среди левых, и Кремль в эти годы тратил огромные средства для распространения своего влияния во многих странах. В свою очередь, западные фирмы вложили в Россию большие деньги, от которых ждут отдачи. Мистическая акула капитализма, в том числе и с противоположного берега Атлантики, и финансовый спрут, которых у нас иногда изображают, как душителей России, на самом деле являются ее самыми большими лоббистами. Они, к примеру, покупают рекламные площади для тиражирования соответствующей позиции или заботятся о вычеркивании из санкционных списков приближенных к Кремлю российских бизнесменов. Если санкции все же слабо реализуются, то не благодаря большому капиталу, а как раз наоборот - вопреки нему. Разумеется, крупный бизнес Европы - и в первую очередь Германии - в этом смысле особо чувствителен. Это чувствительность, которую можно использовать. Недавно на радиостанции «Голос Америки» русский политолог Александр Морозов сказал: когда Путин «посылает сигналы о том, что Россия и Европа в мировой политике должны быть по дну сторону, а США – по другую, то это похоже на довольно грубую идею по расколу Запада». Однако в Европе такая идея находит определенный отклик. Например, в Латвии в рассказах известных политиков о триумфе «прагматизма», который откроет путь к процветанию «от Лиссабона до Владивостока», но за которым все же, словно прицеп, тянутся предсказываемые компанией Жданок «гарантии для русского языка от Севастополя до Риги».
 
Но почему большинство достаточно прагматичных евродепутатов и, как минимум, на словах представляемые ими государства отвергают навязываемые Путиным правила игры? Это в некотором роде олицетворяет несбывшиеся надежды. Правда, демократии нерешительны, у них мало средств по противодействию, которые ищут только сейчас. Для этого наступил последний момент. Вспоминается использованный генералом НАТО Беном Ходжесом иллюстрирующий тактику Кремля термин – «ползучие нормы», а именно: после очередного агрессивного шага ведется наблюдение за реакцией Запада, и если таковой нет, то акт агрессии превращается в «новую норму». Или в «свершившийся факт». Такой порядок вещей предусматривался для Европы в 30-е годы прошлого века, и поэтому к этому не хочется возвращаться.
 
Перевод: Лариса Дереча.