Казалось, что вернулись добрые старые времена: в Гаване в начале июля революционный лидер Кубы Кастро вновь обнимался с нынешним обитателем Кремля, бывшего когда-то богатым покровителем попавшего в изоляцию коммунистического острова. Вместе кубинец и русский радостно тыкали пальцами в глаза своему главному противнику по холодной войне в Вашингтоне.

На сей раз это был Рауль Кастро — младший брат недомогающего (живого ли?) Фиделя, заправляющий сегодня Кубой, и российский президент Владимир Путин, который, как кажется, вознамерился не только возродить (насколько это возможно) Советский Союз, но и снова сколотить старую антиамериканскую команду из стран развивающегося мира. Это был второй со времен распада Советского Союза визит российского лидера на Кубу, которая была очень недовольна тем, что Москва по сути дела выбросила ее на свалку как зависимое государство, которое ей не по карману.

Но поскольку Путин после аннексии Крыма в марте месяце и в связи с поддержкой украинским сепаратистам проявляет все большую враждебность по отношению к Западу, его визит на Кубу порождает очень важный вопрос. Будет ли альянс Гаваны и Москвы образца 2014 года иметь такие же важные последствия для США и их союзников в регионе, как это было раньше? Ведь именно эти страны в 1962 году поставили мир на грань ядерного Армагеддона.

Стремление Путина к налаживанию более тесных связей не только с Кубой, но и с ее латиноамериканскими странами-единомышленницами, в первую очередь, с Венесуэлой и Никарагуа, кажется вполне простым и понятным. В связи с его действиями на Украине отношения России с Западом быстро ухудшаются. Поэтому он подписал крупный газовый контракт с Китаем на востоке (две державы уже давно смотрят друг на друга с опаской и подозрительностью, если не хуже), а затем обратил свой взор на юг, действуя с Кубой по принципу «назад в будущее».

Владимир Путин на церемонии возложения венка к Мемориалу советского воина-интернационалиста в Гаване


Во время этого визита Путин договорился о списании Кубе ее 32-миллиардного в долларовом выражении долга перед Россией. Таким образом, Кубе остается выплатить всего 3 миллиарда долларов за десять лет. Путин своими действиями снял с Гаваны значительное экономическое бремя — ведь после распада Советского Союза валовой внутренний продукт на Кубе снизился на треть в связи с прекращением прямой помощи и субсидий со стороны Москвы. Путин и Рауль Кастро также договорились о новых сделках в области энергетики, здравоохранения и предотвращения стихийных бедствий. Россия окажет Кубе помощь в строительстве нового крупного морского порта. Москва сегодня ведет разведку нефти и газа в кубинских водах прямо под носом у США.

Эти соглашения стали самым отчетливым на сегодня признаком того, что бывшие любовники примирились. Этот процесс длился более года. В начале 2013 года Кубу посетил российский премьер-министр Дмитрий Медведев, который дал согласие сдать Гаване в аренду восемь самолетов. В июне в рамках «космического сотрудничества» Куба заявила, что разрешит Москве разместить у себя на острове навигационные станции для российской глобальной системы спутниковой навигации ГЛОНАСС.

«Путин восстанавливает отношения, которыми пренебрегали, когда Россия поворачивалась в сторону Запада, намереваясь стать частью большой Европы, и отказываясь от советского наследия, — говорит адъюнкт-профессор международных отношений нью-йоркской Новой школы и внучка бывшего российского премьера Никиты Хрущева Нина Хрущева. — Мне кажется, что именно это лежит в основе возобновленного сотрудничества».

Но Путин приехал в Гавану не просто ради заключения торговых сделок. У бывшего агента КГБ на уме было нечто большее, чем фотосессия перед возвращением обратно в Москву. Он сделал ряд важных стратегических ходов. Как сообщает российская газета «Коммерсант», взамен на списание долга Россия планирует вновь открыть шпионский центр в Лурдесе. Этот объект, расположенный к югу от Гаваны, начал работать в 1967 году, став самым крупным и мощным зарубежным центром радиоэлектронной разведки Советского Союза, и оставаясь таковым длительное время в период холодной войны, говорит адъюнкт-профессор международных и общественных отношений из Колумбийского университета Остин Лонг (Austin Long).

В 2001 году Москва закрыла Лурдес, который работал всего в 240 километрах от побережья Флориды. На пике деятельности этого центра более 75 процентов стратегических разведывательных сведений о США Москва получала через Лурдес. Она также следила за космической программой НАСА на мысе Канаверал.

Есть сомнения по поводу того, что Россия сумеет быстро восстановить работу этого объекта, занимающего территорию в 70 квадратных километров. А учитывая то, что Путин по сути дела опроверг сообщения об открытии центра, есть сомнения и в том, что он вообще возобновит свою работу. И тем не менее, это важная новость. «Это указывает на то, что Путин прилагает реальные усилия по восстановлению не только региональных, но и глобальных возможностей России по сбору разведывательной информации, а со временем и по защите ее военной мощи», — говорит Лонг.

По его словам, в основе всего этого лежит понимание Россией того, что она существенно отстает в таинственной сфере кибербезопасности, особенно после разоблачений Эдвардом Сноуденом секретов АНБ. Но на шпионские амбиции России после холодной войны можно смотреть и по-иному. Если Сноуден, которому Путин только что дал разрешение остаться в России на три года, с самого начала был российским шпионом, как сегодня предполагают многие, то Москва отнюдь не отстает от США в кибершпионской гонке, а даже немного опережает Америку.

«Мне кажется, попытка русских вновь открыть этот центр нацелена на то, чтобы получить какой-то, как минимум, теоретический, доступ к Западу, — говорит Лонг. — Русские неплохо преуспевают в кибершпионаже низкого уровня, но я не думаю, что они в целом идут нога в ногу с ведущими странами в области радиоэлектронной разведки. Безусловно, они отстают от того, что сделали США и Великобритания за последние десять лет».

Технологии сбора информации изменились до неузнаваемости с конца 1960-х годов, и спутниковые технологии сделали наземные операции в основном бесполезными. Но если центр в Лурдесе действительно возобновит работу, Россия сможет обеспечивать информацией таких союзников, как Венесуэла и Боливия, говорит профессор международной политики из Колумбийского университета Роберт Джервис (Robert Jervis).

«Я думаю, есть реальные плюсы [от открытия Лурдеса]. В конце концов, США пытаются высасывать любую информацию, какую только можно, а поэтому вряд ли стоит удивляться тому, что Россия хочет делать то же самое», — заявил он.

Действия Москвы вводят Кубу в игру в качестве раздражителя США в момент, когда российско-американские отношения находятся в самом худшем состоянии со времен холодной войны. И Россия начинает их на фоне свидетельств того, что Вашингтон при администрации Обамы не очень-то игнорировал Кубу в плане разведывательной деятельности. Associated Press недавно сообщило, что в 2009 году США проводили спецоперацию под прикрытием Агентства США по международному развитию USAID, направляя на Кубу молодых латиноамериканцев «в надежде на то, что они поднимут восстание».

Сближение Кубы с Россией отнюдь не ограничивается возможным открытием центра в Лурдесе. В прошлом году начальник российского Генерального штаба Валерий Герасимов посетил на Кубе важнейшие разведывательные объекты. На следующий год после визита на Кубу Медведева в 2008 году российский министр обороны Сергей Шойгу (так в тексте, Шойгу был назначен министром обороны в 2012 году — прим. перев.) объявил, что Россия ведет переговоры о создании военных баз на Кубе, а также в Венесуэле и Никарагуа.

«Похоже, Путину улучшает настроение все, что раздражает США, — сказал Джервис. — Это такая символическая игра мускулами».

Насколько серьезно Вашингтон должен относиться к сближению между Россией и Кубой? Специалисты по региону из правительства и со стороны говорят, что пока не очень. Возобновление работы центра в Лурдесе не будет угрожать национальной безопасности США, так как высшими приоритетами для Вашингтона в Латинской Америке являются организованная преступность, наркоторговля и бесконтрольная миграция. Об этом говорит профессор университета Майами Хоакин Рой (Joaquín Roy), специализирующийся на вопросах европейской интеграции.

«У России нет ни военных, ни военно-морских возможностей для превращения этого сближения в плацдарм по проведению операций в Латинской Америке, — отмечает Рой. — Если кто-то верит в это, ему надо сказать, что это полная глупость».

Тем не менее, Путин мастерски умеет создавать видимость, и он постарается отыскивать и использовать страны, разочаровавшиеся в США, говорит Хрущева. «Это такое создание образа для тех, кто крайне разочарован единоличным лидерством Америки в мире на протяжении двадцати с лишним лет», — отмечает она.

В шпионских играх, как и в продаже недвижимости, место имеет первостепенное значение. В конечном итоге, географическая близость Кубы к США делает ее чрезвычайно ценной для российского президента, который решил как можно сильнее усложнить жизнь Соединенным Штатам. А мартовские заявления Обамы после путинского вторжения в Крым о том, что США стремятся изолировать Россию от международного сообщества, дают Москве еще больше стимулов для восстановления связей с Гаваной.

Фидель Кастро разговаривает с Владимиром Путиным во время встречи в Гаване


По словам заслуженного профессора Стивена Коэна (Stephen Cohen) из Принстонского университета, который занимается российскими исследованиями, поездка Путина на Кубу стала ответом на представления Обамы о том, будто Россию можно изолировать. «Он как бы говорит: “Эй, мы тут недалеко от вашего побережья, всего в 150 километрах. Передаем вам большой привет и сообщаем, что намерены снова заняться здесь экономическими делами”».

Возрождение угасшего было любовного романа между Россией и Кубой может стать раздражающим фактором для США, которые давно уже надеются, что после кончины Фиделя Кастро изоляция Кубы может прекратиться, и страна переориентрируется на Вашингтон. Но сегодня у США гораздо больше проблем с Москвой. А Россия, несмотря на свое нефтяное и газовое богатство, просто не имеет сил и возможностей для того, чтобы снова начать холодную войну по всем прежним направлениям.

«Если сравнить российскую угрозу сегодня с советской угрозой 30 лет назад, то можно сказать, что тогда существовал крупномасштабный глобальный вызов, — говорит Остин Лонг из Колумбийского университета. — Я думаю, что у Путина определенно есть стремление вернуть России статус мировой державы, но этого сейчас нет, и я не вижу никаких перспектив в этом отношении».

Возможно, что Путин берет вес не по силам, но в какой-то момент он должен осознать реальность. «Разрыв в возможностях между США и Россией сейчас, и Советским Союзом и Соединенными Штатами лет 30-40 назад гораздо, гораздо больше», — говорит Лонг.