Похоже, что после обстрела в среду школы в Киевском районе Донецка (который увеличил число погибших на востоке Украины до 3500 с лишним человек), перемирие между Киевом и пророссийскими сепаратистами не продержится. И хотя сейчас основное внимание в плане экономических потерь из-за продолжающегося конфликта уделяется тому, какую цену под давлением Запада должна заплатить Россия за свою причастность к вооружению повстанцев, больше внимания следует уделить тому, чем украинский кризис грозит все более неустойчивым экономикам еврозоны, а также, какой риск он может создать для не особенно крепкой американской экономики.

По мере ухудшения ситуации на востоке Украины стремление Европы добиваться дипломатического урегулирования кризиса как-то странно ослабевает. Вчера, спустя всего несколько часов после обстрела Донецка, председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу (José Manuel Barroso) в жесткой форме отверг призыв российского президента Владимира Путина пересмотреть соглашение об ассоциации между ЕС и Украиной с учетом озабоченностей Москвы по поводу его последствий для экономики России.

Похоже, что экономическая проницательность Баррозу соответствует его политической проницательности. Читатели могут вспомнить, что это он в декабре 2013 года призывал мирных на тот момент антиправительственных демонстрантов в Киеве идти на баррикады, требуя от них «набраться мужества и драться». В любом случае, мысль о том, что у еврозоны, США и Японии в совокупности достаточно рычагов воздействия на Россию, чтобы посредством торговых и энергетических санкций подтолкнуть ее к предпочтительному для этих стран исходу, в ходе кризиса обрела большую популярность. Однако данное утверждение заслуживает более внимательного анализа.

Газопровод «Южный поток»

По мере приближения зимы (а читатели могли заметить, что Киев находится примерно на той же широте, что и Калгари) последствия «европейского выбора» Киева вырисовываются все яснее. Соглашение между украинским Нафтогазом и российским Газпромом от 2009 года дало Киеву возможность в краткосрочной перспективе покупать газ в России со значительной скидкой, поскольку он согласился в среднесрочной перспективе платить за газ по ценам выше рыночных (возможно). Те люди, которые утверждают, будто Москва выкручивает Киеву руки, заставляя его, как сказал один корреспондент, платить цену «гораздо выше той, которую платит большинство европейских стран», забывают упомянуть, что (1) Украина согласилась платить такую цену в обмен на полученный в 2009 году ниже рыночных цен газ, (2) по некоторым оценкам, Украина задолжала России от 3,5 до 5 миллиардов долларов в виде просроченных платежей и (3) на протяжении 20 лет Украина, по словам одного аналитика, получала «огромную ренту в виде дешевого или бесплатного газа из России», пользуясь своим положением главного транзитера топлива в Европу. Иными словами, Украина оказалась очень рискованной в плане транзита страной, в связи с чем ведущие государства ЕС, включая Испанию, Италию и Францию, совместно настаивают на своевременном завершении строительства трубопровода «Южный поток», который должен идти в обход Украины.

Ситуацию на Украине можно назвать едва ли не ужасной. Из-за войны и невыплат Газпрому по долгам Россия 15 июня прекратила поставки газа Украине. В результате к январю газовые хранилища страны опустеют. Однако в субботу Украина отвергла предложенную при посредничестве ЕС сделку между Москвой и Киевом о возобновлении подачи газа на Украину в предстоящие шесть месяцев в обмен на выплату 3,1 миллиарда долларов. Россия утверждает, что эти средства пойдут на оплату непогашенного киевского долга, а Киев настаивает на том, что эту сумму следует считать предоплатой за предстоящие поставки. Этот спор вызвал в странах юго-восточной Европы опасения по поводу того, что Киев начнет воровать предназначенный для них газ, как он делал это в январе 2006 и 2009 годов.

Если это произойдет (а такая перспектива кажется все более вероятной), для еврозоны возникнет значительный экономический риск. И хотя последствия нарушения неустойчивого баланса между Россией и Европой не приходят на ум Баррозу и иже с ним, чешскому представителю по энергетике они довольно понятны. Выступая в понедельник на Европейском инвестиционном саммите, он сказал: «Глупо надеяться, что этой зимой с транзитом через Украину будет все как обычно... наш основной сценарий на эту зиму таков, что газ через Украину не пойдет, что зимой не будет никакого транзита».

А если так, то каковы будут последствия для еврозоны, неуверенно восстанавливающейся после долгового кризиса 2012-2013 годов?

Энергетическая война вкупе с торговой войной, разразившейся из-за введения режима санкций против России, в будущем году может привести к сползанию Европы в рецессию. Возможно, мы уже наблюдаем первые признаки. В среду индекс покупательной способности еврозоны упал до самой низкой отметки за 14 месяцев. Производство во Франции продолжало сокращаться, а в Германии оно опустилось до минимального показателя за 15 месяцев. Между тем, сокращение поставок нефти из России по причине санкций в 2015 году может понизить рост в еврозоне на 1-1,5 процентных пункта.

Что это означает для американской экономики? Мнения на сей счет разнятся. Джон Мейсон (John M. Mason) из Уортонской школы бизнеса в середине сентября выразил свою обеспокоенность на страницах Washington Times, отметив, что «всех американцев должна тревожить» возможность очередной рецессии в Европе, потому что это приведет и к снижению роста в США.

Более оптимистичный анализ представил чикагский стратегический аналитик по глобальным рынкам, рассказавший The National Interest, что хотя еврозона, на его взгляд, уже переживает спад, американская экономика находится в лучшем положении и способна выдержать очередную европейскую рецессию...

...каналы торговли товарами и услугами между ЕС и США невелики, и не все они относятся к реальной экономической деятельности Америки. Может, мы и отправляем 1/6 нашего экспорта в ЕС (включая Британию), но в целом американский экспорт составляет здесь лишь небольшую часть экономической деятельности. Помните: американский потребитель это по-прежнему где-то 70% ВВП.


Только время покажет, насколько невосприимчива американская экономика к украинскому кризису. А мы, между тем, довольно скоро увидим, какую цену страны еврозоны готовы заплатить за «европейский выбор» Киева.

Джеймс Карден — пишущий редактор The National Interest.