11 сентября 2013 года вылетевший из Каракаса рейс Air France приземлился в Париже с более чем 1,3 тонны кокаина, который находился примерно в 30 чемоданах. Французское общественное мнение проявило большой интерес к обнаружению крупнейшей в истории страны партии наркотиков, за которые при перепродаже можно было выручить от 50 до 300 миллионов евро. В Венесуэле вряд ли кого-то удивит тот факт, что главный международный аэропорт страны используется для перевозки наркотиков. Венесуэльские полицейские давно пользуются репутацией одних из самых коррумпированных в мире, в связи с чем европейские правоохранительные органы провели операцию, не поставив в известность своих коллег из Венесуэлы. Доверия нет.

Связи военных и повстанцев

«Наркоторговлей занимается огромное число госслужащих, многие из которых все еще несут службу в армии. Иностранные разведслужбы все пристальнее следят за ситуацией», — отмечает бывшая глава Национального управления по борьбе с наркотиками Милдред Камеро (Mildred Camero). С 1999 по 2005 годы, во время первого шестилетнего мандата Уго Чавеса, она всеми силами боролась с этим растущим бедствием. По данным ООН, в настоящий момент 51% попадающих в Европу наркотиков идут из Венесуэлы, которая вышла на пятое место в мире по экспорту кокаина.

В книге «Чавес, наркотрафик и военные» Милдред Камеро рассказала о 13 генералах и депутатах от Соцпартии, которых она считает главными венесуэльскими наркоторговцами. Некоторые из них фигурируют и в знаменитом «списке Клинтона», где обозначены разыскиваемые за наркоторговлю в США люди и предприятия. В их числе оказались главнокомандующий вооруженными силами и губернатор Трухильо Генри Ранхель Сильва (Henri Rangel Silva), капитан корабля и губернатор Гуарико Рамон Родригес Часин (Ramon Rodriguez Chacin) и бывший мэр Каракаса Фредди Берналь (Freddy Bernal). Американские власти утверждают, что они поддерживали колумбийских повстанцев, предоставили их лидерам защиту на территории Венесуэлы и передавали им оружие в обмен на наркотики.

Не считая отчетов разведслужб, главные доказательства этих утверждений были обнародованы одновременно с содержимым компьютеров убитого в 2008 году колумбийского повстанца Рауля Рейеса (Raul Reyes).

На жестких дисках секретаря Революционных вооруженных сил Колумбии фигурировало имя венесуэльского генерала Уго Карвахаля (Hugo Carvajal), о котором неоднократно писали на первых полосах газеты.

Связи с делом Air France

В 2011 году Валид Маклед, которого считают самым крупным наркоторговцем в истории Венесуэлы, назвал его имя в числе 40 других коррумпированных военных: «Я давал 200 миллионов боливаров в неделю, 100 миллионов из которых шли генералу Уго Карвахалю».

Несмотря на всю свою скрытность (он целых десять лет возглавлял венесуэльские спецслужбы), Карвахаль вновь всплыл на поверхность в июле этого года. Генерала задержали на нидерландском острове Аруба, после чего над ним нависла угроза экстрадиции в США.

Как бы то ни было, несмотря на преследования за предполагаемые связи с наркоторговцами и повстанцами (защита, поддельные документы и т.д.), а также подозрения в причастности по меньшей мере к одному заказному убийству, генералу в конечном итоге все же удалось выйти сухим из воды. После нескольких дней интенсивных переговоров между Нидерландами и Венесуэлой (в Каракасе явно не хотели, чтобы Карвахаль выболтал все секреты в американском суде) он смог вернуться обратно на родину.

«У него есть огромная власть, это очень опасный человек. Он шпионил даже за Чавесом», — говорит Милдред Камеро.

В 2011 году генерал Уго Карвахаль лишился кресла главы военной разведки и безуспешно пытался договориться об экстрадиции с Управлением по борьбе с наркотиками США. Тем не менее, затем он вновь вернулся к работе и в октябре 2012 года встал у руля Национального управления по борьбе с организованной преступностью, а в апреле 2013 года стал начальником военной контрразведки. В то время он мало ездил, передвигался в основном по ночам, прикрывал лысину париком и пользовался тремя разными паспортами.

Его имя всплыло и во время скандала с Air France. Были выдвинуты обвинения против двоюродного брата генерала, который возглавляет службу безопасности аэропорта Каракаса, а его правую руку Александра де Ногаля (Alexander de Nogal) заподозрили в наркоторговле.

«Канадские спецслужбы предупредили Николаса Мадуро насчет Карвахаля и Air France за несколько дней до операции, — рассказывает Милдред Камеро. — Президент назначил генерала на пост консула в Арубе, чтобы мягко отвести его в тень, однако с дипломатической неприкосновенностью возникли трудности».

По возвращении на родину в начале августа члены правительства встретили Уго Карвахаля, как героя, и даже пригласили его на заседание Единой социалистической партии Венесуэлы. Спикер парламента Диосдадо Кабелло (Diosdado Cabello) назвал его «патриотом», который едва не заплатил высокую цену за «верность Чавесу». «Неважно, был Карвахаль верным или нет, никакая идеология не мешала ему покупать себе на Арубе и Кюрасао часы за десятки тысяч долларов», — отмечает специалист по журналистским расследованиям и автор книги «Чависты в империи» Касто Окандо (Casto Ocando).

«Неудивительно, что правительство поддерживает Карвахаля за его связи с РВСК: Чавес почти не скрывал связей с повстанцами», — продолжает Милдред Камеро. По ее словам, 2005 год стал поворотным моментом в развитии наркоторговли в Венесуэле:

«Тогда Чавес передал всем вооруженным силам полномочия в сфере наркотиков. В IV Республике военных уже привлекали к ответственности за содействие в перевозке наркотиков по всей Венесуэле, однако с этого момента все приобрело по-настоящему хронический характер. Связи Чавеса с занимающимися наркоторговлей повстанцами лишь способствовали развитию этого явления. Кроме того, в том же самом 2005 году меня уволили, потому что мои доклады создавали угрозу для слишком многих генералов. А несколько недель спустя пришла очередь американского Управления по борьбе с наркотиками, хотя раньше мы прекрасно с ним сотрудничали...»

Через три года после неудавшегося переворота против Уго Чавеса (при поддержке США) революционное правительство увидело в американском управлении шпионское гнездо и выдворило его из страны. Хотя отношения с европейскими спецслужбами были сохранены, все связи с США оказались разорваны.

Война цифр

После выдворения Управления по борьбе с наркотиками началась настоящая война цифр. В отчете Управления ООН по наркотикам и преступности за 2010 год говорится об ухудшении ситуации в Венесуэле. В то же время, по заявлению Национального управления по борьбе с наркотиками, с 2005 по 2008 годы объемы захваченных наркотиков сократились на 35% (это должно было служить доказательством ненужности американского ведомства).

Затем тон заявлений изменился. Теперь нужно было показать, что Венесуэла не является раем для наркоторговцев, и продемонстрировать, что государство ведет эффективную борьбу с этим бедствием. В национальном управлении стали все чаще говорить о задержании наркоторговцев и конфискации их товара: 60 тонн в 2010 году и около 45 тонн за три следующих года.

«Государство представляет эти цифры как успех, однако в ООН отмечают рост объемов идущего из Венесуэлы наркотрафика», — объясняет автор книги «Преступное государство» Маркос Тарре (Marcos Tarre).

«Государство не проявляет интереса к проблеме наркотиков и выделяет на ее решение небольшие средства. За последние годы Венесуэла превратилась в рай для наркоторговцев», — говорит адвокат и специалист по методам отмывания денег Алехандро Реболледо (Alejandro Rebolledo).

В 2010 году от ворот поворот получила уже Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег, которая включила Венесуэлу в список стран, не прилагающих достаточных усилий для борьбы с отмыванием денег и финансирования терроризма.

2012 год выдался особенно богатым на громкие аресты: браться Буитраго с восемью транспортными строительными компаниями в Венесуэле, Диего Перес Хенао (Diego Perez Henao) — лидер колумбийской группировки «Лос Растрохос» с вознаграждением в 5 миллионов долларов, а также самый разыскиваемый колумбийский преступник Даниэль Баррера Баррера (Daniel Barrera Barrera). «Тем не менее, это всего лишь верхушка айсберга», — утверждает Алехандро Реболледо.

В конце августа этого года последнее полицейское подразделение, которое занималось борьбой с наркоторговлей, лишили этих полномочий в пользу армии. «Военные армии и национальной гвардии постепенно подмяли под себя наркоторговлю в Венесуэле и сделали ее своей монополией», — отмечает представитель Коалиции оппозиционных партий Луис Искьель (Luis Izquiel).

Наркогосударство или наркорежим?

«Наркоторговцы, разумеется, не представляют все государство, однако правительство, очевидно, является их пособником, потому что не преследует их по закону, — продолжает оппозиционер. — В нашей стране с разделением властей все обстоит, мягко говоря, не лучшим образом, и можно с полным на то основанием говорить о наркогосударстве».

Милдред Камеро, в свою очередь, предпочитает определение «наркорежим»:

«Не было доказано, что венесуэльское государство использует полученные от наркоторговли деньги на подготовку политических кампаний или финансирование национальных предприятий. У Венесуэлы и так уже есть нефтяная рента... Тем не менее, режим закрывает глаза на действия некоторых своих членов, в том числе генералов и губернаторов, потому что ему так удобно».

За почти год после дела Air France в Венесуэле задержали всего лишь порядка 30 человек. «Крупную рыбу» вроде генерала Уго Карвахаля даже не стали допрашивать. Приоритетной задачей для государства сейчас, по всей видимости, становится борьба с контрабандой топлива и продовольствия на границе с Колумбией. Этим бизнесом, который, по словам президента Николаса Мадуро, даже «больше наркоторговли», частично занимаются и контролирующие зону военные.