Вампиры живут среди нас. Но эти люди не те, что вышли из ночных кошмаров — отнюдь нет. Просто посидите с одним из них, пропустите пару стаканчиков и расспросите сами. Если, конечно, вам удастся его найти. Вампиры не так уж и стремятся себя обнаружить.

В течение пяти лет я проводил этнографические исследования реальных вампиров, живущих в Новом Орлеане и Буффало. Их не легко разыскать, но если у вас это получается, они могут оказаться вполне дружелюбными собеседниками.

Словосочетание «реальные вампиры» является собирательным обозначением людей данного типа. «Реальные» не в том смысле, что они превращаются в летучих мышей и способны жить вечно, хотя многие щеголяют приделанными клыками, равно как и ведут в основном ночной образ жизни. Таковы лишь некоторые из культурных маркеров, используемых реальными вампирами для того, чтобы выразить общую для них (и, по их словам, биологическую) сущность — чтобы чувствовать себя здоровыми, они нуждаются в крови (человека или животного) или психической энергии доноров.

Их самодостаточная природа обычно проявляется во время или сразу после полового созревания. По их словам, она возникает из-за нехватки производимых телами и едва уловимых энергий — энергий, которые обычные люди воспринимают как должное. В любом случае, таково распространенное мнение. Они утверждают, что не в силах изменить это состояние. Поэтому предпочитают ему подчиниться.

Сообщество реальных вампиров, подобно соперничающим с ними вампирам из сказок и легенд, знает несколько национальных границ, от России и Южной Африки до Англии и США. Собственно, в наш век интернета вампиры зачастую неплохо приспособлены к решению вопросов, связанных с общинами.

Хотя это оказывается верно для одних в большей мере, чем для других. Я обнаружил, что вампиры из Буффало стремятся идти в ногу с мировым сообществом, тогда как вампиры из Нового Орлеана проявляют большую заинтересованность в деятельности местных домов вампиров (дочерняя группа, как правило, во главе со старшим вампиром, который помогает членам своего дома привыкнуть к их вампирической природе).

Некоторые дома, да и вообще целые общины вампиров, как в случае Нового Орлеана, объединяют свои усилия для организации благотворительных мероприятий, таких как кормление бездомных (отнюдь не питание ими). Тем не менее, несмотря на свои человеколюбивые усилия, реальные вампиры не кричат на каждом углу, кто они есть, из-за боязни дискриминации со стороны людей, которые просто их не понимают.

Некоторое подобие общины реальных вампиров существует по крайней мере с начала 1970-х годов, но мой собственный контакт с ней начался в 2009 году, когда я вступил в сообщество Нового Орлеана, сжимая в руке свой цифровой диктофон.

В конце концов, я встретил там около 35 реальных вампиров, но их общее число в Новом Орлеане с легкостью можно удвоить. Это были люди в возрасте от 18 до 50 лет, представители обоих полов. Они практиковали сангвиническое (кровь) и психическое насыщение — забирая энергию, например, мысленно или при помощи рук.

Участники моих исследований, как правило, описывают вкус крови как металлический или «отдающий медью», но отмечают, что он также зависит от физиологии донора и даже от количества воды, которую он или она потребляет. Некоторые психические вампиры используют методы тантрического насыщения, то есть через эротический или сексуальный контакт, в то время как другие используют то, что можно описать как астральное насыщение или питание через другого на расстоянии. Многие питаются через эмоции.

В результате, пьющие кровь и психические вампиры начинают чувствовать в себе заряд энергии и ощущают себя в разы лучше, чем если бы они держались на одной обыкновенной пище, такой как фрукты, рыба и овощи (их они тоже едят).

Среди этих вампиров найдутся атеисты, монотеисты или политеисты. Некоторые относят себя к гетеросексуалам, некоторые к гомосексуалам, а другие к бисексуалам. Некоторые из них женаты, некоторые разведены, а у иных есть дети.

Безусловно, повстречавшихся мне вампиров я нашел вполне отвечающими всем требованиям и внешне «нормальными» гражданами. Они исполняли ритуалы по пусканию крови на должном уровне безопасности и только с добровольным участием доноров, регулярно делали медицинские анализы, которые очень редко (если вообще когда-либо) указывали на осложнения для здоровья, вызванные их необычными практиками питания.

Непридуманные истории


Что в общении с вампирами стало для меня, пожалуй, самым большим сюрпризом, так это явный недостаток знаний, который демонстрировали реальные вампиры в отношении вампиров из популярной культуры. Казалось, они знали гораздо меньше, чем можно было бы ожидать — по крайней мере от вампиров — о том, как их вид изображается в книгах и фильмах. Этим я хочу сказать, что люди, которых я встречал и с которыми беседовал, обратились к питью крови или вытягиванию психической энергии не просто потому, что начитались романов Энн Райс.

На самом деле, сообщество реальных вампиров, похоже, позаимствовало совсем немногие из тех атрибутов, что массовая культура приписывает этим ночным существам. Многие действительно носят готическую одежду, но, разумеется, не все время, и очень, очень мало кто спит в гробах. На самом деле, те вампиры, которые предпочитают одеваться определенным образом или носить клыки, стали делать это спустя долгое время после того, как осознали свое желание питаться кровью.

Это то, что можно было бы назвать «дерзкой культурой». Реальные вампиры принимают свою инстинктивную потребность питаться кровью или энергией и используют сложившийся в массовой культуре отрицательный и отклоняющийся от нормы образ вампира с целью самоутверждения. Они узнают других людей с аналогичными потребностями и в соответствии с этой необходимостью создают сообщества.

Но реальные вампиры могут также помочь нам понять и, возможно, даже сбросить с себя часть того идеологического багажа, который каждый из нас носит в себе. Они показывают нам, как общепринятые подавляющие и жестокие категории могут привести к маргинализации. Через них мы видим темную сторону самих себя.

В целом, это сообщество демонстрирует нам, что быть непохожим на остальных еще не значит быть отнесенным на задворки общества. Реальные вампиры способны существовать и действительно существуют как в «обыкновенном» обществе, так и в своих собственных общинах, и для них это нормально.
The Conversation