Geopolitika.news (Хорватия): Болгария включается в «Турецкий поток», а Хорватия готовит СПГ-терминал на острове Крк в обмен на «фигу в кармане»!

Читать на сайте inosmi.ru
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Пока Хорватия планирует вложить сотни миллионов евро в сомнительный с точки зрения рентабельности проект СПГ-терминала на острове Крк, другие страны Европы, такие как Болгария, Сербия и Венгрия, намереваются строить новые дополнительные трассы из России, пишет издание. Хорватия же со своей слепой преданностью США и с искусственно раздутой русофобией рискует превратиться в изолированный энергетический остров.

Некоторые хорватские политики и аналитики разбрасываются в разных ток-шоу «серьезными» заявлениями и сыплют аргументами о необходимости строительства СПГ-терминала на острове Крк, изо всех сил пытаясь убедить общественность и самих себя в его будущей рыночной окупаемости. Но в действительности энергетический поезд все быстрее проносится мимо наших границ, и есть угроза, что Хорватия станет не региональным газовым хабом (хотя к тому есть все предпосылки), а энергетическим «аппендиксом», то есть изолированным «энергетическим островком» на карте Юго-Восточной Европы. Кое-кто питает ложные надежды (повод для них дало, в том числе, одно известное лицо, вовлеченное в этот проект, но называть его я не хочу) на то, что богатый газом восточно-средиземноморский бассейн на много лет обеспечит работой СПГ-терминал в Омишале, за продукцию которого покупатели будут чуть ли не драться. В действительности же эти надежды говорят о полном непонимании или сознательном искажении ситуации. Несколько недель назад состоялась встреча, на которой присутствовали политические руководители Израиля, Греции, Италии, Египта и Кипра. Обсуждалось строительство морского газопровода, который связал бы Израиль с Кипром, Грецией и Италией (об СПГ и речи не шло). А 85-миллионный Египет, на чьем громадном газовом месторождении Зор в Средиземном море первую скрипку играет итальянская компания Eni (она же его и открыла), подумывает о том, чтобы удовлетворять все свои потребности в этом энергоносителе за счет именно этого месторождения (поэтому Каир отказался от дальнейших закупок израильского газа, желая стать совершенно независимым от его импорта и даже превратится в его экспортера). Если газ с этого месторождения когда-нибудь и отправится на танкерах в СПГ-терминалы (а это длительный и дорогостоящий процесс для этого месторождения, так как нужно построить объекты регазификации), трудно себе представить, что Eni, как главный концессионер, решит прибегнуть к услугам не только уже существующих европейских, прежде всего средиземноморских и итальянских, СПГ-терминалов, но и нашего. Может, Eni и захочет, но наверняка это никому неизвестно. Все это находится в сфере догадок и инсинуаций и совершенно ненадежно для того, чтобы делать реалистичные прогнозы и чтобы какое-нибудь серьезное государство на подобной основе взялось за такую инвестицию, как СПГ-терминал.

С другой стороны, наши политики, понимая, как трудно защищать незащищаемое, то есть окупаемость этого проекта, начинают убеждать нас, что СПГ-терминал нужен нам для диверсификации и надежности поставок газа в нынешние сложные с геополитической точки зрения времена. Но тогда встает вопрос, почему таких же проблем не возникает у других членов Европейского Союза и НАТО, вроде Словении, Венгрии, не говоря уже о Германии, Франции или Австрии (последняя не является членом НАТО, но все равно не боится). То есть никого из них не беспокоит продолжение энергетического сотрудничества с Россией и расширение существующих, а также строительство новых и более дешевых дополнительных трасс из России (некоторые страны Европейского Союза, в отличие от Хорватии, даже не располагают собственным производством газа). Кроме того, встает вопрос, кто вообще решается на диверсификацию поставок, если существующие варианты невероятно дороги? А 30% разницы в закупочной стоимости и есть невероятная дороговизна! И почему компании INA и HEP уже сейчас обязали закупать этот более дорогой газ с будущего СПГ-терминала на острове Крк (реальных угроз для безопасности и причин для ограничений поставок российского газа даже не предвидится), если известно, что конечными клиентами именно этих компаний являются хорватские потребители, поэтому услуги INA и HEP точно обойдутся им недешево?

А тем дежурным критикам, которым эти аргументы не понравятся (больше из-за страха потерять собственные места, чем из-за недалекого ума), я напомню о Европейской газовой конференции, которая состоялась на прошлой неделе в Вене. Там вице-президент одного крупного американского производителя сжиженного газа и главного экспортера американского СПГ в Европу, компании Cheniere Energy, Эндрю Уолкер заявил, что Европа в будущем будет рассчитывать и на российские поставки газа, и на поставки СПГ из других стран, в том числе из США. «В долгосрочной перспективе Европе нужны поставки СПГ. Есть выбор: российский газ или СПГ, и разумно располагать обоими (источниками поставок)», — сказал в своем выступлении Уолкер. Доля российского газа к 2035 году возрастет с нынешних 36% до 41, как заявил Уолкер, отметив, что будет расти и спрос на СПГ. Но он также сказал следующее: «Атлантический регион (Европы) — лучшее место для торговли СПГ. США обеспечат около 50% поставок СПГ в регион к началу 2020-х годов».

Что же на это скажут хорватские политико-энергетические мудрецы, если уже даже безоговорочно квалифицированный американский специалист (да еще и непосредственно заинтересованный в поставках американского СПГ в Европу) утверждает, что Европа по-прежнему будет нуждаться в российском газе, а доля его будет расти. О мнении этих мудрецов мы можем только догадываться. Но если чуть больше вдуматься в слова Уолкера, то хочется напомнить ему, что в случае газовых поставок мы говорим не о торговле ботинками, когда предлагаются и дешевые, и дорогие модели, а о рынке, который всегда отдает предпочтение исключительно дешевому предложению (из-за конкуренции самих национальных экономик в мировой рыночной гонке), поскольку различий в качестве молекул газа нет, в отличие от качества ботинок.

То есть в этих хорватских рассуждениях, как и во многих других, много тумана и демагогии. На самом же деле ситуация предельно проста. Да, любой крупный энергетический проект, за которым стоит государство, вбирает в себя и рыночный, и геополитический компонент. Однако в случае проекта хорватского СПГ-терминала, к сожалению, присутствует только геополитический компонент, и это идет во вред только нам самим. Кто бы что ни говорил о газе из того или иного средиземноморского бассейна, из Африки, из Катара и так далее, хорошо известно, что проект СПГ-терминал в Омишале возник исключительно под давлением США и именно США намереваются через него накачивать Европу своим СПГ. При этом Соединенные Штаты не вкладывают в этот проект ни доллара — инвестиции поступают только от Хорватии и Европейского Союза (хотя последний делает это несвоевременно). Просто американцам очень хорошо известно, что эта инвестиция не окупится, поэтому вкладываться в нее им даже в голову не приходит. Ведь если бы было наоборот, то неужели кто-то всерьез думает, что за последние более чем 20 лет, пока этот проект обсуждается в Хорватии и Европе, не нашлось бы подходящих инвесторов и партнеров, которые давно занялись бы этим бизнесом?

Болгария включается в российско-турецкий проект «Турецкий поток»

Хорватское правительство постоянно акцентирует важность СПГ-терминала для безопасности поставок. Однако, как я уже писал выше, этот аргумент не играет никакой роли для многих других членов Европейского Союза и НАТО. Самый последний пример — страна-член Европейского Союза и наш сосед по Южной Европе Болгария. Болгарский государственный газовый оператор «Булгартрансгаз» (Bulgartransgaz) объявил 31 января о своем окончательном инвестиционном решении расширить болгарскую национальную сеть газопроводов от границы с Турцией до границы с Сербией.

Инвестиционный проект обойдется в 2,77 миллиарда болгарских левов (1,4 миллиарда евро), как сообщил «Булгартрансгаз», и ориентирован он на получение газа, который из России будет поступать по газопроводу «Турецкий поток». Свои предложения по закупке всего газа из этого болгарского газопровода уже представили два участника тендера. То есть выкупаться будет стопроцентный объем.

Я напомню, что российский газовый гигант Газпром завершил прокладку двух трубопроводов по дну Черного моря в рамках строительства газопровода «Турецкий поток», который планируют ввести в эксплуатацию к концу текущего года. Мощность каждой ветки составляет 15,75 миллиардов кубометров газа в год. Первая ветка этого газопровода предназначена для турецкого рынка, а вторая — для европейского. Из второй (европейской) ветки три с половиной миллиардов кубометров газа будет направлено в Болгарию, два с половиной миллиарда кубометров — в Сербию, а шесть миллиардов кубометров — в Венгрию. Остальные 3,75 миллиардов кубометров газа будет отправлено в Словакию и Австрию (в центральноевропейский хаб Баумгартен).

«Булгартрансгаз» намеревается построить газопровод протяженностью 474 километра от болгаро-турецкой границы до границы с Сербией. В Сербии дочерняя компания Газпрома «Газтранс» построит газопровод «Нью трансмишн газ пайплайн» (New Transmission Gas Pipeline) к границе с Венгрией. Насколько известно, одним из условий строительства инфраструктуры для получения российского газа было получение авансовых средств на реализацию проекта. Его стоимость оценивается в 1,3 миллиарда долларов, а сроком завершения и запуска болгарского газопровода называется 2020 — 2021 год. После двух неудачных тендеров болгарский газовый оператор продлил срок резервации с 15 до 20 лет и снизил первоначально предложенные тарифы за транзит газа на 3,64%. Первоначально речь шла о 2,3 долларах за тысячу кубометров газа (что было бы дороже «Северного потока» (2,1 доллара)), а теперь стоимость транзита составляет 2,21 доллара. Учитывая упомянутый ход работ над газопроводом «Турецкий поток», к первому января «Булгартрансгаз» должен завершить и ввести в эксплуатацию большую часть соответствующей инфраструктуры в Болгарии, чтобы тем самым сделать возможным транзит российского газа из Турции в Сербию. В конце декабря прошлого года болгарский оператор объявил тендер на подрядчика газопровода. Болгары также построят две компрессорные станции. Планируется, что с 2020 года по этому газопроводу в Сербию будет поступать четыре миллиарда кубометров газа, а с 2022 года — 12 миллиардов кубометров.

Все это подтверждает, что российская сторона наконец-то извлекла урок из негативного опыта прошлого, когда в 2014 году было остановлено уже начавшееся строительство «Южного потока» (его заблокировала как раз София под давлением Вашингтона и Брюсселя). Теперь Россия полностью изменила схему организации поставок газа: за строительство и транзит газа в будущем отвечают исключительно местные операторы, а российская сторона никак не вмешивается.

Итак, пока хорватское правительство планирует вложить сотни миллионов евро в крайне сомнительный с точки зрения рентабельности проект СПГ-терминала в Омишале на острове Крк, Болгария, тоже член Европейского Союза и НАТО (в НАТО входит и Турция), решила сама заняться своей энергетикой, как наиболее важной сферой для собственной национальной безопасности. (Венгрия сделала это уже давно, не говоря уже о Германии и других видных западноевропейских странах). При этом нет сомнений в том, что Брюссель пойдет навстречу Софии и даст ей свое «благословение» (хотя формально оно ей не требуется), потому что ничего другого ему не остается. А Сербия, в геополитическом смысле все еще пребывающая «между небом и землей», использует ситуацию для реализации собственных энергетических и геополитических целей (общих с Болгарией и Венгрией, членами НАТО и Европейского Союза). У Сербии это очень хорошо получается, хочет это кто-то признавать или нет. Так, существует реальная перспектива для Сербии поставлять газ в Боснию и Герцеговину или «по крайней мере» в Республику Сербскую. Остается Хорватия со слепой и безоговорочной стратегической преданностью ее политических элит Соединенным Штатам и с искусственно раздутой русофобией. Такая Хорватия в будущем может превратиться в изолированный энергетический остров. Случится это или нет, покажет время. Но цена непродуманной и близорукой политики может оказаться очень высокой.

 

Обсудить
Рекомендуем