Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Главный козырь в мировом энергетическом кризисе находится в руках у Ирана, пишет Telegraph. Тегерану достаточно продержаться еще несколько месяцев и дождаться, когда нефтяной кризис обострится всерьез, предупреждает автор статьи.
С каждым днем противостояния в Персидском заливе мир недосчитывается восьмой части нефтяных поставок и истощает свои скудеющие запасы все сильнее.
“Мы еще не вполне осознали масштабы проблемы: сегодня мы теряем по 13 миллионов баррелей в день, а завтра рискуем лишиться еще большего”, — сказал глава Международного энергетического агентства Фатих Бироль.
Если ВМС США осуществят свой план нефтяной блокады Ормузского пролива — а этого им пока не удавалось — дефицит может возрасти до 15 миллионов. Оно и неудивительно, поскольку Дональд Трамп затеял эту войну с недостаточными силами, всецело доверившись Израилю, хотя его же собственный глава ЦРУ счел фарсом уверения, что Иран рассыплется после первого же удара.
Тегеран предупредил, что, если его суда будут атакованы или, тем более, потоплены, война распространится и на акваторию Красного моря. Это, в свою очередь, поставит под угрозу еще шесть миллионов баррелей в сутки с саудовского терминала Янбу и усугубит сумятицу в мировых контейнерных перевозках.
“Безопасность портов Персидского залива либо для всех, либо ни для кого”, — подчеркивается в сообщении Тегерана.
Центральное командование США объявило, что суда из неиранских портов Персидского залива могут перемещаться свободно, но у него нет надежного способа восстановить нормальное судоходство. Потребуется контингент сухопутных войск численностью минимум в 200 тысяч бойцов и месяцы боевых действий, чтобы обезвредить протяженную береговую линию Ирана и вывести из строя оставшиеся ракетные установки и платформы для запуска беспилотников, спрятанные в недрах гор.
“США и Иран скатываются к знакомой и опасной схеме — войне на истощение, где каждая из сторон убеждена, что может сделать противнику больнее, чем он ей”, — подытожил бывший глава отдела военной разведки Израиля по Ирану Дэнни Цитринович.
Второй опасный момент этой блокады кроется в том, что теперь военно-морские силы США предположительно смогут брать на абордаж и захватывать суда под китайским флагом — а это прямая угроза системе энергоснабжения Пекина. Можно даже считать это фактическим объявлением войны. Си Цзиньпин во вторник утром назвал это “законом джунглей”.
“Мы никогда и никаким иностранным силам не позволим нас запугивать, угнетать или порабощать. Всякий, кто попытается это сделать, столкнется с огромной стальной стеной, выкованной почти полутора миллиардами китайцев”, — подчеркнул он.
Мировой рынок физической нефти уже пребывает в состоянии крайнего напряжения (физическая нефть — продукт, имеющийся в наличии для доставки, использования или переработки, в отличие от "бумажной" в виде фьючерсов и контрактов. — Прим. ИноСМИ). Фактическая цена на грузы марки Brent с доставкой в Северную Европу составляет от 145 до 150 долларов — и это рекордная наценка по сравнению с бумажными фьючерсами.
В Европу прибывают последние довоенные партии — если их еще не расхватали отчаявшиеся азиатские покупатели, не скупящиеся на переплату.
“Тревожные лампочки на физическом рынке продолжают мигать красным, — заметила бывший аналитик ЦРУ, а ныне сотрудник RBC Capital Хелима Крофт. — Если президент Трамп подкрепит свою угрозу блокады реальными военными кораблями, бумажный и физический рынки сблизятся, и очень скоро”.
Она сказала, что финансовые рынки реагируют на шумиху и твиты, а не на подсчет молекул и рассуждения о природе иранского режима.
На Уолл-стрит самоуверенно полагают, что взаимные угрозы со стороны Белого дома и Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) — не что иное, как спектакль из блефа и бравады, а в действительности обе стороны ищут пути к отступлению. Нефть марки Brent вновь опустилась ниже отметки в 100 долларов за баррель. Индекс S&P 500 сегодня выше, чем до начала войны.
Фьючерсы на нефть марки Brent полностью исключают риск, что конфликт выйдет из-под контроля. Это смело и крайне оптимистично, учитывая, что Трамп живет в информационном пузыре сфабрикованных фактов и патологически стремится к тому, чтобы последнее слово в эскалации оставалось за ним.
КСИР убежден, что у него преимущество в асимметричной войне партизанского сопротивления, и Трамп этот важный факт еще не осознал, заметил Цитринович. Этот сбой эмоциональной рассудительности — верный путь к дальнейшим неприятностям на переговорах.
“Что поразительно, так это что даже после пяти недель ожесточенных боевых действий администрация так не усвоила основополагающего момента: Иран — это не Венесуэла. Блокада Ормузского пролива не заставит Иран подчиниться”, — сказал он.
Выходит, надо как-то договариваться. На провалившихся переговорах в минувшие выходные Иран предложил приостановить обогащение урана сроком на пять лет. Трамп затребовал 20. Первоначальное соглашение, заключенное в 2015 году при Бараке Обаме, было рассчитано на десять. Если Трамп согласен на худшие условия, чем ему предлагали до войны и чем добился Обама, он вполне может одержать скорую “победу”.
Но Цитринович полагает, что окончательные условия окажутся ближе к требованиям Ирана, чем к ультиматуму Трампа о капитуляции. И мы еще очень далеки от этого отрезвляющего момента истины в Овальном кабинете.
Что же касается новой и на редкость беспечной угрозы в адрес Китая, то если Белый дом считает, что Пекину настолько не хватит нефти, что тот без промедления надавит на Иран, чтобы тот разблокировал Ормузский пролив, он рискует угодить в очередную ловушку самообольщения.
В противном случае все, что нужно сделать КСИР, — это продержаться еще два-три месяца и дождаться, когда дефицит мировых поставок нефти наложится на летний сезон отпусков в США.
Иран действительно находится в тяжелом экономическом положении, но на данный момент это вопрос скорее умозрительный. Режим только что получил непредвиденные экспортные прибыли благодаря резкому скачку цен на нефть и противоречивому курсу Трампа на отмену санкций. Страна не голодает. У режима есть сухопутный доступ к относительно дружественным странам: Турции, Пакистану и, косвенно, России и Казахстану.
© AP Photo / Altaf Qadri
Берег Ормузского пролива
Возможности для скорого урегулирования глобального энергетического кризиса практически исчерпаны. Саудовский нефтепровод “Восток-Запад”, ведущий к Красному морю, загружен на полную мощность. Рынок уже впитал несанкционированные морские грузы российской и иранской нефти.
Экстренные изъятия из запасов МЭА также иссякают. Стратегический нефтяной резерв США истощается — настолько, что в дальнейшем это чревато повреждением соляных пещер.
“Порадуйтесь напоследок текущим ценам на заправке, скоро вам будет не хватать бензина за четыре-пять долларов”, — пошутил главный переговорщик Ирана спикер парламента Мохаммад Галибаф.
Эмпирическое правило гласит: при повышении цен на нефть на 10 долларов бензин в США дорожает на 30 центов за галлон. Средняя розничная цена на сегодняшний день — 4,12 доллара. Текущая физическая цена на нефть в Европе уже предполагает стоимость бензина в США почти в шесть долларов, как только мировой рынок сориентируется в ближайшие недели.
Нетрудно себе представить, что к промежуточным выборам, если иранцы проявят упрямство, цены на бензин взлетят до восьми долларов и вернется нормирование, как в 1970-х.
В прошлом году китайцы стремительно пополняли стратегические запасы нефти. Если возникнут перебои с поставками из стран Персидского залива, в крайнем случае их хватит на 300 дней.
Китай по-прежнему получает половину нефти из Малайзии, России, Бразилии и Африки. У него крупнейшие в мире валютные резервы, и он может купить все необходимое на открытом рынке. Пекин контролирует внутренние цены на дизель и авиационный керосин и приостановил экспорт нефтепродуктов для подпитки собственной экономики, превратив ее в неприступную крепость.
Да, Пекин страдает от глубоких системных проблем, но у него сильнее тактический интерес выждать еще немного, чтобы США окончательно расстреляли свои боеприпасы, подорвали свой авторитет на Ближнем Востоке, ополчили против себя Европу и разбазарили моральный авторитет на гибельные авантюры.
Американская блокада подрывает давнюю доктрину США о свободе судоходства. Это настоящий подарок китайской пропаганде, поскольку исполинская тень Си Цзиньпина нависла над Тайваньским проливом и Южно-Китайским морем.
Что произойдет, если Китай нанесет ответный удар и перехватит морские грузы с Тайваня, покуда значительная часть ВМС США задействована на Ближнем Востоке, а американские войска в Южной Корее и Японии лишились важнейших оборонительных систем?
Если США твердо вознамерились лишить Китай нефти, они, безусловно, должны быть готовы к тому, что тот в ответ оставит Америку без передовых полупроводниковых микросхем. Вся высшая линейка чипов искусственного интеллекта от Nvidia либо производится, либо завершается на Тайване.
Я очень сомневаюсь, что Китай действительно пойдет на такой решительный шаг. Он добьется гораздо большего, упиваясь новой ролью единственной вменяемой сверхдержавы. Но он вполне бы мог это сделать, если бы захотел. В игру, которую затеял Трамп, можно играть и вдвоем.
Амброз Эванс-Притчард — редактор отдела международного бизнеса The Telegraph, обозреватель мировой политики и экономики, с особым вниманием относится к денежно-кредитной политике, центральным банкам и глобальной финансовой стабильности. Бывший корреспондент и глава американского бюро The Telegraph в Вашингтоне и Европе. Также публиковался в The Spectator и The Economist
