Newsweek: Соединенным Штатам необходимо пересмотреть свою роль в НАТО

Прошел месяц с начала операции "Эпическая ярость" против Исламской Республики Иран. И вот наконец в публичное пространство вырвался давно назревший разговор: какова подлинная долгосрочная причина существования НАТО? Десятилетиями в вашингтонских внешнеполитических кругах этот вопрос считали ересью. Но это не ересь. И, к чести президента Дональда Трампа и госсекретаря Марко Рубио, сейчас они говорят об этом без обиняков.

Как недавно выразился американский президент, "они не повели себя как друзья, когда мы в них нуждались. Мы почти ни о чем их не просили... это дорога с односторонним движением". Рубио высказался столь же прямо: "Если НАТО существует только для того, чтобы мы защищали Европу в случае нападения, а потом нам отказывают в праве на базирование, когда мы в этом нуждаемся, — это не очень хорошее соглашение... Придется его пересмотреть".

Оба абсолютно правы.

В лучшем случае европейские "союзники" Америки десятилетиями безбилетничали под американским оборонным зонтиком. Несмотря на неоднократные обещания достичь базовых оборонных расходов, многие члены НАТО до сих пор не вкладывают достаточно в собственные армии и перекладывают нацоборону на плечи американских налогоплательщиков. Дисбаланс поражает. Штаты обеспечивают подавляющую часть военного потенциала, логистики и стратегических перевозок НАТО. В целом американские налогоплательщики покрывают около 60% всех расходов альянса на оборону.

В худшем случае некоторые из этих же европейских союзников в критические моменты активно мешают американским операциям. Крупные западноевропейские страны, такие как Испания и Франция, ограничивают или усложняют использование Америкой своего воздушного пространства во время операции "Эпическая ярость". Это абсурд. Так называемый "альянс", в котором члены мешают друг другу вести войну, — на самом деле не альянс, а обуза.

Отсюда главный вопрос: зачем, собственно, существует НАТО в 2026 году?

Напомним: НАТО основали в 1949 году с четкой и безотлагательной задачей: сдерживать Советский Союз, а в случае необходимости — нанести ему поражение. Задача была убедительной, даже жизненно важной. Западная Европа лежала в руинах после Второй мировой войны, а советская угроза была реальной, непосредственной и всеобъемлющей.

Но того мира буквально уже нет.

СССР распался три с половиной десятилетия назад. Берлинская стена рухнула в год моего рождения. Холодная война теперь — достояние истории. По разумным критериям НАТО реализовала предназначение к началу 1990-х. Но вместо того, чтобы объявить о победе и перенастроиться, альянс дрейфовал. Альянс шагнул далеко в Восточную Европу и превратил свою декларируемую миссию в... ну, в некое подобие цели.

Проще говоря, сегодня НАТО — это организация в поисках цели.

Является ли НАТО пактом о коллективной обороне против геополитического преемника СССР — Российской Федерации? Если да, то почему так много европейских членов НАТО не воспринимают эту угрозу достаточно серьезно, чтобы вкладывать средства в собственную оборону? Превратилась ли НАТО в инструмент глобальной борьбы с терроризмом? Если да, то почему ее члены сидят в стороне и отказываются присоединиться к США, когда те идут в бой против главного в мире государства — спонсора джихада? Или нынешняя НАТО — просто политический клуб либеральных демократий? Если так, то какое отношение это имеет к прагматичному пониманию национальных интересов США?

НАТО стала организацией на все случаи. Там есть много победных общих фраз, но мало стратегических реалий, на которых основывалось само существование альянса.

Тем временем мировой порядок меняется. Первоначальный постсоветский период восторженного многостороннего сотрудничества постепенно уступил место более ориентированной на интересы и националистической парадигме. Государства заново открывают для себя приоритет суверенитета, границ и собственной выгоды. В таком мире мысль о слепой привязанности США к транснациональному союзу XX века не выдерживает критики.

Это, конечно, не значит, что Америка должна уйти в изоляцию. Но значит, что союзы нужно переосмыслить, перенастроить, а где необходимо — и заменить.

Геополитическое будущее — не за устаревшими многосторонними пустышками, а за гибкими, стратегическими двух- и трехсторонними партнерствами. Эти небольшие и четкие союзы дают ясные ожидания, высокую ответственность и прямое совпадение национальных интересов. Они не знают ни бюрократической косности, ни безбилетничества — недугов огромных структур типа НАТО.

Крайне эффективное двустороннее американо-израильское нападение на Иран показывает, на что способен динамичный двусторонний союз XXI века. Контраст с закостенелыми государствами-членами НАТО в Западной Европе разителен.

Слишком долго американские политики относились к НАТО как к догме. Но союзы не священны. Их нужно постоянно переоценивать, чтобы определить, по-прежнему ли они служат заявленной цели и продвигают ли национальные интересы.

Если НАТО не выдерживает этой проверки — если альянс продолжает функционировать как однобокое соглашение, в котором США платят, защищают и жертвуют, а другие колеблются и мешают, — тогда ставить под вопрос будущее НАТО и роль Америки в этом будущем не только разумно, но и необходимо.

Операция "Эпическая ярость" выявила эти противоречия с предельной ясностью. Что-то явно должно измениться. Мяч на стороне НАТО. Потому что статус-кво больше не защитить — и в глубине души все это знают.