Mosalas: Как вы считаете, какова главная причина того, что американцы согласились признать роль Ирана в борьбе против ИГИЛ?

Депутат иранского парламента Фатеме Алия (Fateme Aliya): В международных отношениях Иран занимает весьма значимое место, и в этом нет никаких сомнений. До «мятежа 2009 года» (протестов по случаю переизбрания президента Махмуда Ахмадинежада, Mahmoud Ahmadinejad) существовала особая ситуация. Среди американских политиков царило состояние некоторой растерянности, когда они писали письма и просьбы нашему Духовному лидеру и фактически осознавали влияние Ирана в регионе и международных вопросах. После мятежа они отчасти ожидали, что обстановка в Иране изменится, международному имиджу нашей страны был нанесен определенный ущерб. Вслед за этим в свете событий последних лет Исламская Республика как соседнее государство приняло участие в судьбе Ирака, который мог распасться на отдельные территории, и помогла ему в плане консультаций. Слава Богу, благодаря большому авторитету, которым пользуются Духовный лидер и высокопоставленные чиновники нашей страны, угрозу территориальной целостности Ирака удалось ликвидировать. Что касается Сирии, то если бы не иранская помощь центральному правительству этой страны и не настойчивые требования Тегерана решать текущий кризис на национальном уровне, некоторые союзники Соединенных Штатов попытались бы решить проблему путем государственного переворота.

— Как вы оцениваете положение Ирана в плане присоединение к антиигиловской коалиции?

— Когда иностранные державы видят, что в сложившихся в регионе условиях Иран является безопасной страной, возглавляющей движение за мир, они понимают, что им самим угрожает опасность. Тем не менее эти государства предлагают Ирану вступить в свою коалицию, помня о заслугах нашей страны и воспринимая ее как символ борьбы с мировыми империализмом. Само по себе это является крупной победой для иранского народа, однако Духовный лидер пока не давал никаких полномочий по поводу проведения переговоров на эту тему.

— В какой степени настойчивые просьбы правительства Барака Обамы к Ирану помочь действиям коалиции помешали действиям России в Сирии?

— У американцев была цель — помочь ИГИЛ, здесь они не гнушаются продажей любого вида оружия и оборудования. Они хотели, чтобы этот «ядовитый скорпион» был в их власти, но не смогли его удержать.

Посредством состоявшихся консультаций российская сторона на основании просьбы сирийского правительства, составленного в рамках международного законодательства, провела успешную воздушную операцию. Теперь этот Четверной союз в лице Ирана, России, Сирии и Ирака создал угрозу интересам США в регионе. Чтобы уничтожить этот союз, американцы обратились к политике «разделяй и властвуй» и поэтому стараются создать некую новую коалицию, пригласив в нее Иран. Однако все эти нюансы рассматриваются с точки зрения Конституции Ирана и принципов существующего в Исламской Республике политического строя.

— Как вы думаете, Иран признают региональной державой?

— В последние годы мусульманские страны стали свидетелями того, что Иран поддерживает только освободительные движения и угнетенные народы. Большинство этих стран привыкли к этому. В настоящее время мы замечаем, что многие мусульманские страны выступают с иранскими лозунгами. Во многих областях они спрашивают у нас совета. Иран сейчас считают неким образцом для подражания, признают его значимую роль. Не так давно появилась не подтвержденная пока информация, что Иран и США ведут переговоры по Сирии. Это говорит о том, что американцы действительно желают такого развития событий и делают для него все возможное. Все это свидетельствует о высоком положении Ирана, который превратился в некую духовную сверхдержаву.

— Вы указали, что Иран стал региональной державой. Благодаря чему это произошло?

— Нам известен целый комплекс факторов, который складывается в понятие национальной державы. Он состоит из ряда материальных достижений, включая прогресс в оборонной промышленности, которая повышает силу сдерживания Ирана, а также официальной и общественной дипломатии. Материальной составляющей также являются успехи нашей страны в ядерной, ракетной и оружейной сферах.

Еще одной темой можно считать такие духовные аспекты, как традиция героического жертвования, призывы к истине и справедливости. Все эти ценности в конечном итоге составляют национальную мощь Ирана. За годы эта мощь оказала серьезное воздействие на другие страны и правительства. Эта важная особенность, учитывая великие достижения политики Исламской Республики, и она образовалась вполне естественно. Это правда, очевидная каждому. Лично я несколько раз участвовала в работе ООН и много раз видела, как другие страны обращаются к представителям Ирана, чтобы получить у них совет по какому-то вопросу или узнать решение той или иной проблемы.

— Насколько ось Сопротивления (мировому империализму и сионизму) содействовала росту региональной мощи Ирана?

— По сути влияние Ирана в регионе привело к тому, что фронт Сопротивления усилился. После ливийских событий наши противники надеялись, что им удастся уничтожить и Сирию как передовой фронт и затем встать лицом к лицу уже с Ираном. Однако политика, которую иранское руководство проводило по отношению к Сирии и Ираку, создала предпосылки для того, чтобы этот передовой фронт еще больше окреп. Теперь фронт Сопротивления приобретает общемировой масштаб, что отчетливо видно в риторике, которую используют региональные страны. Уже сейчас благодаря нашей помощи мы обеспечили сохранение мощи политического строя Исламской Республики, фактически заставили противника отступить и, столкнувшись с ним, уничтожили его силы до того, как он подошел к нашим рубежам. Иными словами, активная региональная политика Исламской Республики Иран стала залогом укрепления и стойкости фронта Сопротивления.