До введения первых трех пакетов санкций, которые были связаны с поддерживаемой Кремлем агрессией на Украине в 2014 году, США подчеркивали важность ведения переговоров с европейскими союзниками. Евросоюз ввел свои собственные санкции одновременно с США. В действительности именно европейские торговые и финансовые ограничения навредили России сильнее всего: Европа является крупнейшим рынком для российского экспорта энергоресурсов, в то время как с США у России никогда не было особенно крепких торговых отношений. Утрата прямых и портфельных инвестиций из Европы и отказ от реализации проекта «Южный поток» стали самыми болезненными последствиями введения санкций. Сегодня именно ограничения, введенные Европой, являются главной причиной стремления Кремля добиться отмены санкций.


На этот раз сенаторы, которые продвигали этот законопроект, не предприняли никаких шагов для того, чтобы создать коалицию, которая включала бы в себя Европу. Но подобные попытки, вероятнее всего, не увенчались бы успехом. Хотя Евросоюз и продолжает неохотно продлевать сроки действия своих ограничений в отношении России, европейцы не хотят их ужесточать. Кроме того, законопроект Сената является ответом на предположения о том, что Россия вмешалась в ход президентских выборов в США. Но учитывая опыт выборов, прошедших недавно в Европе, где кандидаты, относящиеся к президенту России Владимиру Путину благожелательно, проиграли, некоторым европейским лидерам кажется, что США чрезмерно остро реагируют на происходящее.


США необходимо разъяснить суть законопроекта о санкциях своим европейским союзникам, учитывая то, насколько болезненными эти санкции могут оказаться для некоторых из них. Среди прочего в этом законопроекте говорится, что президент США «может вводить» различные санкции против компаний, которые принимают участие — в качестве инвесторов, поставщиков и подрядчиков — в реализации российских проектов строительства трубопроводов. Более того, в тексте законопроекта ясно сказано, что речь идет не только о том, чтобы наказать Россию, но и о необходимости бороться за европейский рынок.


«Правительство США, — говорится в законопроекте, — должно отдавать предпочтение экспорту американских энергоресурсов, чтобы создавать рабочие места в Америке, оказывать помощь союзникам и партнерам США и укреплять внешнюю политику США».


Такая формулировка, очевидно, направлена против проекта «Северный поток—2» — трубопровода, который должен проходить через Балтийское море в Германию, минуя Украину. Среди инвесторов «Северного потока—2» есть пять крупных европейских компаний: французская компания ENGIE, немецкие Uniper и Wintershall, англо-голландская Shell и австрийская OMV. Президент США не собирается — как этого требует законопроект — вводить санкции против них за то, что они сотрудничают с Россией. Но связывая санкции с американскими рабочими местами и экспортом энергоресурсов в Европу, сенаторы, несомненно, пытаются сделать так, чтобы Трампу было трудно отказаться от такого предложения: его предвыборная кампания была построена на обещаниях обеспечить американцев рабочими местами и добиться торговых преимуществ для американских производителей.


Именно это и беспокоит европейских лидеров. Объемы добычи газа на северо-западе Европы стремительно падают, и, хотя США продолжают увеличивать потенциал экспорта сжиженного природного газа (СПГ), пока неясно, сможет ли его цена конкурировать с ценой газа, поставляемого по российскому трубопроводу государственной компанией «Газпром». В настоящий момент масштабный экспорт американского СПГ в Европу представляется убыточным предприятием, направленным на то, чтобы захватить долю на рынке. Но если этот экспорт будет подкреплен американскими санкциями против проектов «Газпрома» по строительству газопроводов, северная и центральная части Европы в какой-то момент могут оказаться заложниками американских поставщиков.


В своем довольно резком совместном заявлении, с которым они выступили в четверг, 15 июня, министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль (Sigmar Gabriel) и австрийский канцлер Кристиан Керн (Christian Kern) подчеркнули, что они не могут «согласиться с угрозой незаконных экстерриториальных санкций против европейских компаний, которые участвуют в развитии энергоснабжения Европы». Энергоснабжение Европы — это дело самой Европы, а не Америки, добавили они. Габриэль и Керн также предупредили Америку, что ей не стоит расширять санкции, не проконсультировавшись с европейскими партнерами:


«Если мы не будем согласовывать наши действия друг с другом и станем руководствоваться не касающимися сути дела мотивами, как, например, экономические интересы США в вопросе экспорта газа, то это будет не только достойно сожаления, но и вредно в том, что касается эффективности нашей позиции по отношению к конфликту на Украине. Внешнеполитические интересы нельзя ни в коем случае смешивать с интересами экономическими».


С собственными экономическими интересами Европы в данном случае тоже не все так просто. Против проекта «Северный поток—2» решительно выступают восточноевропейские страны, которые извлекают выгоду из транзита российского газа. Украина и Белоруссия получают сотни миллионов долларов за транзит газа от «Газпрома». Польша призывает Евросоюз отказаться от реализации «Северного потока—2», как это уже произошло с «Южным потоком». Польша рассчитывает на строительство другого трубопровода через Балтийское море — из Норвегии.


Швеция, Финляндия и Дания, через чьи территориальные воды должен проходить «Северный поток—2», призывают Еврокомиссию добиться мандата на проведение переговоров с «Газпромом», чтобы избавиться от правовой неопределенности, окружающей этот проект. Пока все складывается не слишком гладко. В четверг, 15 июня, канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что, с ее точки зрения, «экономический проект» не нуждается в одобрении Евросоюза.


Нынешняя политическая динамика в Евросоюзе благоприятствует реализации проекта «Северный поток—2». Западноевропейские страны, в первую очередь Германия и Франция, не готовы баловать посткоммунистических членов Евросоюза, таких как Польша, особенно с учетом их откровенного пренебрежения ценностями Евросоюза и отказа сотрудничать в разрешении миграционного кризиса. Между тем «Газпром» сотрудничает с Евросоюзом в надежде удержать свою долю на рынке, на который в 2016 году он поставил рекордное количество газа. «Газпром» согласился урегулировать заведенное против него антимонопольное дело и внести изменения в свои контракты, чтобы предоставить покупателям более широкие возможности. Скорее всего, это дело завершится компромиссом: «Газпром» будет обязан выполнять условия контрактов в Восточной Европе даже после окончания строительства балтийского трубопровода.


Однако этот компромисс должны выработать сами европейцы. Если США хотят сыграть некую роль, им необходимо вести переговоры со своими союзниками, а не пытаться навязать им свершившийся факт. Американские конгрессмены должны понимать, что, если они поступят иначе, это лишь усугубит международную ситуацию и усилит хаос, спровоцированный администрацией Трампа. Их решительное стремление наказать Россию не должно реализовываться в ущерб сплоченности западного альянса.