У компании HEP в этом сезоне нет выбора, кроме как купить российский газ, а русские заявляют, что и в следующем году будут продавать его через фирму PPD. При взгляде на эти чисто деловые отношения невольно напрашивается ответ на вопрос, у кого будет достаточно средств на покупку 20-процентной доли HEP.


От внимания наших СМИ как-то ушла новость о том, что Сербии предлагается, вместе с Грецией и Болгарией, построить СПГ-терминал в греческом порту Александруполисе. Как пишут белградские СМИ, участие Сербии в этом проекте предполагает покупку 20% будущего терминала, который должен быть построен к концу 2019 года. Из этого терминала газ будет поступать в болгарский город Стара-Загора, а оттуда через Димитровград — в Ниш, где сербы планируют построить свой терминал.


Для строительства инфраструктуры Европа предлагает им 49,6 миллионов евро. Таким образом, Сербия, как сообщают СМИ, не только обеспечит себе большие валютные поступления от транспортировки газа в Румынию, Украину и другие страны Европы, но и гарантирует энергетическую независимость в потреблении российского газа, который сейчас Сербия покупает через Венгрию.


Возможно, эту новость наши СМИ не растиражировали потому, что не хотели волновать общественность в тот момент, когда ей без оговорок и комментариев преподносится сообщение российского Газпрома о том, что компании PPD на выгодных условиях будет продан газ, который удовлетворит спрос хорватского рынка в ближайшие десять лет. Понятно, что этот предложение — российский ответ на инициативу, которую поддержал американский президент Трамп. Речь о том, что на нашем острове Крк наконец-то должно начаться строительство СПГ-терминала.


Предложение дешевого газа на продолжительный срок заставляет поверить, что этот терминал Хорватии вовсе не нужен, чтобы удовлетворить хорватский рынок. Кто-то может поинтересоваться: если одна только инициатива по строительству СПГ-терминала на Крке настолько снизила стоимость российского газа, то как она сократится в случае, если этот терминал все же будет построен? Несмотря на то, что благодаря этому российскому предложению терминал на Крке уже начал оправдывать сам себя, данный вопрос не поднимается. Наоборот, сейчас СМИ создают впечатление, что этот терминал превращается для Хорватии в дорогую и невыгодную инвестицию.


Разумеется, препятствий для строительства нашего терминала на острове Крк немало. Они носят не только экономический, но и политический характер. Помимо нашей пресловутой эффективности, речь идет и о невыгодных условиях, на которых Европейская комиссия согласна предоставить нам финансирование в размере ста миллионов евро на строительство плавучего терминала. Эти условия таковы, что нам будет проще построить терминал, их не соблюдая. Так, одно из условий состоит в том, что мы должны приобрести специальное судно, а не брать его в лизинг. Из-за этого весь проект дорожает, и его реализация откладывается, потому что в настоящий момент на рынке нет подобных кораблей. Кроме того, интересно, что это судно должно быть построено в Евросоюзе, а это возможно только в Германии. Так что, выходит, мы получили деньги от Европейской комиссии на дотирование немецкого судостроения.


С одной стороны, в строительстве нашего терминала на Крке мы постоянно сталкиваемся с препятствиями. С другой стороны, мы видим, что сейчас Европейский Союз всеми силами, финансово и политически, продвигает проект строительства СПГ-терминала в Александруполисе. Помимо Греции, в этом проекте участвует Болгария, которую привлекли для того, чтобы компенсировать ей отказ от строительства «Южного потока». А теперь еще оказалась вовлечена и Сербия, которую награждают за послушность и верность Германии. Так формируется блок стран на Балканах, своего рода «православная преграда», которая должна помешать «Турецкому потоку», чтобы, благодаря «Северному потоку — 2», Германия стала главным дистрибутором российского газа в Европе.


Европа будет активнее отстаивать греческо-болгарско-сербский СПГ-терминал, потому что он представляет собой «преграду» для альтернативных энергетических потоков. Что касается хорватского терминала на Крке, то ему будут чиниться препятствия, поскольку он представляет собой непосредственную угрозу немецкой монополии на дистрибуцию российского газа в Европе. Посредством этого энергетического проекта оказывается дополнительное давление на наш проект СПГ-терминала на Крке, ведь предполагаемый годовой объем газа, поставляемого в Ниш, достигнет шести миллиардов кубометров. А мощность терминала в Крке должна составить 2,6 миллиардов кубометров, а это означает потери на потенциальном рынке.


За все наши перипетии, связанные со строительством СПГ-терминала на Крке, способного обеспечить нам энергетическую безопасность, несут ответственность, прежде всего, наши политические элиты, которые тормозят этот проект уже десять лет. Причина в том, что на экранах телевизоров «наши спасители» вещают о защите национальных интересов, а за камерой набивают карманы русскими деньгами. Пока мы сами себе осознанно усложняем жизнь, другие, даже находясь под традиционно сильным российским давлением, ищут для себя альтернативы и используют возможности, которые им представляются.


Иметь выбор всегда лучше, чем зависеть от кого-то. А у компании HEP в этом сезоне нет выбора, кроме как купить российский газ. При этом русские заявляют, что и в следующем году будут продавать его через фирму PPD. При взгляде на эти чисто деловые отношения невольно напрашивается ответ на вопрос, у кого будет достаточно средств на покупку двадцатипроцентной доли HEP.