Во время недавней конференции Института национальной безопасности начальник генштаба ЦАХАЛа сделал довольно загадочное замечание. Генерал-лейтенант Гади Айзенкот подтвердил, что многостороннее соглашение держав с Ираном стало стратегическим поворотом для региона, но, по его словам, оно несет в себе возможность для Израиля, а не только угрозу.

Возможность? Можно было бы понять, скажи он «отсрочка», «перерыв» или «продление». Но начальник генштаба сказал именно «возможность». Предположим, что не стоит спешить с комментариями. Допустим, что он просто неудачно выбрал слово. Но эта «возможность» вызывает слишком много ассоциаций.

Стратегическая доктрина Израиля в первые 50 лет существования государства опиралась на определенные предположения относительно побудительных мотивов так называемой «периферии». Под ней подразумевались немусульманские или как минимум неарабские страны. Периферия пыталась защитить себя от идеологии Насера. Она была контрреволюционной. Она нуждалась в близких и далеких партнерах. Она заключала аморфные военные союзы с Западом — помните CENTO (Central Treaty Organization — договор о военном союзе между Пакистаном, Ираном, Ираком, Турцией и Великобританией, формально существовал с 1955 по 1979 год — прим.пер.) и METO (Middle East Treaty Organization, другое название того же пакта)? Что, неужели не помните? И периферия была готова к тайным сделкам с Израилем.

Таким образом Израиль заключал вечные союзы — с Турцией времен генералов, с Ираном времен шаха, с Эфиопией времен императора, а также с преследуемыми меньшинствами в регионе — с христианами Ливана и Судана, с курдами Ирака, но только, не приведи Господь, не Турции. Это была доктрина национального выживания. До такой степени, что и после падения режимов, делавших такие союзы возможными, Израиль продолжал следовать ей. В 1980-х годах Израиль поддерживал кровавую марксистско-ленинскую диктатуру в Эфиопии, убедив себя, что со стратегической точки зрения ничего не изменилось.

Израиль упорно верил в незыблемость союза с Турцией и, что весьма характерно для любителей доктрин, отказывался признать, что победа на выборах 2002 года партии неоисламистского толка грозит спутать все карты. И Израиль, само собой, верил в вечность союза с Ираном. Да, там пришли к власти аятоллы. Да, им надо было выпустить пар и уволить всех кровожадных сионистов с их постов. Но все израильские стратеги твердо знали, что мы с Ираном вместе стоим плечом к плечу против арабского национализма.

Эта непоколебимая вера привела Израиль 30 лет назад к фарсу, известному, как «Дело Иран-контрас» — поставкам израильского оружия Корпусу стражей исламской революции, воевавшему на берегах Шатт эль-Араб (река, образованная слиянием Тигра и Евфрата — прим.пер.) против общего врага в лице Саддама Хусейна.

Простите нас за убийство невинного генерала

Неужели в доносящемся из глубин бункера генштаба эхо можно услышать отголоски этой доктрины и сегодня? Поверить трудно, но, возможно, поверить стоит. Израиль денно и нощно предупреждает весь мир об опасности появления у Ирана ядерного оружия, но при этом смирился с прибытием в Сирию иранской армии и «Хизбаллы» для спасения Асада.

Израиль по тайным каналам передал Ирану сообщения миролюбивого характера после того, как около года назад на голову генерала КСИР в Сирии свалилась израильская бомба. Генерал ехал в одной машине с Джихадом Мугния, принцем из «Хезболлы», патрулируя Голанские высоты. Нет ничего естественней для иранского генерала, чем патрулировать границу в компании человека, которому поручили создать новый фронт против Израиля.

Это дело заставляет серьезно почесать в затылке. Понятно, что есть некое объяснение существованию молчаливого взаимопонимания с Ираном. Но что это за объяснение, черт побери? Связано ли оно с очевидным стремлением преуменьшить опасность российско-иранской оси в Сирии? Израильские хорошо осведомленные источники отвергли сообщения американских СМИ о том, что Россия вооружает «Хезболлу» современным оружием. После этого два высокопоставленных израильских исследователя сообщили, что, благодаря союзу с Россией, командиры и боевики «Хезболлы» приобретают большой опыт ведения боевых действий и повышают боеспособность. Исследователи, бригадный генерал Мони Кац (מוני כץ) и Надав Полак (נדב פולק), отметили, что между Дамаском и Латакией созданы совместные оперативные штабы России и «Хезболлы».

Неужели кто-то из командования Армии обороны Израиля или из израильского правительства заинтересован в сокрытии этих фактов от израильского общества или от мирового общественного мнения? Неужели рассыпавшаяся в прах и ошибочная доктрина все еще не выброшена на свалку?

Все мы — революционная гвардия

Степень надежности Ирана как партнера очевидна даже для администрации Обамы. Хасан Рухани все еще улыбался, когда Вашингтон обрушил на Тегеран новые санкции из-за игнорирования Ираном резолюций, запрещающих разрабатывать баллистические ракеты. А Израиль продолжал твердить о невзорвавшейся бомбе и о картонной диаграмме, представленной премьер-министром Биньямином Нетаньяху в ООН больше трех лет назад.

Израиль старается не поднимать шума вокруг опасности иранского проекта в Сирии и его прямой угрозы для безопасности страны и региона. На прошлой неделе премьер-министр Израиля упустил возможность сработать на публику или просто проявить человеческие чувства и напомнить об осажденном сирийском городе Мадайя. 32 человека умерли там от голода в этом месяце, и это только начало. Ось Россия-Иран-«Хезболла» проявляет склонность к геноциду, но Израиль это не волнует, пока существует «стратегическое взаимопонимание» с Россией и «молчаливое взаимопонимание» с Ираном.

На этой неделе на Ближнем Востоке кое-что случилось: неоимпериалистическое присутствие Ирана в Восточном Средиземноморье стало свершившимся фактом. Исламская республика, возможно, заслуживает наказания за центрифуги и баллистические ракеты, но захват и порабощение Сирии и Ливана относятся к ее естественным правам.

Один публицист даже предложил Израилю стать Финляндией Ближнего Востока. Во времена холодной войны Финляндия фактически отказалась от внешней политики и стала чуть ли не вассалом СССР, чтобы тот не мешал финнам самостоятельно заниматься внутренними делами. Это предложение нельзя записать на счет «левизны» автора или его издания. Так что недалек день, когда Нафтали Беннет (лидер правой национально-религиозной партии «Еврейский дом», действующий министр просвещения — прим.пер.) объявит, что все мы — революционная гвардия.