Вплоть до запланированного на 8-9 июля саммита в Варшаве, а, возможно, и гораздо дольше, одной из самых главных и сложных тем секретных переговоров и открытых дискуссий в Североатлантическом альянсе останется «Основополагающий акт Россия-НАТО о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности». Он был подписан в 1997 году, то есть еще без Польши и других стран-кандидатов бывшего восточного блока. «Основополагающий акт», согласно интерпретации, которой придерживается, в частности, Германия (но не все НАТО) запрещает размещать ядерное оружие и постоянные базы международных конвенциональных сил на территории новых стран-членов, в том числе на восточном фланге от Эстонии до Болгарии с Польшей посередине.

«Основополагающий акт» — это не договор, а лишь политическая декларация, не имеющая правовой силы. Он относится к прошлой, завершившейся эпохе, предшествовавшей новым многочисленный войнам, и не говорит о главной задаче НАТО — коллективной обороне. Россия нарушила свои обязательства, отраженные в «Основополагающем акте», но несмотря на это НАТО никак не может выбросить этот документ на свалку истории. Поэтому Альянс сдержанно реагирует на исходящую от России опасность для Европы, размещает в Польше только органы командования или склады военной техники, а американские и другие военные находятся у нас на «ротационной» и «непрерывной», а не на «постоянной» основе. НАТО постепенно предпринимает практические шаги в нужном направлении, но оно могло быть смелее и сильнее, если бы не совершило в 1997 году огромную ошибку. У Российской Федерации не было никаких правовых, военных или экономических инструментов, чтобы помешать расширению Альянса на восток. Но он близоруко заплатил за бесполезное согласие Москвы долгосрочными уступками, которые повредили его единству и безопасности.

Одной из основ «Основополагающего акта» (значение которой для нынешнего положения НАТО сложно переоценить) было положение из договора об объединении Германии («Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии») 1990 года, которое гласит: «иностранные войска и ядерное оружие или его носители не будут размещаться и развертываться» на территории бывшей Германской Демократической Республики и Берлина. Никаких исключений даже на случай коллективной обороны. «Основополагающий акт» в смягченной форме распространил особый статус восточных немецких регионов на восточные государства НАТО, в том числе Польшу.

Изменение статуса бывшей ГДР и Берлина требовало бы согласия всех сторон договора, то есть помимо Германии — США, Великобритании, Франции и России — наследницы СССР. Договор об объединении определяет границы, поэтому на него не распространяется принцип «обстоятельства изменились» (rebus sic stantibus). Его аннулирование или нарушение вернет ситуацию разделения и ограниченного суверенитета Германии. Обсуждая в 1990 году условия объединения, Федеративная Республика Германии и ее западные союзники считали, что им придется заплатить высокую цену за согласие Советского Союза и выход советской армии из ГРД и Восточного Берлина. Но СССР в тот момент находился в состоянии распада вместе с восточным блоком. Увеличение объема помощи и другие краткосрочные уступки Запада наверняка могли бы позволить избежать появления зоны сниженной безопасности внутри НАТО на главной геостратегической оси Европы и всей Евразии. То, что в переговорах не учли долгосрочный фактор, было ошибкой.

Польша избежала ошибок Запада 1990 и 1997 годов, когда в 1990-1991 годах вела переговоры по роспуску Организации Варшавского договора и Совета экономической взаимопомощи, а в 1990-1992 — по выводу с польской территории советской армии, которая в начале 1992 стала армией российской. Занимавшейся перестройкой режима, только начавшей выходить из экономического кризиса Польше было далеко до мощи Запада. Советский Союз и некоторые западные страны настаивали, что обе организации восточного блока следует не распустить, а «улучшить». Звучала даже идея из набора методов психологической войны, что «демократизированную» Организацию Варшавского договора нужно назвать «НАТО-2», а перешедший на рыночные рельсы СЭВ — «Европейским экономическим сообществом-2». Польша с другими странами «Вышеградской четверки» (Венгрией и Чехословакией) отразила давление и ликвидировала блок полностью, не позволив манипулировать понятиями и не давая геостратегических и геополитических обещаний. Иначе путь в НАТО и Евросоюз был бы закрыт для нас на поколения, если не навсегда.

Вывод российско-советских войск из Польши был еще более сложным и бурным процессом. СССР, а потом Российская Федерация пытались взамен за выход своих сил навязать Варшаве различные ограничения: похожие или еще более широкие, чем те, на которые согласился Запад в отношении ГДР и Берлина. Мы отмели все. Одной из многих московских ловушек был проект, предполагавший, что на постсоветских российских базах появятся «польско-российские объединения», где будут работать польские и российские офицеры. Вместо официального присутствия регулярных сил неофициально пришли бы силы специального назначения: диверсионные и разведывательные. НАТО включило бы Польшу не в список кандидатов на членство, а в список угроз и своих военных целей. Правительство Яна Ольшевского (Jan Olszewski) избежало ловушки, согласившись с предложением Бюро оборонной политики Министерства обороны, которое поддержал министр внутренних дел, и пойдя наперекор позиции Министерства иностранных дел и президента Леха Валенсы. Поэтому (а также из-за спора вокруг люстрации) Валенса вскоре привел к роспуску правительства Ольшевского. Однако Польша, как и при роспуске Организации варшавского договора или СЭВ, не взяла на себя никаких долгосрочных обязательств. Так же удалось избежать расплаты за вывод российско-советских войск другим странам «Вышеградской четверки».

Вопреки пословице поляки оказались крепки не задним умом, и смогли избежать геополитического и геостратегического ущерба. Западу есть чему поучиться.