Голоса подсчитаны, нарушения зафиксированы в онлайне, а московские оппозиционеры собрались на закате в Китай-городе, чтобы потребовать от полицейских освободить их ненаглядную знаменитость Алексея Навального. Самый известный в России активист-блогер очутился накануне вечером в полицейском участке, когда результаты воскресных выборов в парламент подтвердили многим, что власти сфальсифицировали подсчет голосов. Если вы такой же, как я, то вы следили за событиями той манифестации в Твиттере. А там десятки выдающихся диссидентов разместили размытые фотографии, на которых видны страшные бойцы из ОМОНа и торжествующие демонстранты с плакатами, на которых написаны злые и непочтительные лозунги. Некоторые микроблогеры начали вдруг время от времени твитить по-английски, демонстрируя свою веру (или, по крайней мере, надежду) в то, что внешний мир настроился на их волну. В речевках протестующих и в онлайновых отчетах свидетелей событий все чаще стало появляться слово «революция».

Великое цифровое надувательство

Алексей Сидоренко из проекта RuNet Echo сообщил сегодня в Твиттере: «Поскольку «Единая Россия» со всеми своими нарушениями набрала 49% голосов, мы можем сказать: да, вариант Навального сработал». Сидоренко блестящий обозреватель Рунета, и я настойчиво рекомендую вам его регулярные посты о российских блогерах и об онлайновых явлениях. При всем при том в своих репортажах он часто переходит от анализа к пропаганде и заступничеству. Прекрасный проект Global Voices RuNet Echo посвящен «расширению и углублению понимания русскоязычного интернета». Неотъемлемая логика здесь, конечно, заключается в том, что Рунет стоит того, чтобы его понимать. Безусловно, такое заявление вполне оправданно, но зачастую Рунет имеет тенденцию заставлять своих приверженцев время от времени преувеличивать политическую значимость (или даже амбициозность) цифровой политической активности.



Например, в субботу накануне выборов Сидоренко написал: «Похоже, что благодаря цифровым дискуссиям о том, голосовать или нет […], пользователи, наконец, выбрали вариант, предложенный блогером и борцом с коррупцией Алексеем Навальным […]: голосовать за любую партию, но только не за «Единую Россию» премьер-министра Владимира Путина». Я согласен, «вариант Навального» весьма привлекателен и популярен среди российских блогеров, но Сидоренко явно упрощает суть очень длительных и не закончившихся пока дебатов среди оппозиционеров по поводу оптимальной стратегии голосования.  Когда я попросил Сидоренко в Твиттере назвать любой из крупных сдвигов в «цифровой дискуссии», поскольку я писал о ней в своем посте в А Good Treaty, он назвал мне лишь одного человека, перешедшего в лагерь Навального.

Зачем скрывать разнообразие мнений, существующее среди цифровых диссидентов? Я полагаю, что исследователи (и защитники) онлайнового гражданского общества хотят представить его в качестве мощной и единой силы,  если речь идет о поведении на выборах. А поскольку в «реальном мире» о российских блогерах знают смутно (лишь шесть процентов россиян слышали о Навальном в апреле), даже по-настоящему сплоченная цифровая кампания могла оказать лишь незначительное воздействие на результаты воскресного голосования.

Оказывается, явка на вчерашних общенациональных выборах составила 60,2% - на 3% ниже, чем в 2007 году. Я считаю, что данные о явке молодежи будут наиболее показательными (я пока их не видел); однако факт остается фактом: на сей раз еще меньшая часть российского электората озаботилась тем, чтобы прийти и бросить бюллетень в урну. Если это доказывает, что «вариант Навального» сработал, то это подтверждает и то, что также сработали варианты Белковского и Удальцова. Ведь «пассивный бойкот» подразумевает, что избиратель остается дома, а явка из-за этого снижается!

«Новая политическая реальность»

Посреди всех этих твитов и самовосхвалений, посреди недовольства по поводу вброса бюллетеней, «каруселей» и схем покупки голосов сам Серый Кардинал, каковым является  первый заместитель главы президентской администрации Владислав Сурков, уселся за одним столом с писателем, блогером и телеведущим Сергеем Минаевым, чтобы обсудить выборы.

Сурков охарактеризовал «победу» «Единой России» в следующих выражениях: «очень хороший результат», «просто отличный результат», «блестящий результат», а также «ожидаемый и естественный результат». Сурков был в хорошей форме, он назвал более оптимистичные прогнозы некоторых руководителей из «Единой России» (скажем, Бориса Грызлова) «актом веры», а не серьезным анализом. «Исходя из принципа религиозной толерантности, - пошутил он, - я больше не буду давать комментарии по этой теме».

Еще по теме: Коррупция и стагнация определили исход российских выборов


Повторяя замечания более чем годичной давности, Сурков заявил, что конституционное большинство «Единой России» было «ненормально высоким». (Неважно, что тональность выступлений Суркова сразу после сентябрьской «рокировки» была немного более оптимистичной.) В сложном и фрагментированном обществе победитель на выборах обычно набирает не более 40%, сказал он, а потом добавил по поводу вчерашних выборов: «Хорошо, что после аномального периода наступила нормализация политической системы. Система стала более сбалансированной, а следовательно, более стабильной».

Еще четче доводя свою мысль  о том, что эпоха вертикалей власти и суверенной демократии закончилась, по крайней мере, на уровне риторики, Сурков объявил о появлении «новой политической реальности» и подверг критике российскую политику за ее чрезмерную закрытость, дав при этом понять, что она определенным образом страдает от некоей отсталости:



На свои провалы в управлении вертикаль отвечает стремлением стать еще более вертикальной – стать более примитивной, если говорить проще. Это неправильный метод. Он ведет к еще большей изоляции, а следовательно, к большему хаосу. Поэтому, чтобы система выжила и развивалась, ей надо становиться более открытой. Ей надо пускать в свои ряды новых игроков. Должна быть не одна-единственная фигура. Крупная партия не может победить, выставив всего одну фигуру, даже если это фигура короля. Нельзя быть «solus rex» - одиноким королем. Надо действовать совместно, и не смыкать ряды. В открытой системе существует больше турбулентности, но как это ни парадоксально, в ней также больше стабильности. А ведь мы за стабильность, не так ли?

Сурков также предлагает несколько кнутов и пряников для оппозиции. Во-первых,  он критикует «негативные и провокационные» толкования воздействия выборов на институты государства, обещая, что такие усилия обречены на провал (хотя он так и не объясняет, в чем именно они провалятся). «Все под контролем», - говорит он безо всякой на то нужды, рискуя навлечь на свою голову сатирические онлайновые высказывания из серии вирусов разума. «И всем жалобщикам я отвечаю, - добавляет Сурков, - хватит жаловаться. Мы от этого устали».

Читайте еще: Самые грязные выборы за последнее десятилетие

Но в его речи присутствуют не только угрозы и защитная реакция. Когда Минаев спрашивает Суркова, чего не хватает российской политической системе, тот признает, что стране нужна «массовая либеральная партия» (которую он характеризует как «партию недовольных городских сообществ»). Участие либералов в нынешней системе (состоящее в основном  из медийных консорциумов, которыми по иронии судьбы владеют хорошо окопавшиеся власти) «слишком незначительно», и «им также надо дать […] представительство в парламенте».

Обсуждая победителей на вчерашних выборах, Сурков выделяет «Справедливую Россию», говоря о том, что многие сбрасывали партию Миронова со счетов, когда он потерял свой пост председателя Совета Федерации. «Но к счастью они оказались неправы, - заключает Сурков, добавляя при этом, - эта партия обрела себя как реальная и зрелая политическая сила, в которую верят люди. Без «Справедливой России» стабильность и адекватность системы перед лицом общественных вкусов и настроений была бы ниже».

Справедливая и Единая Россия


Так что же получится, если мы сделаем выводы из думских выборов 2011 года? (1) «Единая Россия» утратила свое конституционное большинство; (2) лагерь молодых оппозиционных либералов Навального утверждает, что добился некоей победы над политическим истэблишментом; (3) «Справедливая Россия» укрепила свои позиции за несколько месяцев до выборов и в результате добилась неожиданного успеха, опередив общепризнанную партию Жириновского ЛДПР почти на миллион голосов.

Сурков говорит, что доволен результатами выборов. Хотя Навальный протестовал вчера на улицах Москвы, он также доволен своим влиянием на исход голосования. Сергей Миронов, который несколько месяцев тому назад, видимо, составлял разные варианты своей речи об отставке, несомненно счастлив «блестящим результатом» вчерашнего дня. Если верить им всем на слово, то остается гадать: а нет ли здесь каких-то общих интересов или тайных планов?