Вряд ли Третья женевская конференция по урегулированию сирийского кризиса приведет к прорыву и к прекращению кровопролития в расколотой стране. Но если представители оппозиции, требующей немедленной отставки Башара Асада, согласятся сесть за стол переговоров с представителями режима, пусть и только в рамках непрямого диалога, это уже будет считаться серьезным дипломатическим успехом. И больше всех от этого выиграет Владимир Путин.

Российская военная интервенция в Сирии не только спасла (пока) Башара Асада и его союзников из Ирана и «Хезболлы» от поражения на поле боя. Россия также смогла добиться больших дипломатических успехов и путем переговоров «впрячь в телегу» США и заставить администрацию президента Барака Обамы, растерявшуюся на фоне сирийского кризиса, смягчить свои позиции и согласиться на урегулирование на основе российской инициативы.

Администрация Обамы пошла на драматический шаг, отказавшись от требования ухода Асада в качестве предварительного условия для начала процесса формирования новой власти в Сирии. Сейчас Вашингтон говорит, что в случае падения Асада Сирию захватят джихадисты вроде ДАИШ и «Джабхат ан-Нусра». Россия тоже пошла на уступки, дав понять, что через два года после начала процесса сможет прекратить поддерживать Асада, если новая власть окажется стабильной и способной гарантировать, что интересы Кремля не пострадают.

Это не единственные договоренности между Россией и США. У них есть взаимопонимание на тактическом и стратегическом уровне, достигнутое, в основном, за счет российских и американских партнеров на Ближнем Востоке.

От сближения российских и американских позиций по сирийскому вопросу выигрывают двое. Первый — это Асад. Его режим и его алавитская община получили как минимум два года иммунитета от попыток свержения. Второй — это Израиль, у которого тесные отношения с США и корректные, а местами даже хорошие отношения с Россией. Если действовать разумно и тайно, то благодаря этому можно суметь повлиять за кулисами на формирование нового порядка в Сирии, когда и если этот процесс начнется.

Вдобавок, растущее вмешательство США и России в Сирии способствуют стабилизации региона и уменьшают вероятность неожиданного кризиса и вне6плановой войны между нами и «Хезболлой» или другими партнерами Ирана.

У российско-американского сближения есть и другие аспекты помимо сирийского. Администрация Обамы и дальше будет неприязненно воспринимать Путина. Но достигнутое взаимопонимание по Сирии сможет перейти и в другие области, где у обеих держав есть общие интересы, например, на украинский кризис, главную причину нынешней напряженности в отношениях между западным лагерем под руководством США и Россией.

Похоже, администрация Обамы старается найти решение украинского кризиса, и Кремль тоже готов снизить планку завышенных требований по отношению к Украине. Санкции, введенные США, европейским союзом и Великобританией, вкупе с падением цен на нефть, причинили большой ущерб российской экономике и подстегнули Путина к пересмотру маршрута.

Но главным импульсом сближения двух держав стала именно Сирия. США и Россия очень заинтересованы в прекращении кровопролитной войны, тянущейся уже почти шесть лет. Это один из основных факторов глобальной нестабильности. Например, острый конфликт между суннитами и шиитами уже превратил Ирак, Сирию, Ливию, Йемен и Египет в кровоточащие раны, а также грозит привести к войне между Ираном и Саудовской Аравией и ее суннитскими союзниками, включая Пакистан, обладающий ядерным оружием.

Вторая причина сближения двух держав в том, что в Белом доме и Кремле согласны по поводу невозможности ликвидировать явление под названием ДАИШ без предварительного прекращения войны в Сирии. Обе страны заинтересованы в ликвидации джихадистских салафитских группировок. Россия опасается усиления влияния экстремистов на Кавказе. США поражены варварской жестокостью, массовыми убийствами и другими военными преступлениями, совершаемыми всеми участниками войны в Ираке и Сирии.

Память о Холокосте и кризис беженцев

Кровопролитие в Сирии, отнявшее жизни у более 300 тысяч человек и выгнавшее более десяти миллионов сирийцев из своих домов, тяжелым бременем ложится на совесть США и западных стран, помнящих о том, как их критиковали за бездействие во время Холокоста. США также опасаются, что ДАИШ захватит прозападные мусульманские страны на Ближнем Востоке, в Африке и Азии. Кризис с беженцами угрожает стабильности и будущему Европы и ее культуре, и это еще одна причина стремления США и России положить конец сирийской войне.

Между Россией и США есть еще кое-что общее. Военные обеих мировых держав фактически признают, что не знают, как физически уничтожить ДАИШ, и не могут победить его идеологически. Американцы помнят войны в Ираке и Афганистане, где они не смогли полностью уничтожить исламских террористов и партизан, а русские — помнят о провалах в том же Афганистане, а также первую войну в Чечне.

Обе державы потерпели поражения, хотя как США, так и Россия применили многочисленные сухопутные войска. Сегодня ни Россия, ни США не готовы посылать значительные контингенты на Ближний Восток или в другие регионы, где ДАИШ, «Аль-Каида» и их отделения пустили свои корни. Дипломатическое урегулирование сирийского конфликта может помочь им сохранить лицо. В первую очередь, американцам, так как их стратегия воздушных ударов и поддержки местных наземных сил в Сирии потерпела полный крах. Русские и иранцы больше преуспели, так как не позволяют гуманитарным и юридическим соображениям препятствовать бомбардировкам. Но и они не в состоянии полностью победить ДАИШ на поле боя и в идеологической плоскости.

Боевая работа российских Су-25 с АвБ Хмеймим в сопровождении сирийских МиГ-29


Но для успеха политического процесса США и Россия нуждаются в сотрудничестве всех сторон в Сирии, расколотой на части. Им необходимо убедить ориентированную на Саудовскую Аравию и страны Персидского залива оппозиционную коалицию сесть за стол переговоров с Асадом. Турция категорически против участия в переговорах курдских повстанцев, на присутствии которых настаивает Россия (при этом Россия также за участие в диалоге «квазиоппозиции», вести переговоры с которой согласны Асад и Иран). И это мы еще не упомянули ливанцев, иракцев и иорданцев, у которых свои патроны и свои интересы, противоречащие интересам других участников и не позволяющие вести эффективные переговоры.

Один важный спорный вопрос, по которому у участников переговоров и поддерживающих их стран нет согласия — это будущее Асада и его режима. Вторая проблема — нежелание Асада и части представителей оппозиции вести переговоры друг с другом.

Так что судьба переговоров еще не ясна. Возможно, запланированная на конец недели конференция в Женеве будет отложена или отменена. Возможно, состоятся только непрямые предварительные переговоры, и представитель генсека ООН де Мистура выступит в роли посредника.

До урегулирования еще очень далеко, и в 2016 году кровопролитие в Сирии, скорее всего, продолжится, а возможно, и после этого тоже. Но Женевская конференция ознаменовала сближение позиций мировых держав и дала лучик надежды на прекращение безумной бойни в Сирии.