В декабре президент России едет в Японию, чтобы выяснить, насколько эта страна готова смягчить санкции против России взамен за уступки по Курилам, и получится ли таким образом подорвать солидарность демократических государств. В Европе Путину сделать это пока не удается, так что он предпринимает попытки на Дальнем Востоке. Этот регион не входит в сферу основных интересов польской дипломатии, а жаль: ведь наша активность там помогла бы контролировать российскую деятельность.

Страх обеих стран

Роль Японии для польских интересов высоко оценивал еще Пилсудский, который искал в ней союзника против Петербурга. Стратегическое сходство связывает наши народы и сейчас. Польша и Япония лежат на окраине демократического мира, соседствуя с диктатурами. Обе страны полагаются в вопросах безопасности на американские гарантии: Варшава в рамках НАТО, Токио — двустороннего союза с Вашингтоном. Оба государства рассчитывают на присутствие американских войск на своей территории. Польша — на их появление через несколько месяцев, а Япония — на то, что их пребывание будет продолжаться. Такого опыта нет ни у одной западной страны с потенциалом к региональному лидерству. Из демократических стран им обладает только Южная Корея. Нам есть чему друг у друга поучиться.

Даже угрозы имеют у нас похожий характер. Из-за своего островного положения Япония, конечно, не столкнется с вторжением по суше, которое может угрожать Польше, однако ракетная (в том числе ядерная) атака вполне реальна. В особенности со стороны Северной Кореи, которая развивает свой ядерный и ракетный потенциал. Мы, в свою очередь, боимся «Искандеров», а российские вооруженные силы время от времени отрабатывают на учениях ядерные удары по нашей территории. Так что двум нашим странам придется развивать системы противоракетной обороны, координируя их с системами союзников.

Обе страны (по крайней мере, их политические и военные элиты) осознают, что собственные военные усилия нужно активировать. Это стало окончательно очевидно после победы в США Дональда Трампа. Для Токио она стала тревожным звоночком, в Варшаве тоже почувствовали тревогу. Причиной послужили заявления эксцентричного миллиардера, которые он делал в ходе своей избирательной кампании, говоря, что американские союзнические обязательства следует увязать с размером финансового вклада союзников.

Сомнения в необходимости американских гарантий и дополнительные условия их действия — это удар по фундаменту безопасности Японии, которая не создала вооруженных сил, способных самостоятельно защитить страну. Польша, в свою очередь, может рассчитывать на гарантии НАТО, только если их подтверждают США — основная мировая военная сила.

Как при Пилсудском

Основным препятствием для развития собственной армии в Японии служит менталитет общества, сформированный правовой системой, которая основана на пацифистской конституции. На втором месте — потенциальное сопротивление соседей, в первую очередь Китая и Кореи, которые сталкивались в прошлом со зверствами японского милитаризма.

В Польше таких препятствий нет. Мы можем развивать армию при поддержке общества, на нас не давит груз прошлого или пацифистские правовые ограничения. Однако у нас нет средств. Довести оборонный бюджет до 4% ВВП, что соответствовало бы реальным потребностям, невозможно по общественно-политическим причинам. В такой ситуации Япония и Польша, два лежащих у рубежей демократического мира государства, адресуют новым властям США общее послание: американский военный щит — это ключевой фактор, позволяющий удержать диктатуры за кордоном, который представляют собой наши страны, и если он будет сильным и надежным, союза с Россией не понадобятся.

Удивительно, что визит Путина в Токио и консультации японского премьера с Дональдом Трампом не вызвали в Польше особого интереса. Видимо, Пилсудский обладал большей стратегической фантазией.