Представитель Высшего комитета по переговорам сирийской оппозиции (ВКП) Фарах аль-Атаси обвинил президента США Дональда Трампа в неосведомленности по сирийскому вопросу. В таком же ключе высказался советник ВКП Яхъя аль-Ариди уже относительно спецпосланника ООН по Сирии Стеффана де Мистуры, который считает необходимым принять позицию США, согласно которой приоритетом в Сирии является борьба с ИГИЛ (запрещена в РФ — прим. ред.), а не судьба сирийского президента Башара Асада.


Заявления США и европейских государств, больше не требующих ухода Асада, о том, что приоритетом для них является борьба с терроризмом, вызвала споры и возмущение в кругах сирийской оппозиции, поскольку для нее это означает потерю преимущества на переговорах. Однако эти заявления не стали неожиданностью для Дамаска, который был уверен в подобном сдвиге в американской политике не только в связи с приходом к власти в США Трампа — необходимость трансформации американской политики была обусловлена многими факторами. Министр по делам национального примирения Сирии Али Хайдар считает, что администрация США обязана вносить подобные изменения в свою политику по отношению к Сирии, несмотря на то, что они в первую очередь связаны с российско-американскими отношениями.


В последнее время Россия и США достигли некоторых договоренностей по ситуации на севере Сирии и отношениям с Ираном.


Признаки подобных договоренностей можно будет рассмотреть на примере того, как Россия позволит США расширить свое влияние в Ракке при помощи курдских территорий, которым Вашингтон оказывает поддержку. Возможность такого развития событий подтверждают заявления некоторых курдских лидеров. Как сообщил сопредседатель партии «Демократический союз» Салех Муслим, ожидается, что после того как город Ракка на севере Сирии будет отбит у ИГИЛ, он перейдет под контроль демократических сил, а не центральных властей. В то же время президент Владимир Путин подтвердил координацию действий между Россией и Соединенными Штатами в глубине Сирии. Москва внимательно следит за тем, что произойдет в результате растущего американского военного участия в боях за Ракку.


Возможно, серьезные изменения в российско-американских отношениях нельзя рассматривать как залог оптимизма относительно углубления двустороннего сотрудничества, ведь России и США следует прийти к комплексному соглашению по всем нерешенным вопросам. Однако в краткосрочной перспективе даже этого будет недостаточно.


Что касается Ирана, то не перестают звучать идеи о развитии российско-американских отношений за счет сворачивания отношений между Россией и Ираном. При этом необходимо учесть следующие моменты:


1. Дональд Трамп не разорвал ядерное соглашение с Ираном, несмотря на то, что неоднократно призывал к такому шагу в ходе своей избирательной кампании. Тем не менее он никогда не переставал обвинять иранское руководство, и во всем, что связано с Исламской Республикой Иран, администрация Трампа придерживается подхода «ястребов». Была заявлена цель остановить экспансию Ирана, ослабить его влияние в Ираке, Сирии, Ливане, Йемене и Бахрейне. Можно сказать, что во многом политика Трампа проводится под давлением со стороны государств Персидского залива во главе с Саудовской Аравией, которая надеется на следование США данному курсу и в дальнейшем. Однако действительно ли вытеснение Ирана станет предметом российско-американских договоренностей?


Конечно, рост присутствия Ирана в регионе не в интересах Соединенных Штатов. Вряд ли российско-американские отношения примут форму стратегического альянса, но их характеризует продвинутый уровень координации в рамках взаимных интересов.


2. США сделали ставку на то, чтобы помешать растущему сотрудничеству между Москвой и Тегераном. Как заявил Путин на российско-иранском саммите, «Иран является хорошим соседом и надежным партнером».


Необходимо отметить некоторые важные вехи в истории отношений между двумя странами:


• После исчезновения идеологического барьера между двумя странами в связи с падением коммунистического режима в 1991 году, уже через год с подписанием соглашения о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии началось российско-иранское сотрудничество в области ядерной энергетики.


• По словам иранского представителя парламентской группы дружбы России и Ирана Рамазана Али Собхани, в январе значительно увеличился объем торговли между двумя странами по сравнению с предыдущими десятилетиями — на 80%.


• Сотрудничество в области ядерной энергетики является ключевым в отношениях Тегерана и Москвы, особенно после отказа США содействовать развитию иранской ядерной программы в связи с исламской революцией и падением режима шаха. Было подписано несколько контрактов (две станции в Бушере) в дополнение к контрактам в сфере гражданской авиации и железнодорожного сообщения.


• Стороны сотрудничают в области вооружений и, несмотря на расширение своего военного арсенала за счет сотрудничества с такими странами, как Китай, системы ПВО в Иране — российского производства, равно как и зенитно-ракетные комплексы, среди которых следует упомянуть системы «С-300».


Тем не менее вышеперечисленные успехи в рамках российско-иранского сотрудничества находятся под угрозой, как в связи с американскими заявлениями о судьбе президента Башара Асада, так и в связи с попытками США вытеснить Иран из региона. Битва за Ракку, в которой каждый игрок желает сыграть свою роль, важна не столько с точки зрения борьбы с терроризмом, сколько в контексте политических устремлений сторон, поскольку победитель сможет влиять на ход событий в регионе.