Победа Эммануэля Макрона на президентских выборах во Франции вызвала волну облегчения и эйфории в Европе. Однако теперь пришла очередь проверки реальностью, потому что мы пока не знаем, как именно новый президент намерен восстанавливать французскую экономику. Уровень безработицы в стране колеблется на уровне около 10%, а выпуск промышленного сектора до сих пор на 12% ниже показателя, достигнутого накануне мирового финансового кризиса 2008 года.


Макрон намекает, что не хочет повышать пенсионный возраст, увеличивать 35-часовую рабочую неделю или упрощать для компаний процесс увольнения работников. В то же время он хочет, чтобы северные страны еврозоны направляли свои деньги в южные государства, что позволит защитить финансовые и экономические рынки Франции в этом регионе.


Таков, если говорить в целом, портрет программы, которая позволила Макрону победить на выборах. Однако в нем отражено все самое главное. А что ещё он может иметь в виду, когда призывает к учреждению поста министра финансов еврозоны, который сможет накапливать коллективно гарантированный долг и собирать собственные налоги? Зачем ещё он призывает к единой системе страхования банковских вкладов в еврозоне и системе страхования от безработицы? Мотив, лежащий в основе этих идей, слишком очевиден: это поддержка внутренней экономики за чужой счёт.


Помимо этого Макрон поддержал предложение о создании парламента в еврозоне, провозглашая тем самым создание двухуровневой Европы. На самом же деле это просто рецепт для раскола Евросоюза.


Превращение еврозоны в такой «трансферный» союз с собственным парламентом лишь углубит раскол между странами еврозоны и северными и восточными странами ЕС (Данией, Швецией, Польшей, Чехией, Хорватией, Венгрией, Румынией и Болгарией). Большинство этих стран не вступят в него, поэтому они будут отрезаны от Европы навсегда. Как едко заметил поляк Дональд Туск, председатель Европейского совета, до 1989 года у нас уже была двухуровневая Европа, и не стоит желать её возвращения.


Немецкие власти не смогут с лёгкостью помочь Макрону расколоть ЕС на две части, даже если захотят этого. Немецкая конституция наделяет Бундестаг неотъемлемым правом управлять бюджетом страны. Даже если абсолютно все члены Бундестага согласятся передать часть бюджетного суверенитета страны на уровень европейских учреждений, подобное решение всё равно может быть принято лишь на официальном референдуме.


Могущественный Конституционный суд Германии уже ясно дал понять, что программы финансовой помощи странам еврозоны и другие подобные действия являются пределом возможного в рамах основного закона Германии. Немецкий суд уступил европейскому в вопросе о программе «прямых монетарных операций» Европейского центрального банка, но он не сможет сделать этого в вопросе о бюджетном суверенитете, потому что текст конституции здесь однозначен, а Европейский суд не вправе интерпретировать конституцию Германии.


Несмотря на всё это, важно, чтобы процесс европейской интеграции двигался вперёд. Ещё многое нужно сделать для улучшения пограничного трафика в ЕС, а также для укрепления партнёрств в сфере безопасности. Более того, Европа должны выучить уроки войн XX века и вообще отказаться от национальных армий. Только тогда европейский союз ради мира станет реальностью, а не пустым звуком, используемым в политике.


В послевоенный период главы европейских государства разработали проект договора о создании Западноевропейского оборонного сообщества. Однако это предложение было отвергнуто в 1954 году из-за вето Национального собрания Франции, принятого вопреки рекомендациям Шарля де Голля, легендарного президента страны послевоенной эпохи. Позднее против единой европейской армии выступала Великобритания.


Однако Великобритания больше не будет частью ЕС (хотя бы в обозримом будущем), а у Франции появился молодой, динамичный новый президент. Пришло время для новой попытки. Немецкий народ можно, наверное, убедить согласиться на такую форму интеграции на том же самом референдуме, который в любом случае придётся проводить для одобрения бюджетного плана Макрона. То же самое можно сказать и о народах Восточной Европы.


Благодаря стремлению к подлинной политической интеграции, основанной на единой армии и партнёрстве в сфере безопасности в рамках всего ЕС, Макрон мог бы гарантировать себе место в истории. Но для достижения этой цели ему придётся отойти от категорического отказа его предшественников от политического союза. Ему придётся также признать закономерность немецких тревог: создав бюджетный союз сейчас, Европа упустит шанс создать политический союз в будущем.


Объединение вооружённых сил Европы под совместным командованием — это единственный путь вперёд. Создание бюджетного союза без политического союза навсегда заблокирует дорогу к европейской унификации и настроит народы Европы против друг друга даже больше, чем это уже сделала единая валюта. Все, кто хочет создать союз ради мира, не могут допустить подобного исхода, а тем более способствовать ему.