Россия вновь разыгрывает кубинскую карту. Остров в Карибском море, который несколько десятков лет не давал покоя американским службам безопасности, несмотря на сближение с Вашингтоном и окончание действия торгового эмбарго, поддержанное Бараком Обамой, сохраняет связи с Москвой. На этот раз отношения между Гаваной и Москвой строятся на нефти. В последние годы Куба выживала в плане энергетики благодаря соглашениям с Венесуэлой, которая поставляла острову нефть по очень низким ценам и порой даже не требуя за нее платы. Такова была геополитическая логика Венесуэлы Чавеса: она оказывала помощь своим американским союзникам, чтобы к ней относились как к лидеру, способному возглавить Южную Америку под знаком боливаризма.

 

С приходом к власти Мадуро и началом политического и экономического кризиса в Венесуэле Кубе пришлось смириться с тем, что Каракас не может продолжать соблюдать свои соглашения в нефтяной сфере. Беспорядки, финансовый и гуманитарный кризис в Венесуэле во многом повлияли на ее международные торговые возможности, оставив энергетический вакуум, который трудно восполнить.


Однако именно в этом вопросе на помощь приходит Россия. В первых числах мая российская нефтяная компания Роснефть объявила о достижении соглашения с кубинской государственной энергетической компанией Cubametals о поставке 250 тысяч тонн нефти (как сырья, так и очищенного продукта). Это соглашение предусматривает поставку на Кубу около двух миллионов баррелей нефти в год. Уже в эти дни из России на Кубу должен быть доставлен первый груз нефти — около 250 тысяч баррелей.


Как сообщает агентство Reuters, Куба никогда не сможет расплатиться с российскими поставщиками за эту нефть. По некоторым оценкам, рыночная стоимость составит около 105 миллионов долларов. Это сумма, которую на данный момент кубинское правительство не сможет выплатить ни при каких условиях. Но проблема состоит в другом, если вспомнить, что соглашение о поставках нефти явно содержит значительные политические условия. Россию не интересуют кубинские деньги — ей нужно поддержать союз, который в период, когда дипломатические отношения с США накаляются, может послужить средством сглаживания некоторых острых углов в связях с Вашингтоном.


Москва в эти годы никогда — даже спустя десятилетия после краха коммунизма и после окончания действия наложенного США эмбарго — не забывала о разрушительном потенциале альянса с Кубой. В 2014 году российский министр обороны Сергей Шойгу утверждал, что Россия рассматривает возможность повторного открытия старых военных баз на территории Америки, особенно в Венесуэле, Никарагуа и на Кубе.


События на Украине и на Ближнем Востоке, разумеется, обусловили политический выбор Кремля, которому пришлось переключить внимание на более горячие и более важные для российской безопасности точки, то есть на Киев и Дамаск. Однако Кремль никогда окончательно не отказывался от идеи возобновления своего присутствия на американском континенте. Эта идея вновь стала набирать обороты: в прошлом году российское Министерство обороны снова заговорило о возможности повторного открытия некоторых военных баз — особенно во Вьетнаме и на Карибах — в качестве ответа на окружение России силами НАТО.

 

Теперь, когда русские ввязались в соглашение о поставках нефти на Кубу, нельзя недооценивать вероятность того, что они сосредоточат свое внимание также и на Центральной и Южной Америке. Со стратегической точки зрения наличие вновь действующего радиолокационного центра в Лурдесе на Кубе позволит российской армии занять безусловно выгодную позицию для достижения военного баланса на американском континенте. Кризис в Венесуэле и утрата дружественного государства, которое потенциально могло стать гегемоном Южной Америки, является для Москвы весьма важным условием для восстановления контроля над этой территорией. Или хотя бы для сохранения ее в поле зрения.