Переговоры в Астане были нацелены на начало процесса построения взаимного доверия при создании зон деэскалации в Сирии. Если бы соглашения о создании четырех зон деэскалации заключили в мае, когда были очерчены эти зоны, стало бы давно понятно, насколько работает эта формула. Ни одну страну мира и даже Башара Асада гражданская война в Сирии не затрагивает и не беспокоит так сильно, как Турцию и Иорданию. Турция и Иордания несут на себе самое большое бремя сирийской войны, будучи в ответе за пять миллионов человек, которых война лишила дома. 

 

Причиной, по которой астанинскую формулу не удавалось провести в жизнь, была негативная позиция, занятая Америкой из-за роли Ирана. Это препятствие преодолели в ходе переговоров на полях саммита G20 и трех отдельных двусторонних контактов, состоявшихся между президентами России, Турции и США. Так, Россия, выступающая в роли союзника и представителя режима Асада, дала США ряд гарантий относительно Ирана и, видимо, прежде всего заверила, что Иран не будет выступать гарантом напрямую или при сотрудничестве с «Хезболлой». И Трамп, и Эрдоган, должно быть, посчитали, что для Израиля этой гарантии будет достаточно.


Астанинский план предполагал, что зону деэскалации в районе Эль-Кунейтры близ Голанских высот, то есть прямо на линии прекращения огня, которую Израиль признал в 1974 году, будет контролировать Иран. Турция как одна из стран-организаторов астанинских переговоров, конечно, надеялась, что иранское правительство будет честно работать над обеспечением прекращения огня. Но в данный момент интересы Ирана состоят не в том, чтобы режим Асада не вступал в новые столкновения, а в том, чтобы как можно скорее и максимально надолго обеспечить дамасскому правительству период тишины. Эту тишину Асад сделает инструментом пропаганды и попытается создать представление о том, что он победил оппозицию и зачистил ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в РФ — прим. ред.). Тем не менее период прекращения огня, который даст возможность переместить беженцев в лагеря, созданные в Сирии, пока режим не сбрасывает бочковые бомбы на свой народ и не готовится к химической атаке, пойдет на благо всем.


В рамках нового соглашения, достигнутого на саммите G20, о котором Трамп и Путин объявили журналистам, США готовятся принять активное участие в создании зон деэскалации, к которым ранее они не были расположены, и прежде всего на юго-западе страны. Более того, после саммита G20 Трамп в ходе своего визита во Францию заявил, что для обеспечения большей устойчивости перемирия в Сирии будут заключены новые соглашения. Таким образом, в Сирии США впервые соглашаются играть еще одну роль, помимо борьбы с ИГИЛ.


Тем временем израильское правительство, выступив против того, чтобы российские соединения зашли в район Эль-Кунейтры в качестве наблюдателей-гарантов, и заявив, что в этом регионе до сих пор продолжают находиться некоторые боевики, связанные с «Хезболлой», мобилизовало все еврейское лобби в США, чтобы обеспечить выход Вашингтона из соглашения. Если это даст результат, на который Израиль рассчитывает, то огонек надежды, забрезживший в конце тоннеля в Сирии, погаснет. А это только укрепит убеждение народов региона в том, что главная причина, по которой события под названием арабская весна перекинулись на Сирию, — это мечта о Великом Израиле.


Могут ли США взять на себя эту ответственность?