По данным избирательных комиссий, большой процент проживающих в Ираке курдов (их численность оценивается в 8 миллионов) пришли проголосовать на референдуме о независимости Курдистана и ряда других районов страны со значительной долей курдского населения. Ещё больший процент избирателей (как сообщается, более 90%) проголосовали за независимость. Но мир, в целом, отнёсся к этому референдуму без симпатий, а в современном мире государственность определяется признанием другими государствами. Так что же теперь будет?

 

Конечно, не существует и не должно быть никакого автоматического права на самоопределение. Одно дело, когда народы колоний, которыми управляли располагавшиеся за тысячи километров правительства и которые были лишены многих прав, выбирали путь независимости после Второй мировой войны. И совсем другое дело, когда некий регион отделяется от уже существующего, независимого государства. Мир с регулярно отделяющимися новыми государствами погрузится даже в больший хаос, чем тот мир, который у нас есть сейчас.

 

Естественно возникает вопрос: а при каких обстоятельствах следует поддерживать лидеров и население, стремящихся к выходу из существующей страны, чтобы создать свою собственную? Общепринятого перечня стандартов не существует, но позвольте мне предложить несколько правил, которые следует применять в таких случаях:

 

История подтверждает явную коллективную идентичность данного народа.

 

Убедительные аргументы: население должно доказать, что существующий статус-кво связан с большими политическими, физическими и экономическими издержками.

 

Население явно демонстрирует мощную поддержку нового, сепаратного политического статуса.

 

Новое государство является жизнеспособным (последнее, что нужно миру, — появление новых недееспособных государств).

 

Отделение не ставит под угрозу жизнеспособность оставшихся частей страны или безопасность соседних государств.

 

По всем этим стандартам аргументы в пользу курдской независимости выглядят убедительно. У курдов имеется сильное чувство общей истории и национальной идентичности. Они не смогли добиться государственности после Первой мировой войны, но не по своей вине: их аргументы в пользу независимости были тогда столь же убедительны, как и у других групп, чьи национальные чаяния были удовлетворены. Курды Ирака серьёзно пострадали от рук режима Саддама Хусейна (в частности, они подвергались атакам химическим оружием). У независимого Курдистана есть потенциал, чтобы стать экономически жизнеспособным государством, учитывая имеющиеся запасы энергоресурсов. Ирак без Курдистана также останется жизнеспособным государством, равно как и соседние страны.

 

Тем не менее, желание курдов северного Ирака создать собственную страну наталкивается на сильное сопротивление. Центральное правительство Ирака, обеспокоенное потерей части территории страны, а также крупных нефтяных месторождений, активно выступает против отделения курдов. Турция, Иран и Сирия также не поддерживают идею курдской независимости в любом виде, опасаясь, что их собственное курдское меньшинство может «заразиться вирусом» курдской государственности и начнётся стремиться к отделению, чтобы либо создать собственное государство, либо присоединиться к новому курдскому самообразованию, отколовшемуся от Ирака.

 

Центральное правительства Ирака пригрозило закрыть воздушное пространство для самолётов, направляющихся в курдский район или из него. А Турция пригрозили перекрыть нефтепровод, от которого зависит экспорт нефти из Курдистана. Опасность таких шагов в том, что под угрозой может оказаться жизнеспособность нового образования (которое не будет иметь выхода к морю), не говоря уже о риске военных конфликтов.

 

США не поддерживают курдскую независимость, опасаясь, что противодействие этой независимости со стороны соседних государств может усугубить хаос на Ближнем Востоке, и так уже турбулентном. Но верно и то, что курды отвечают многим критериям для создания государственности, а их политическая система обладает многими элементами демократии. Кроме того, курды были лояльными и эффективными союзниками в борьбе с Исламским государством и в Ираке, и в Сирии. Сопротивление со стороны антилиберальной Турции, имперского Ирака, Ирака, который находится под сильным влиянием Ирана, а также сирийского режима, обязанного своим выживанием иранской и российской военной интервенции, усиливает геополитические аргументы в пользу курдской государственности.

 

Для США и Евросоюза (который тоже прохладно относится к идее курдской независимости) одним из вариантов могла бы стать поддержка или участие в переговорах между региональным правительством Курдистана (РПК) и иракским правительством в Багдаде. Целью этих переговоров могли бы стать поиски компромисса по вопросам о разделе или общем использовании ресурсов и территории. Параллельные переговоры Турции и РПК могли бы ослабить тревоги, связанные с экономикой и безопасностью.

 

США и ЕС должны дать чётко понять, что любая поддержка курдского сепаратизма с их стороны не может быть прецедентом для всех остальных. В мире уже существует более 190 стран, и появление новых государства не является простым и беспроблемным процессом. Каждая ситуация нуждается в тщательной оценке. Группы населения имеют полное право участвовать в определении своего будущего, но они не могут принимать решения сами по себе. Курды Ирака продемонстрировали всем свои предпочтения; отказ воспринимать их цель серьёзно не станет шагом к справедливости и устойчивости.