В августе 1945 года, когда американские самолеты сбрасывали атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки, 1,6 миллиона советских солдат неожиданно атаковали японские силы в Восточной Азии. За несколько дней миллионная армия, которую император Хирохито держал в регионе, была разбита. 

Это событие привело к перелому на Тихоокеанском театре военных действий Второй мировой войны, но в книгах по истории его часто заслоняют сброшенные на той же неделе атомные бомбы. Однако в последние годы некоторые историки доказывают, что действия Советского Союза не в меньшей – а, возможно, и в большей – мере, чем атомные бомбардировки способствовали окончанию войны.

Профессор новой истории из Калифорнийского университет в Санта-Барбаре недавно поддержал эту точку зрения, заявив, что страх перед советским вторжением подтолкнул японцев сдаться Америке, которая, как они считали, обойдется с ними лучше, чем Советский Союз. 

Японские войска впервые столкнулись с русскими с Северо-Восточной Азии в 1939 году, когда японская армия попыталась вторгнуться в Монголию. Сокрушительное поражение в битве на Халхин-Голе в итоге заставило Токио подписать пакт о нейтралитете, благодаря которому Советский Союз не принимал участие в войне на Тихом океане. 

Токио после этого сфокусировался на противостоянии американским, британским и голландским силам, что 7 декабря 1941 года привело к удару по Перл-Харбору. 

После того, как 8 мая 1945 года Германия капитулировала, Япония, понесшая поражение на Филиппинах, на Окинаве и на Иводзиме, обратилась к Москве с просьбой послужить посредником на переговорах об окончании войны. 

Однако советский лидер Иосиф Сталин уже втайне пообещал Вашингтону и Лондону, что в течение трех месяцев после победы над Германией он атакует Японию. Поэтому он проигнорировал просьбу Токио и перебросил больше миллиона солдат на манчжурскую границу.

Операция «Августовская буря» началась 9 августа 1945 года, когда на Нагасаки была сброшена бомба. За две недели боев погибли 84 000 японских солдат и 12 000 советских. Советские войска остановились всего в 50 километрах до японского северного острова Хоккайдо.

«Вступление Советского Союза в войну внесло намного больший вклад в капитуляцию Японии, чем атомные бомбы. Оно лишило Японию надежды на выход из войны при посредничестве Москвы», - считает Цуеси Хасегава (Tsuyoshi Hasegawa), недавно выпустивший монографию «Наперегонки с врагом» («Racing the Enemy»), которая исследует завершение войны на Тихом океане, основываясь на недавно рассекреченных советских архивах, а также на японских и американских документах. 

«Император и партия мира [в правительстве] поспешили закончить войну, рассчитывая, что Америка обойдется с Японией лучше, чем Советский Союз», - заявил в своем интервью Хасегава, владеющий русским языком.

Несмотря на огромное число погибших в результате атомных бомбардировок (в Хиросиме погибли 140 000 человек, в Нагасаки – 80 000), имперское командование верило, что Япония сможет сопротивляться вторжению союзников, если сохранит контроль над Маньчжурией и Кореей, снабжавшими Японию ресурсами на ведение войны, утверждают Хасегава и историк Второй мировой из лондонского Имперского военного музея Терри Чарман (Terry Charman).

«Удар, который нанес СССР, все изменил, - говорит Чарман. – Правительство в Токио осознало, что надежды не осталось, и в этом смысле «Августовская буря» сильнее подтолкнула Японию к капитуляции, чем атомные бомбы». 

В Соединенных Штатах на бомбардировки до сих пор многие смотрят как на крайнее средство, которое пришлось применить, чтобы заставить сдаться врага, намеренного сражаться до последнего. Президент Гарри Трумэн и военное руководство США считали, что вторжение в Японию стоило бы сотен тысяч жизней американских солдат.

Американский историк Ричард Франк (Richard Frank) убежден, что какими бы ужасными бы ни были атомные бомбардировки, они спасли жизни сотен тысяч американцев и миллионов японцев – военных и штатских – которые погибли бы, продолжайся война до 1946 года.

«Согласно знаменитому высказыванию министра обороны Генри Стимсона (Henry Stimson), [бомбы] были «наименее отвратительным вариантом» в рамках того жуткого выбора, перед которым стояли американские лидеры, - заявил он в своем интервью. – Альтернативы атомной бомбе не гарантировали скорого окончания войны, зато предполагали больше смертей и страданий».

Франк, пишущий сейчас трехтомную историю войны на Тихом океане, говорит, что он по-прежнему не согласен с Хасегавой в вопросе о сравнительной важности советского вмешательства и атомной бомбы как факторов, способствовавших капитуляции Японии. 

Впрочем, по его словам, они оба согласны в том, что окончательная ответственность за случившееся лежит на японском правительстве и Хирохито, который решил в июне поставить под ружье почти все население, в то числе большую часть женщин, и драться до конца. 

«Так как никто не позаботился обеспечить этих людей формой, в случае вторжения союзники не могли бы отличить комбатантов от нонкомбатантов, что фактически , превращало каждую японскую деревню в военную цель», - поясняет Франк. 

Об эффекте, который произвело молниеносное продвижение советских войск свидетельствуют слова японского премьер-министра времен войны Кантаро Судзуки (Kantaro Suzuki), убеждавшего свое правительство капитулировать.

Согласно книге Хасегавы, он заявил: «Если мы упустим сегодня эту возможность, Советский Союз захватит не только Манчжурию, Корею и Сахалин, но и Хоккайдо. Мы должны закончить войну, пока мы еще можем иметь дело с Соединенными Штатами». 

15 августа Япония прекратила сражаться (в Соединенных Штатах день победы над ней празднуется 14 августа), а 2 сентября последовала формальная капитуляция.

По словам профессора российской истории из Лондонской школы экономики Доминика Ливена (Dominic Lieven), антисоветский настрой Запада породил тенденцию к преуменьшению военных достижений Советского Союза.

Кроме того, «лишь немногие англичане и американцы видели продвижение советских войск на Дальнем Востоке своими глазами, а в советские архивы западных историков не пускали», - добавляет он. 

Удивительно, но в самой России, на эту кампанию также не обращали большого внимания. Видимо, несмотря на беспрецедентный масштаб победы, 12000 погибших в боях с японцами терялись на фоне войны не на жизнь, а на смерть с нацистской Германией, унесшей жизни 27 миллионов советских граждан.

«Значение этой операции огромно, - считает президент Академии военных наук России отставной генерал Махмут Гареев, участвовавший в кампании 1945 года. – Вступив в войну с милитаристской Японией… Советский Союз ускорил конец Второй мировой войны».