По мнению авторов этого обращения, данные мероприятия «могут быть восприняты как одобрение польской стороной действий правительства Российской Федерации в отношении Украины». Вместо польско-российского обмена деятели искусства и кураторы предлагают устроить Год Польши на Украине и Украины в Польше в качестве жеста солидарности с людьми культуры и всем украинским обществом. Я ценю благородство таких жестов, однако полагаю, что они не только малоэффективны, но и вредны. Основой политики в отношении авторитарных стран должно быть сильное давление на власть и продолжение диалога с обществом. А не наоборот. Между тем культурный бойкот, который предлагают круги представителей визуальных искусств, в первую очередь ударит по российским создателям и потребителям культуры, многие из которых мыслят независимо и занимают критическую позицию в отношении агрессивной имперской политики президента Путина. Они, в частности, были среди тех, кто вышел недавно на московские улицы, чтобы заявить о своем протесте против войны. Отменяя спектакли польских театров, выставки польских художников, концерты польских оркестров мы наказываем тех, кто не заслужил наказания.

Это прекрасно понимают другие страны Европейского Союза — Германия и Великобритания, которые не отказываются от реализации запланированных на текущий год крупных проектов культурного сотрудничества с Россией. Отменен не был ни один. Год Великобритании в России откроется 14 апреля масштабной выставкой в московском Манеже, куратором которой выступает британский кинорежиссер Питер Гринуэй (Peter Greenaway).От своих акций не отказывается и Германия, хотя именно канцлер Ангела Меркель оказывает сейчас самое сильное давление на Кремль в украинском вопросе. В июне начнется Год немецкого языка в России, а одновременно — Год русского языка в Германии.

Независимые культурные организации Европы также не прекращают своего сотрудничества с россиянами. Несмотря на призывы к бойкоту в петербургском Эрмитаже состоится биеннале «Манифеста». Директор фонда «Манифеста» Хедвиг Фейен (Hedwig Fijen) заявила, что существуют другие формы демонстрации своей позиции помимо бойкота. Она пригласила участников выставки и публику принять участие в дискуссии на тему роли, которую искусство играет в странах, где нарушаются права человека и запрещена критика. Сторонники идеи культурного бойкота России указывают на то, что некоторые российские деятели культуры активно поддержали Путина, подписав получившее резонанс письмо о Крыме. Мы не можем сотрудничать с людьми, которые поддерживают диктатуру, доказывают они. Однако не вся Европа занимает по поводу подписантов однозначную позицию.

Руководство Мюнхена подтвердило, что оно не откажется от сотрудничества с выдающимся российским музыкантом Валерием Гергиевым, тесно связанным с путинской администрацией, который должен со следующего года занять пост главного дирижера Мюнхенского филармонического оркестра. Руководителю оркестра и чиновнику, отвечающему в городе за культуру, поручили лишь встретиться с Гергиевым и сообщить ему о спорах, возникающих вокруг его последних высказываний.

Кто-то мог бы назвать такую позицию лицемерной: немецкий оркестр под управлением дирижерской палочки любимца российского диктатора будет играть для баварских меломанов, в то время как российские войска стоят у границы Украины. Однако такой шаг кажется мне прозорливым: чем активнее мы будем включать российских артистов в круг европейской культуры, тем сложнее им будет поддерживать путинский авторитаризм. В прошлом году Гергиев под влиянием протестных акций против введенных в России антигейских законов написал властям Мюнхена, что он полностью поддерживает принцип толерантности к различным взглядам и сексуальным ориентациям. Своего мнения о Крыме он наверняка не изменит, однако вольно или не вольно ему придется выслушивать мнения своих постоянных слушателей и меценатов.

Вместо того чтобы объявлять бойкот, лучше запустить в путинскую систему вирус свободы. Искусство идеально подходит на эту роль. Польские мероприятия в России могут стать отличным поводом для дискуссий об отношениях между прежней империей и его колониями, которые вновь стали актуальными. Год Польши — это не Олимпиада, здесь политические декларации никто не запрещает. И да, следует провести в Польше фестиваль украинской культуры. Но не с наскока, не под влиянием эмоций, а с умом и планом. Минимальный отрезок времени в культуре — это три года, и его не может сократить никакая революция.