Есть два способа, при помощи которых шпионское ведомство может доказать свою ценность тому государству, которому служит. Оно может быть по-настоящему полезным (скажем, определяя местонахождение активно разыскиваемого террориста), или оно может вызывать страх, неприязнь и попытки очернительства со стороны противников (скажем, когда на слушаниях в конгрессе его называют серьезной угрозой). Но когда шпионское ведомство делает и то, и другое, его ценность не вызывает никаких сомнений.

Когда начался кризис на Украине, у Кремля не было практически никаких сомнений в важности аппарата российской военной разведки ГРУ. Это ведомство не только продемонстрировало, как Кремль может задействовать его в качестве важного инструмента внешней политики, разрывая страну на части при помощи небольшой кучки агентов и большого количества оружия. ГРУ показало всему миру, как Россия намеревается вести войны в будущем. А вести их она будет, сочетая скрытность, диверсии, правдоподобно опровергая факты и с хирургической точностью применяя насилие. Поддерживаемые ГРУ отряды повстанцев отступают под натиском войск Киева, однако геополитический ландшафт уже изменился. ГРУ вернулось в глобальную шпионскую игру, а имея новую схему этой игры, управление в предстоящие годы будет бросать серьезный вызов Западу.

В последние годы судьба не по-доброму относилась к Главному разведывательному управлению Генерального штаба (ГРУ ГШ). Когда-то это было, пожалуй, самое крупное разведывательное подразделение в России, имевшее в посольствах по всему миру самостоятельные точки, известные под названием резидентур, располагавшее обширными сетями тайных агентов и девятью бригадами войск специального назначения, известных как спецназ.

Но к началу 2013 года ГРУ оказалось в ситуации, близкой к полному краху. С 1992 года это ведомство отвечало за операции в ближнем зарубежье, как называют бывшие советские республики. Однако похоже, что российскому президенту Владимиру Путину данное ведомство все чаще казалось неподходящим для этих целей. Когда в 2003 году российскому управлению внутренней безопасности ФСБ (Федеральная служба безопасности) разрешили открыто проводить операции за рубежом, один осведомленный человек сказал мне, что вызвано это следующим: «кажется, что ГРУ ничего не умеет делать у нас по соседству, кроме как танки считать». (И даже это оно делало не очень умело. Путин посчитал, что ГРУ несет свою долю ответственности за далеко не блестящие действия России в ходе вторжения в Грузию в 2008 году.) В Москве преобладало мнение о том, что шапкозакидательская зацикленность ГРУ на «динамичных операциях», проводимых военизированными ударными отрядами, не соответствует духу времени в эпоху кибервойн и нефтяной политики.

Испытания бойцов спецназа на право ношения крапового берета в Новосибирской области


Политические оплошности тоже способствовали ослаблению роли ГРУ. Валентин Корабельников, возглавлявший ведомство с 1997 по 2009 год, чувствовал себя комфортнее, руководя убойными отрядами спецназа в Чечне, и не хотел заниматься дворцовой политикой в Москве. Из-за своей критики военных реформ Путина он оказался в черном списке Кремля. В 2009 году Корабельникова уволили, заменив его готовившимся к отставке генерал-полковником Александром Шляхтуровым. Его из-за плохого состояния здоровья за два года командования в главном управлении видели довольно редко. В декабре 2011 года ГРУ познакомилось со своим третьим начальником за неполные три года. Им стал бывший атташе и офицер-разведчик генерал-майор Игорь Сергун, не имевший боевого опыта и являвшийся самым низким по званию начальником управления за многие годы. К концу 2013 года Кремль задумался о том, чтобы понизить статус ГРУ с «главного управления» до простого управления, что стало бы мощным ударом по престижу службы и по ее возможности доступа к политике.

Читайте также: Пусть Россия купит Крым

Во многом понижение ГРУ в ранге казалось неизбежным. С 2008 года управление пережило череду беспощадных сокращений, и было это в период, когда бюджеты большинства разведывательных и контрразведывательных ведомств в России устойчиво увеличивались. Восемьдесят из ста генералов ГРУ были уволены, отправлены в отставку или переведены на другие должности. Большая часть спецназа была переподчинена регулярной армии. Резидентуры сократили, порой до одного офицера, который работал под прикрытием должности военного атташе.

Но как все может измениться всего за несколько месяцев! То, что Кремль когда-то считал недостатками ГРУ — повышенное внимание к ближнему зарубежью, сосредоточенность на насилии в ущерб хитрости и ловкости, а также хулиганская манера поведения (включая готовность заниматься убийствами за рубежом) — превратилось в его достоинства.

Почти бескровный захват Крыма в марте проводился по планам, составленным в Главном оперативном управлении Генерального штаба, которое в значительной мере полагалось на разведывательную информацию из ГРУ. ГРУ всесторонне изучало этот регион, следило за базирующимися там украинскими войсками, прослушивало их линии связи. Управление не только обеспечивало прикрытие «маленьким зеленым человечкам», которые стремительно захватили стратегически важные объекты на полуострове, и лишь после этого выдали себя, показав, что они российские военнослужащие. Многие из этих бойцов были либо бывшими, либо действующими спецназовцами ГРУ.

Сейчас появляется все больше доказательств того, что так называемый министр обороны сепаратистской Донецкой Народной Республики Игорь Стрелков, которого на самом деле зовут Игорь Гиркин, является либо действующим офицером ГРУ, либо состоит в его резерве. Скорее всего, он получает руководящие указания, а то и приказы из штаб-квартиры разведывательного ведомства. В результате Евросоюз пришел к выводу, что он сотрудник ГРУ, и включил его в список людей, подвергнутых санкциям. Хотя подавляющее большинство повстанцев на востоке Украины — это украинские либо русские «военные туристы», которых поощряет, вооружает и поддерживает Москва, похоже, что в их рядах есть и кураторы из ГРУ, помогающие переправлять через границу оружие и людей.

Когда на востоке Украины в конце мая появился батальон «Восток», стало ясно, что ГРУ восстановилось в полной мере. Этот отряд сепаратистов носит то же название, что и созданное при поддержке и финансовой помощи ГРУ чеченское подразделение, которое было распущено в 2008 году. Эта новая бригада, состоявшая в основном из тех же самых чеченских боевиков, появилась как будто из ниоткуда, одинаково вооруженная и перемещающаяся на бронетранспортерах. Первым делом ее бойцы захватили административное здание в Донецке, выгнав оттуда пеструю толпу ополченцев, которые устроили там свой штаб. Утвердившись в качестве самой сильной собаки в стае, «Восток» начал набирать в свои ряды украинских добровольцев, которые заменили чеченцев, тихо и спокойно разъехавшихся по домам.

Перебежчик из Службы безопасности Украины Александр Ходаковский впоследствии заявил, что именно он является командиром этого батальона. Но это произошло спустя несколько дней после захвата здания в Донецке. Похоже, что вначале батальоном командовали представители ГРУ. Видимо, «Восток» предназначался в основном не для борьбы с регулярными украинскими войсками (хотя он воевал с ними), а для грамотного и дисциплинированного принудительного утверждения власти Москвы над военизированными формированиями в случае необходимости.

Командир батальона "Восток" Александр Ходаковский


Также по теме: Нужна реальная война идей с Россией

Батальон «Восток» недвусмысленно показал, какова стратегия Москвы: Кремль не желает вступать в открытый конфликт с соседями. Вместо этого на Украине ведется «нелинейная война», в которой сочетаются открытая сила, дезинформация, политическое и экономическое давление и тайные операции. Возможно, такие же методы будут применяться и в перспективе. В такого рода операциях ГРУ превосходит всех.

В конце концов, Москва не намерена отказываться от своих претензий на звание мировой державы, и в ближайшем будущем внешняя политика России будет явно сосредоточена на создании и поддержании ее гегемонии в Евразии. А в этих вопросах ГРУ сильнее всех остальных. Например, в Казахстане, чьи северные области с многочисленным русским населением могут в будущем стать объектом аналогичного политического давления через местные меньшинства, ГРУ является ведущим поставщиком разведывательной информации, поскольку его гражданскому аналогу СВР формально запрещено действовать в Казахстане и в других государствах из состава Содружества Независимых Государств в соответствии с Алма-Атинской декларацией от 1992 года (от 21 декабря 1991 года — прим. перев.).

Сочетание данных факторов говорит о том, что ГРУ сегодня чувствует себя намного комфортнее и увереннее, чем год назад. Киев выдворил с Украины военно-морского атташе, назвав его офицером ГРУ, а начальник управления Сергун попал в список людей, на которых распространяются санкции Запада. Но все эти действия не нанесли разведывательному ведомству никакого вреда. Так или иначе, они подняли престиж ГРУ.

В московских кругах весьма красноречиво прекратились разговоры о понижении статуса ГРУ. Восстановление репутации и веса управления означает, что оно снова стало активным игроком в вечных подковерных войнах внутри российского разведывательного сообщества. Но важнее другое. Все это означает, что операции ГРУ в других странах мира, скорее всего, будут активизироваться, а главное управление вернет себе былую агрессивность.

Возрождение ГРУ также показывает, что доктрина «нелинейной войны» — это не просто временная мера, ставшая ответной реакцией на украинскую специфику. Именно так Москва планирует продвигать свои интересы в сегодняшнем мире. Остальной мир пока не осознал этого, хотя начальник Генерального штаба Валерий Герасимов в прошлом году довольно четко обозначил такую перспективу в одном из малоизвестных российских военных журналов. Он написал, что новые методы ведения войны предусматривают «широкое применение политических, экономических, информационных, гуманитарных и прочих невоенных мер ... дополняемых военными средствами тайного характера», и не в последнюю очередь включают использование сил специального назначения.

В таких конфликтах будут участвовать разведчики, диверсанты, хакеры, разные жертвы обмана и наемники. А это как раз тот набор, который имеется в распоряжении ГРУ. Даже после вывода большей части спецназа из прямого подчинения ГРУ это ведомство продолжает командовать элитными силами специального назначения, обученными совершать убийства, диверсии и вводить противника в заблуждение, что показали события на Украине. ГРУ также продемонстрировало свою готовность работать с самыми разными нестандартными личностями. В Чечне оно подготовило не только «Восток», но и другие отряды из числа перебежчиков — от партизан до бандитов. Принято считать, что осужденный торговец оружием Виктор Бут был нештатным агентом ГРУ. Это управление не особо щепетильно в подборе людей для сотрудничества, а это значит, что никогда нельзя быть полностью уверенным в том, кто на него работает.

В этой ситуации у НАТО и Запада до сих пор нет эффективного ответа. НАТО, будучи военным альянсом, созданным для отражения прямой и неприкрытой агрессии, уже находится в затруднении, не зная, что делать с виртуальными атаками, такими как кибератака против Эстонии в 2007 году. То, что фортуна повернулась к ГРУ лицом, сулит нам такое будущее, в котором на смену угрозам холодной войны с ее планами танковых наступлений придет война нового типа, сочетающая меры по введению противника в заблуждение, тщательное формирование сил союзников из числа местного населения, а также тайные удары спецназа, служащие достижению политических целей Кремля. НАТО, может, и сильнее в чисто военном отношении, но если России удастся разжечь на Западе открытые политические разногласия, проводить тайные и легко опровергаемые операции с использованием боевых сил третьих сторон, а также наносить удары по стратегически важным руководителям и объектам, то совершенно несущественно, у кого больше танков и лучше истребители. Именно к такого рода действиям готовится Главное разведывательное управление.