Президент Владимир Путин, любящий прописывать бодрящие дозы геополитики своим оппонентам, особенно тем, кто склонен недооценивать его наглость, приехал на прошлой неделе на молодежный форум, проходивший к северу от Москвы, и напомнил всему миру: «Россия является одной из наиболее мощных ядерных держав. Это не слова, это реалии». (Так оно и есть).

А 14 августа, выступая на заседании в Ялте, российский президент сказал собравшимся там представителям думских фракций, что скоро он планирует «обрадовать Запад нашими новым разработками в области наступательных вооружений, о которых мы пока не говорим». Все это происходит в момент, когда звучат обвинения по поводу участившихся нарушений российскими стратегическими ядерными бомбардировщиками и истребителями воздушного пространства США и западноевропейских стран, а в глубинах мировых океанов российские и американские атомные подводные лодки ведут противоборство, напоминающее худшие дни холодной войны. Сегодня, когда лидеры НАТО собираются на свой саммит в Уэльсе, Россия объявила о проведении в этом месяце беспрецедентных по размаху учений своих стратегических ядерных сил. А Кремль, со своей стороны, только что заявил, что внесет поправки в военную доктрину с учетом роста напряженности в отношениях между Россией и НАТО. Непонятно, что именно это может значить, но ввиду усиливающейся напряженности с западным альянсом в этом нет ничего хорошего.

Кроме того, Россия предположительно нарушает положения Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, который запрещает ей (и США) иметь на вооружении ракеты, способные поражать цели в Европе. Барак Обама пришел в Белый дом с надеждой на сокращение запасов ядерного оружия и укрепление безопасности в мире, но к моменту его ухода оттуда Россия, похоже, сможет похвастаться гораздо более смертоносным арсеналом таких вооружений, чем в любой момент после окончания холодной войны.

Но ведь Путин ни за что не применит ядерное оружие, не так ли? Ученый и давний критик Путина Андрей Пионтковский, работавший директором в московском Центре стратегических исследований, а ныне являющийся политическим обозревателем Всемирной службы Би-би-си, считает, что он может это сделать. В августе Пионтковский опубликовал вызывающий тревогу перечень того, что, на его взгляд, может сделать Путин ради победы в противостоянии с Западом и уничтожения одним ударом НАТО как организации, и остатков репутации Америки как гаранта мира во всем мире.

Ввиду недавних высказываний российского лидера и его провокационных действий, излагаемый Пионтковским сценарий становится пугающе актуальным. Что еще хуже, если описанные побудительные события произойдут, этот сценарий станет логичным, а может даже неизбежным.

Пионтковский разъясняет позиции двух лагерей, которые дают Путину рекомендации о том, как разрешить украинский кризис. Первый, который он называет «партией мира», состоит из руководителей влиятельных аналитических центров, среди которых есть глава московской Высшей школы экономики Сергей Караганов (так в тексте, С. А. Караганов — декан факультета мировой экономики и мировой политики Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — прим. перев.). Эти люди призывают Путина прямо сейчас объявить о победе на Украине и тем самым завершить конфликт. Взяв на заметку то, на что может пойти Россия, дабы Украина не выскользнула с ее орбиты, НАТО наверняка ни за что не предложит этой бывшей советской республике членство в своих рядах, утверждает партия мира. Кроме того, мировое сообщество уже молчаливо согласилось с присоединением Крыма к России.

Пионтковский решительно отвергает возможность того, что Путин согласится на такой вариант действий. Если президент решит пойти таким путем, возникнет впечатление, что он потерпел поражение, и тогда ему будет грозить участь советского руководителя Никиты Хрущева, которого сместили с поста и силой отправили в отставку после его неудачной и едва не приведшей к катастрофе попытки укрепить в 1962 году коммунизм на Кубе, разместив там ядерные ракеты.

Второй лагерь, оказывающий давление на Путина, - это «партия войны». Она ставит президента перед выбором. Первый предлагаемый ею вариант, пишет Пионтковский, «это романтический и вдохновляющий сценарий: четвертая мировая война между поднявшимся сегодня с колен русским православным миром и загнивающим и упадочническим англо-саксонским миром». (Третья мировая война, как считает эта партия, уже произошла. Это была холодная война.) Четвертая мировая война станет войной с применением обычных сил и средств против НАТО — и ни к чему хорошему она не приведет. Поскольку вооруженные силы у НАТО сильнее, а у России налицо экономическое, научное и техническое отставание, война с применением неядерных средств закончится поражением России, полагает Пионтковский.

Поэтому у Путина остается всего один вариант — ядерное нападение. Не массированный пуск межконтинентальных баллистических ракет по США или Западной Европе, ведущий к самоубийственному атомному апокалипсису, а парочка небольших оперативно-тактических ударов по какой-нибудь стране-члену НАТО, гибнуть за которую на Западе решатся немногие. Пионтковский предполагает, что в таком конфликте верх одержит ядерная держава с более крепкой «политической силой воли» и с большей готовностью менять геополитический статус-кво, а также (что самое важное) «с большим безразличием к ценности человеческой жизни». Догадайтесь, что это за страна?

Но что может вызвать российское нападение? Согласно сценарию Пионтковского, это может быть даже такая простая вещь, как плебисцит. Скажем, находящийся на границе с Россией эстонский город Нарва, где подавляющее большинство населения составляют русские, решает провести референдум о присоединении к Родине. Чтобы помочь им со «свободным волеизъявлением», Россия может отправить туда бригаду «вооруженных до зубов маленьких зеленых человечков», как она поступила в марте в Крыму. Эстония в связи с этим сошлется на статью 5 устава НАТО, где говорится, что «вооруженное нападение на одного и более членов НАТО ... считается нападением на всех ее членов», и потребует от альянса защитить ее. Выступая в эстонской столице Таллине накануне саммита в Уэльсе, Обама пообещал именно это. «Защита Таллина, Риги и Вильнюса важна точно так же, как защита Берлина, Парижа и Лондона», — сказал он.

И внезапно самый страшный кошмар становится явью: НАТО заявляет о войне с Россией.

Как на это отреагирует Путин? Пионтковский полагает, что Североатлантический альянс не захочет нападать на Москву из-за крохотной страны, чрезвычайно далекой от географического центра НАТО и от дум и сердец граждан ее членов. Пионтковский представляет возможный способ действий лауреата Нобелевской премии мира Обамы, который размышляет о том, стоит ли развязывать холокост планетарного масштаба из-за «проклятого маленького городка, о котором никто никогда не слышал» в то время, когда американская общественность во всеуслышание заявляет: «Мы не собираемся гибнуть за гребаную Нарву, господин президент!» Пионтковский также приводит данные опроса общественного мнения в Германии с вопросом о том, что должен делать Берлин в том случае, если Эстония вступит в военный конфликт с Россией. 70% хотят, чтобы их страна сохранила нейтралитет.

Далее Пионтковский пытается вообразить ситуацию, в которой окажется Путин, если НАТО вмешается, чтобы изгнать из Нарвы его маленьких зеленых человечков. Совершит ли он самоубийство, отдав приказ на запуск ракет по Соединенным Штатам? Нет. Скорее, он в ответ нанесет ограниченный ядерный удар по паре европейских столиц. Не по Лондону или Парижу, а по городам поменьше, скажем, в странах Восточной Европы, которые совсем недавно стали членами НАТО. Первой на ум приходит Варшава, против которой Россия уже провела военные учения с имитацией ядерного нападения. Или, скажем, литовская столица Вильнюс. Смысл таких действий в следующем. Путин сделает ставку на то, что принимающие решения руководители в Вашингтоне, Берлине, Лондоне и Париже не станут наносить ответные ядерные удары по России, если она разбомбит «всего лишь» парочку городов, о которых люди на Западе почти ничего не слышали, и умирать за которые они определенно не захотят.

Результатом такого предполагаемого путинского гамбита станет то, что НАТО по сути дела капитулирует. Репутация альянса как гаранта безопасности его стран-членов будет полностью подорвана, как и гегемония США, которая зиждется главным образом на угрозе применения силы. После этого Путин получит полную свободу действий на Украине и в других местах, где, в его представлении, российские интересы оказались под угрозой.

Такие предположения могут показаться притянутыми за уши. На первый взгляд, существуют вполне очевидные причины, по которым Путин не захочет первым применять ядерное оружие против кого бы то ни было — даже против своих заклятых натовских врагов. Мягко говоря, это рискованно, и он безвозвратно опорочит свое имя и имя России в истории. Мир сплотится против него и нанесет еще более серьезный ущерб российской экономике, которая гораздо больше зависит от импорта продовольствия и экспорта углеводородов, чем мы себе представляем. А внутри страны возникнут сильные антивоенные настроения. Российское общество на всем протяжении кризиса восхищается Путиным за то, что он смело противостоит Западу и сумел вернуть Крым России. Оно даже поддерживает действия по вооружению сепаратистов на востоке Украины. Но русские не испытывают особого стремления к прямой военной интервенции, и по этой причине Кремль постоянно твердит, что на украинской земле нет российских войск и боевой техники.

Но стоит вспомнить, что с 2000 года российская ядерная доктрина предусматривает развертывание и применение оперативно-тактического ядерного оружия для деэскалации конфликта с НАТО, если российские войска потерпят поражение в военных действиях с применением обычных средств. Это говорит о ставке Кремля на то, что ни Обама, ни лидеры других ядерных держав не станут нажимать кнопку, если этого можно будет избежать.

Наверное, Кремль прав.

Джеффри Тейлер работает пишущим редактором в The Atlantic. Недавно в электронном виде была опубликована его седьмая книга «Гологрудые джихадистки из Femen — самой провокационной и соблазнительной организации в мире» (Topless Jihadis Inside Femen, the World’s Most Provocative Activist Group).