История вновь ускорила свой ход. Я описывал глобальные амбиции и планы России под руководством Владимира Путина (воплощаемую шаг за шагом в жизнь программу воссоздания империи и сверхдержавы) в статье «Россия возрождает свою мощь», опубликованной в выпуске еженедельника wSieci за 22-28 июля 2013 года. В ноябре того же года Москва использовала свое экономическое и политическое влияние, а также спецслужбы для поддержки антизападного поворота Украины под управлением Виктора Януковича. Когда в феврале 2014 победу в Киеве одержал прозападный Евромайдан, Россия захватила Крым и Донбасс при использовании регулярных и специальных войск. Одновременно она усилила начатую ранее кампанию устрашения членов и партнеров НАТО масштабными военными учениями с наступательными конвенциональными и ядерными сценариями, а также полетами стратегических бомбардировщиков и других боевых самолетов у побережья Европы и Северной Америки. Российские спецслужбы похитили офицера НАТО с защищенной Североатлантическим договором территории Эстонии, сделав это во время саммита Альянса, чтобы продемонстрировать его слабость.

Кремль ведет психологическую войну против Запада во всем мире. Несмотря на это Запад поддерживает Украину разными способами: прежде всего экономическими (торговые, технологические и финансовые санкции), далее, политическими и в меньшей степени военными.

Конфронтация или разрядка

Все более актуальным становится вопрос: может ли Россия победить в этой масштабной конфронтации с Западом? Должны ли страны Запада, в том числе Польша, ставить максимальные цели, включая возвращение Донбасса и Крыма Украине и отказ Москвы от претензий на сферы влияния в Европе и Азии? Или, наоборот, у нас есть повод бояться проиграть торговую и шире — экономическую войну с Россией? А, возможно, также настоящую войну, если экономический расклад сил даст российской армии шанс на военное превосходство или по крайней мере равенство потенциала с вооруженными силами НАТО? Смириться ли нам с экспансией России на территории ее бывших империй — царской и советской? Принять ли предложение Кремля по взаимной отмене санкций, признанию симметричных сфер влияния, возобновлению сотрудничества и закрепляющей возвышение России общей «разрядке», похожей на ту, которая какое-то время работала во время холодной войны между Востоком и Западом во второй половине XX века?

От кризиса до кризиса

Доллар и евро обновили исторический максимум


Прежде чем мы ответим на эти вопросы, следует проанализировать экономические основы и ограничения российской политики, а также конкретные последствия воплощения имперской и великодержавной программы для экономики России. Основы эти слабы и продолжают слабеть. Москва вступила в очередной экономический кризис, затрагивающий всю экономику, а не только секторы, на которые распространяются санкции. Один из предыдущих кризисов, в 1998, спустя год привел к уходу Бориса Ельцина и передаче власти Владимиру Путину. Тот кризис был вызван сильным падением мировых цен на нефть и, следовательно, доходов Российской Федерации от экспорта, и это довело ее до дефолта. Нынешний кризис в чем-то схож, но его причины более многочисленны. Скорее всего, он будет гораздо глубже и драматичнее. Предпоследний экономический кризис случился в России в 2008-2009 годах и характеризовался значительной утечкой капитала за границу и глубокой (ВВП упал почти на 8%), но короткой рецессией. Он был частью мирового кризиса, и поэтому в меньшей степени выставлял виноватым государственное руководство: премьера Путина и президента Медведева. Путин получил Кремль благодаря экономическому кризису 17-летней давности, справился с кризисом семь лет назад, но очередная встряска может лишить его власти.

3%

В предкризисном 2013 году реальный ВВП Российской Федерации составлял 3,37% реального ВВП мира (это сопоставление учитывает разницу в покупательной способности валюты в разных странах). Номинальный ВВП составил еще меньше — 2,77% (при расчете такого показателя стоимость внутреннего валового продукта отдельных стран переводится в американские доллары по рыночному курсу). Округляя, российская экономика — это одна тридцатая или одна сороковая часть мировой экономики. По реальному ВВП Россия занимает шестое место — за Германией и перед Бразилией. По номинальному — девятое — за Италией, перед Индией. Таким образом она оказывается в зоне держав, но не сверхдержав.

Под Западом в экономическом и политическом (не культурном) смысле можно понимать все страны, входящие в НАТО или ЕС, а также государства, тесно связанные с Евросоюзом или США в ключевых регионах мира: Швейцарию в Европе и Австралию, Новую Зеландию, Японию, Южную Корею, Сингапур и Тайвань в Тихом океане (Швейцария и Тайвань принадлежат к экономическим столпам Запада несмотря на швейцарскую нейтральность и непризнание подавляющей частью мира Тайваня суверенным государством). Реальный ВВП Запада в этом смысле составляет 46,21% мирового ВВП, а номинальный — 62,65% (по данным Всемирного банка). Российская экономика реально в 14 и номинально в 23 раза меньше экономики западной. От экономики США она отличается, соответственно, в пять и восемь раз. Настолько большой разрыв исключает возможность экономической, политической и военной конфронтации России с Западом на равных.

В рамках психологической войны Москва пытается вызвать в Европе и мире ощущение возврата к холодной войне. Но это лишь иллюзия, в частности потому, что Советский Союз и Восточный блок считались тогда приблизительно равными в экономическом плане Америке и ее союзникам. Российская Федерация получила только часть от СССР на взлете его мощи, а новой сплоченной империи по образцу Организации Варшавского договора не появилось. Полных экономических данных за 2014 год пока нет. Доступные за 2013 год цифры показывают ситуацию до российского вторжения в Крым, первых экономических санкций Запада, резкого падения мировых цен на нефть и газ, а также рецессии в России. Ее начало было отмечено уже в ноябре и декабре 2014. По осторожному прогнозу на 2015 год, который дал российский Центральный банк, падение ВВП составит примерно 5%. Между тем миру в целом рецессия не грозит. Наоборот, Всемирный банк и Международный валютный фонд предсказывают рост на уровне более 3%. Пути расходятся, так что позиция России с точки зрения реального ВВП заметно ослабеет. Когда это наложится на падение стоимости рубля относительно американского доллара в 2014 году (за последние месяцы — примерно на 50%), номинальный ВВП России рухнет в пропасть и пробьет психологический барьер: 2% мирового ВВП, одна тридцатая часть экономики Запада и одна десятая — экономики США. Россия еще дальше отодвинется от желанного преимущества или, по крайней мере, равновесия в отношениях с единственной современной сверхдержавой.

Застой инновационности

Воскрешая идеалы царя Петра Великого, Путин и в особенности Медведев уже давно объявили план модернизации России, включающий в себя создание современной и инновационной экономики. Но хотя инновационность — это ключевой фактор в достижении как гражданских, так и военных целей, они не воплощают этот план в жизнь. Без инновационности не удалось создать ни одной империи или сверхдержавы, а те, кто утрачивал ее, вскоре начинали свое падение, как СССР и Восточный блок. По проценту ВВП, который тратится всеми секторами — государством, органами самоуправления, бизнесом, вузами, фондами и т.д. на научные исследования и внедрение их результатов в экономику Россия драматическим образом проигрывает Западу и не только ему.

Согласно последним данным, в 2012 году Россия направила на исследования и внедрение их результатов 1,12% ВВП. То есть гораздо меньше, чем широкий фронт мировых лидеров: Южная Корея (4,36%), Израиль (3,93%), Финляндия (3,55%), Швеция (3,41%), Япония (3,35%), Тайвань (3,06%), Германия и Дания (по 2,98%). Чуть дальше находятся основные военные натовские державы: США (2,79%), Франция (2,29%) и Великобритания (1,73%). Показатель Организации экономического сотрудничества и развития, в которую входят 34 наиболее экономически развитых государства (Россия в ней не состоит), составляет в целом 2,4%, а ЕС — 1,98%. Как и у Китая, который демонстрирует самый активный прогресс в инновационности (по данным ОЭСР).

Руководство Российской Федерации сосредоточило усилия на создании одного научно-технологического парка. По указу Медведева его строительство началось в подмосковном Сколково в 2010 году. Один парк — это минималистский план: особенно в стране с самой большой в мире территорией, лежащей в 11 часовых поясах. Строительство идет медленно и стоит абсурдно дорого. Спустя пять лет в жизнь воплощена лишь часть, возможно, одна десятая, изначального проекта. То есть все делается напоказ: не столько в стиле Петра Первого, сколько в стиле Потемкина.

Экспорт вооружений

Владимир Путин осматривает танк Т-90АМ


Успехом России на глобальном рынке можно назвать очень высокое место по объему экспорта вооружений и военной техники: второе после США — ведущей в экономическом и военном плане державы. Общий низкий уровень инновационности российской экономики этому успеху не помешал, однако будет мешать в будущем. До сих пор России удается поддерживать стратегический потенциал, унаследованный от Советского Союза: оборонное производство и тесно связанные с ней космическую и атомную отрасли. В меньшей степени — авиапромышленность и в еще меньшей — судостроение и транспортное машиностроение.

В неспокойном для мира 2011 (последним годом, за который есть полные точные данные) США получили 77,72% экспортных заказов на вооружения и оборудование (без учета легких вооружений и мелкой техники), а Россия — лишь 5,63%, ненамного обогнав Францию с ее 5,16%. Позиция РФ по реальным поставкам была сильнее. Здесь первая тройка имела другой состав и пропорции: США — 36,51%, Россия — 19,66% и далеко позади — Великобритания с 6,78% (по данным Исследовательской службы Конгресса США). По данным другого источника, в 2000 — 2007 годах США обеспечивали 77% глобального экспорта вооружений, Россия — 5%, Китай — менее 2%, а ЕС в целом — около 12%, то есть почти вдвое больше, чем россияне.

Экспорт вооружений и военной техники дает Москве престиж и рычаг давления на международную политику. Но это лишь малая часть всего российского экспорта, который по большей части ограничивается простой продажей непереработанных энергоресурсов и полезных ископаемых. В 2001-2010 годах доля экспорта вооружений составляла в среднем 2% от всего российского экспорта (данные Госдепартамента США). Даже трех- или пятикратный рост объема продажи вооружений, который практически нереален, не покроет убытки России от произошедшего 50-процентного падения цен на энергоносители.

Качество жизни

В 2013, на основе общемировых данных за 2012 год, я писал о российских достижениях в сфере повышения уровня жизни населения. Тогда миру казалось, что россияне быстро улучшают свои показатели во всестороннем Индексе человеческого развития. Этот индекс, который рассчитывает ООН, включает в себя (после усовершенствования метода) реальный национальный доход (а не национальный продукт) на душу населения, измеряемое продолжительностью жизни здоровье и образование, включающее в себя продолжительность обучения в школах и вузах.

Сейчас после корректировки данных и их нового пересчета с использованием усовершенствованного метода, а также с включением новых данных за 2013 год картина сильно изменилась. Прогресса России и ее конкуренции с остальным миром больше не видно. В рейтинге за 2013 год Россия по сравнению с 2012 опустилась на две позиции, оказавшись на 57 месте. Ее обогнали Румыния, Саудовская Аравия, Ливия, Оман и Куба, а ей удалось обогнать лишь микрогосудасртва — Барбадос, Сейшельские острова и Палау. Что самое важное, Россия проигрывает всему остальному миру. По подсчетам с использованием новой методики, в 1990-2000 годах значение индекса для мира росло на 0,67 пункта ежегодно, а в 2000 — 2013 — на 0,73 пункта. У России в 1990-2000 годах значение индекса уменьшалось в год на 0,17 пункта. До 1991 продолжалась эра Михаила Горбачева в качестве президента СССР, а в 1992 началась эра Бориса Ельцина — президента суверенной Российской Федерации. В эпоху Путина и Медведева в 2000-2013 годах показатель ИЧР России рос, но лишь на 0,64 пункта в год.

В горбачевском 1990 ИЧР России составлял 122,11% от общемирового показателя, на рубеже эпохи Ельцина и Путина в 2000 — уже 112,21%. Падение на почти 10 пунктов было катастрофическим. Но в 2013, после 13 лет руководства Путина и Медведева ситуация стала еще хуже: эта цифра составила 110,83%. Это самый низкий показатель с тех пор, как Россию, еще в качестве части СССР, включили в расчеты.

Москва не движется с достаточной скоростью вперед и отстает. Она несет издержки увеличения военного потенциала в русле своих имперских и великодержавных амбиций. Современная российская рецессия, по всей вероятности, приведет к дальнейшему снижению показателя ИЧР. Минимальный рост, стагнацию или падение скрыть невозможно. В краткосрочной перспективе сведения об уровне жизни, здоровья или образования может исказить имперская пропаганда, однако в более долгосрочной на это неспособна даже пропаганда военная.

Экономика не дает России никаких оснований для обретения статуса сверхдержавы или шансов на победу в войне с Западом. Кремль не уступает ему лишь в ядерном потенциале — количественно, но уже не качественно, особенно если принять во внимание всю систему вооруженных сил, разведки и командования. Силы ядерного устрашения США и НАТО способны обеспечить земному шару мир. Тем более невероятной кажется возможность проигрыша Запада в экономическом столкновении с Россией, однако лишь только при том условии, что он сохранит единство и не потерпит поражение в войне психологической.

Гжегож Костшева-Зорбас — эксперт по международной тематике, выпускник Джорджтаунского университета и Университета Джонса Хопкинса, бывший сотрудник Министерства иностранных дел и Министерства обороны Польши.