С кем бы вы хотели вступить в конфликт — с сильной Россией или со слабой Россией?

Для многих людей на Западе ответ очевиден. Режим Владимира Путина противодействует нашим интересам, а его страна является коррумпированной и большой по территории военной силой. Чем Россия слабее, тем лучше, правильно?

Неправильно. Если путинская Россия становится основной проблемой в европейских делах, то принципиально важно помнить, что самая большая внутренняя слабость России, как это ни прискорбно, является ее самым мощным оружием. Ни один западный лидер не может открыто выступить в поддержку сильного человека в Москве. Однако Запад знает, как нужно обращаться с подобного рода противником. Когда речь заходит о России, находящейся на грани коллапса, то наш послужной список просто ужасен. На этот раз поле для ошибок является еще более узким, чем в прошлом.

Возможно, именно поэтому некоторые из числа наиболее проницательных наблюдателей настоятельно предупреждают об опасности попыток эскалации квазивойны на Украине. Выступая в лондонском Кингс-колледже, бывший глава службы MI6 Джон Сауэрс (John Sawers) заявил о необходимости проявления осторожности именно потому, что ставки нашего конфликта с Россией повышаются. «В украинском кризисе речь больше не идет только об Украине. Теперь это значительно более масштабный и более опасный конфликт между Россией и западными странами, это кризис по поводу ценностей и порядка в Европе», — отметил он.

Совет Сауэрса — «новый подход к сосуществованию с Россией президента Путина» — кажется подозрительным американским ястребам и напоминаем им политику умиротворения. Однако Сауэрс подчеркнуто соединил осторожность Запада по вопросу об Украине с продолжающейся катастрофой, возникшей после ливийского несчастного случая. «Когда в Ливии разразился кризис, мы посчитали невозможным сидеть, сложа руки, и наблюдать за тем, как Каддафи набрасывается на порядочных ливийцев, потребовавших положить конец его диктатуре. Но мы не хотели ввязываться в ливийские проблемы и направлять туда наземные силы», — отметил он. — Никто не хотел стать участником этого конфликта... Результат? Растущий хаос, которым пользуются фанатики".

Именно такой вариант, а не осмелевшая Россия, является настоящим кошмарным сценарием для Запада.

То, что осталось от российской империи, уже созрело для хаоса. Пара ударов со стороны имеющейся в изобилии сланцевой нефти и экономические санкции заставили Москву искать убежище на международных финансовых рынках. Это болезненное унижение случилось в то время, когда российская экономическая, институциональная и демографическая слабость приобрела характер эпидемии. «Российский ВВП сопоставим с ВВП Италии, — отметил Роджер Алтман (Roger Altman) на страницах газеты Wall Street Journal. Почти полмиллиона людей — из 140 миллионов жителей России — покинули страну за последние три года, а «продолжительность жизни снижается, — отметил он. — Уровень коррупции поразительный. Российские месторождения нефти используются уже давно, они требуют капиталовложений и нуждаются в западных технологиях для поддержания добычи».

Алтман неправ, заявляя о том, что раз Россия находится «на краю пропасти», ее надо подтолкнуть. Вместо вооружения Украины, которое мало чем навредит Путину, саму Россию следует разоружить в монетарном смысле, считает он. «У России нет метода борьбы против санкций, — подчеркнул Алтман, — но она обладает потенциалом военного ответа». Достаточно верно подмечено. И Алтман также прав, когда он говорит о том, что существует «такая точка, когда валютный или банковский коллапс может лишить любую крупную нацию возможности функционировать». Проблема в том, что мы не хотим, чтобы Россия перестала функционировать.

Двести лет назад нельзя было и подумать о том, что Российская империя может развалиться в результате анархической гражданской войны на пространстве от Киева до Владивостока. Однако в 1918 году традиционные российские слабости претерпели ужасное изменение. В тот момент, как и сейчас, политическая структура страны была представлена предельно централизованным государством — это была трудно управляемая центральная часть и неспокойная, уязвимая периферия. Когда по стране стали распространяться метастазы гражданской войны, коммунисты, империалисты, демократы, социалисты, анархисты и сепаратисты — все они оказались вовлеченными в эту стихию. Затем вмешался Запад. Несмотря на размещение в разных часовых поясах на территории России, союзники оказались неспособны привнести порядок в этот хаос. В результате возник Советский Союз.

Работая над укреплением мира и безопасности в Европе, Соединенные Штаты не должны жить под страхом повторения истории. Однако не следует забывать о дефектных и хрупких структурах политического порядка в России. Фантазии относительно возможности поставить Россию на колени, какими бы убедительными они ни выглядели в теории, основаны на совершенно осознанном пренебрежении последующим за ними разрушительным результатом — а также связаны с непостижимо опасной задачей по ликвидации последствий подобного шага.