Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
На первомайской демонстрации, в которой участвовали Владимир Путин и Дмитрий Медведев, несли, среди прочих, плакат с надписью: "Болото высохло!" Массовые протестные акции до и после инаугурации Владимира Путина продемонстрировали, что сторонники Кремля поспешили выдать желаемое за действительное.

На первомайской демонстрации, в которой участвовали Владимир Путин и Дмитрий Медведев, несли, среди прочих, плакат с надписью: "Болото высохло!"

Массовые протестные акции до и после инаугурации Владимира Путина продемонстрировали, что сторонники Кремля поспешили выдать желаемое за действительное.

"Говорить о затухании протестных настроений явно преждевременно. Конечно, они подвержены колебаниям, но количество "несогласных", особенно в Москве, достаточно велико, и я не исключаю его нарастания", - заявил Русской службе Би-би-си президент аналитического фонда "Петербургская политика" Михаил Виноградов.

"Понятно, что участники первомайской демонстрации подразумевали под "болотом" Болотную площадь, но, если вдуматься, ассоциация неудачна. "Болото" в Кремле, а протестное движение - это река. Уровень воды в ней может понизиться, но это до первого дождя", - считает руководитель отдела политологии фонда "Индем" Юрий Коргунюк.

"Дождем", по мнению эксперта, способны стать экономические затруднения, непопулярные социальные реформы или выборы любого уровня.

Активисты и сочувствующие

Количество участников "праздничных гуляний" сравнительно невелико. Счет идет не на десятки тысяч, а на сотни.

В принципе, в любом обществе есть люди наподобие антиглобалистов, которым просто нравится "бузить" и которые всегда против власть имущих и системы, какой бы она ни была. Они так развлекаются.

В данном случае дело обстоит иначе, полагают эксперты.

"В актуальном резерве протестного движения, как минимум, несколько десятков тысяч жителей Москвы, а просто сочувствующих сотни тысяч", - говорит Михаил Виноградов.

Работающий человек не может проводить ночи у памятника Абаю, потому что утром ему рано вставать. Среднестатистический обыватель не пожертвует поездкой на дачу ради уличной акции, если та не дает немедленного ощутимого результата. Сейчас не август 91-го, когда судьба страны должна была решиться за считанные дни.

Но отсюда не следует, что эти люди изменили свое мнение или смирились с происходящим. При первой же возможности на что-то реально повлиять они скажут свое слово тем или иным образом.

"Большинство оппозиционеров - мирные граждане и респектабельные представители среднего класса, которые не хотят восстаний и революций, а предпочитают реализовывать свое право на участие в политике через выборы", - указывает Юрий Коргунюк.

Вода и камень

Накануне "марша миллионов" 6 мая многие задавались вопросом: есть ли при нынешних обстоятельствах какой-либо смысл в уличных акциях? Все понимают, что итоги выборов не отменят, а других требований оппозиция, вроде бы, не выдвигает.

Однако участники выступлений считают, что они необходимы не только ради конкретного результата.

Во-первых, свобода выражения мнений сама по себе ценность. Удастся чего-то добиться или нет, а человек имеет право высказываться, если он с чем-то не согласен.

Во-вторых, протестные акции создают хоть какое-то давление на власть, не позволяют ей впадать в иллюзию всемогущества. Как гласит известный афоризм, делай, что можешь, и пусть будет, что будет.

"Смысл, с точки зрения оппозиции, безусловно, есть, - считает Михаил Виноградов. - При сохраняющейся закрытости политической системы появляется канал участия в политике, воздействия на власть и побуждения ее к определенным решениям, идет становление гражданского общества".

"В начале нулевых годов Владимир Путин добился практически безраздельной власти, потому что общество не сопротивлялось. Он шел по пустыне. Царило полное разочарование в политике, люди сдавали свои политические права бюрократии даже не за копейки, а "за так". Теперь формируется постоянная среда сопротивления. Продолжая аналогию с болотами и реками, можно сказать, что вода камень точит", - говорит Юрий Коргунюк.

Нынешняя протестная активность во многом имеет не рациональную, а эмоциональную природу. Ее подпитывает уничижительное третирование оппозиции властью и ее сторонниками. Если людям говорят: да, вы существуете, мы вас выслушиваем, но все-таки не забывайте, что вас меньшинство - это одно. А когда они постоянно слышат: да вы вообще пустое место, вас три с половиной "хомячка", болото высохло! - возникает естественная реакция: ах, высохло?! Ну, так мы вам покажем!

"На уровне риторики власть демонстрирует относительно уважительное отношение к протестующим, первые лица последнее время избегают откровенно грубых выпадов в их адрес, - замечает Михаил Виноградов. - Но это прочитывается как неискренность из-за общей эстетики мероприятий, вроде тех, которые были на Поклонной".

Юрий Коргунюк полагает, что власть не может сменить тон, даже если бы хотела сделать это по прагматическим соображениям. Дело не в эмоциях, а в природе противоборствующих моделей общества, говорит он.

"В Кремле могут говорить, что угодно, но путинская система предполагает отсутствие конкуренции. Надо закатать политическое поле в асфальт, низвести оппонентов на положение маргиналов. В условиях равной и открытой конкуренции она нежизнеспособна, для нее это кислотная среда. А для гражданского общества это как вода для рыбы", - считает аналитик.

Оппортунизм или реализм?

По оценкам экспертов, и власть, и оппозиция только притираются к новой обстановке и ищут свою тактику.

Оппозиционерам, по мнению многих, следовало бы перейти от лозунга: "Долой Путина!" к менее эффектным, зато более реалистическим требованиям: полного и честного выполнения обещаний, данных в рамках так называемого "медведевского пакета", либерализации телевидения, досрочных выборов мэра Москвы.

"Антипутинские лозунги сегодня наиболее понятны оппозиционной массе, - указывает Михаил Виноградов. - Все, что вызывает ее недовольство в политике, экономике, общественных отношениях, государственной стилистике, ассоциируется с его именем".

Вероятно, лидеры несогласных пока боятся упреков в соглашательстве и сдаче позиций в обмен на частичные уступки.

В эту логику вписывается недавний Нажать отказ Алексея Навального войти в Открытое правительство Дмитрия Медведева, вызвавший неоднозначную реакцию экспертного сообщества.

С одной стороны, понятно опасение Навального стать "свадебным генералом". С другой стороны, как же оппозиции продвигать свои идеи, если не через диалог с властью? Надежда на то, что "народ поднимется и сметет", во-первых, может не сбыться, а во-вторых, отталкивает тех, кто настроен оппозиционно, но предпочитает постепенные реформы.

Порядок формирования Нажать царской Думы был недемократичным даже по меркам начала прошлого века. Однако Владимир Ленин при всем своем радикализме не поддержал большевиков-"отзовистов", предлагавших в знак протеста бойкотировать выборы. Он был еще и великим прагматиком, и понимал, что Думу можно использовать хотя бы как трибуну.

Как восстановить доверие?

На заседании Открытого правительства 10 мая произошел примечательный обмен репликами между Дмитрием Медведевым и ректором Российской экономической школы Сергеем Гуриевым.

Гуриев сказал, что Алексею Навальному присудили 15 суток за "сопротивление полиции", хотя на видеоролике, выложенном в YouTube, видно, что никакого сопротивления он не оказывал.

"Пусть там юристы поработают, эксперты посмотрят. Да нет, вы там на власть работаете, а это на самом деле не требует доказательств - надо уходить от таких сентенций, таких суждений", - ответил премьер.

С одной стороны, в словах Медведева есть рациональное зерно. Существуют цивилизованные правовые способы установления истины. Если подменить суд интернетом, наступит хаос.

А с другой стороны - не вызывает российская правовая система уважения и доверия, особенно в делах, имеющих политический контекст или затрагивающих интересы высокопоставленных персон. Ведь и правда, "на власть работают", и все про это знают!

"Аргумент: "Пусть суд разберется" в России не убеждает", - говорит Михаил Виноградов.

Не убеждают и ссылки на непререкаемый авторитет судебной власти в англосаксонских странах. Россия, к сожалению, в этом смысле не Британия и не Америка.

"Если власть постоянно использует закон в своих интересах, общество перестает уважать закон", - замечает Юрий Коргунюк.

По мнению критически настроенных граждан, те, кто своими действиями подорвал доверие к правовой системе, должны его и вернуть. Чем больше будет решений, на деле доказывающих ее беспристрастность по отношению к сторонникам и оппонентам Кремля, тем скорее оно восстановится.

Проблема для власти


На той же встрече с членами Открытого правительства Дмитрий Медведев упомянул "рассерженных горожан, которые гуляют, где хотят".

Ну, гуляют, имеют право, зачем это особо подчеркивать?

Что, собственно, хотел сказать Медведев? Что оппозиционерам надо сидеть дома? Что "гулять" можно, а на большее пусть не рассчитывают? Что им и так позволяют слишком много, а они еще чем-то недовольны?

"После 24 сентября прошлого года меня перестало интересовать то, что сказал или хотел сказать Медведев. Ну, продемонстрировал в очередной раз, что он чиновник, лояльный начальству, ничего нового не добавил к своему имиджу. Решает все равно не он", - заявил Юрий Коргунюк.

По мнению Михаила Виноградова, не надо искать глубокий смысл там, где его нет.

"Медведев высказался уклончиво. Он не транслировал некую позицию, а ушел от этого. Власти только вырабатывают свое отношение к происходящему", - считает он.

По мнению экспертов, избранная оппозиционерами форма "бессрочных гуляний" создала для властей проблему.

Если люди, хоть днем, хоть ночью, стоят или сидят, вполголоса обмениваясь мнениями, не произнося публичных речей и не демонстрируя лозунгов, то, по закону, это не является митингом и согласования не требует. Комендантский час и правило "больше трех не собираться" пока не введены.

Найти предлог, чтобы разогнать их, при желании можно. Но "несогласные" найдут другие способы показать свое отношение к власти. Так можно дойти до абсурда и скатиться на уровень Белоруссии, где запрещено даже молча хлопать в ладоши.