Мне нужно было купить детский фартук — подарок моему крестнику на Рождество. На рынке мои поиски не увенчались успехом — все было слишком уж кружевное и оборчатое.

Тогда я решила поехать на Арбат, самую известную пешеходную улицу Москвы.

Там я нашла сувенирный магазин, где были разложены детские фартуки.

—  У вас есть простой передник без оборок и рюшей?— спросила я.

—  Нет, такого у нас нет, — ответила продавщица.

Судя по выражению ее лица, у меня были очень странные представления о передниках.

—  Взгляните! Вон там у вас как раз подходящий, — сказала я радостно и потянула на себя передник с красивым орнаментом из рябиновых ягод.

—  Нет у нас таких передников, — повторила продавщица.

Я продолжала настаивать, что такие передники как раз есть. «Взгляните сюда».

—  Нет, это передник для взрослых.

Я примерила передник на себя. Он определенно подошел бы моему семилетнему крестнику. Для меня, женщины 160-ти сантиметров роста, он был слишком мал.

— Вы серьезно, разве это передник для взрослых?

—  Да.

Продавщица упрямо сжала губы. Я поняла, что мы вернулись к тому, с чего начали.



В общении с русскими есть один момент, который я, видимо, никогда не пойму: у них всегда другое мнение. По какой-то причине у многих людей, которых я здесь встречаю, есть рефлекс быть со всем несогласными. Кивнуть и сказать «da» — это не из их коммуникативного репертуара. Напротив, они мастера покачать головой и сказать «njet» с разнообразным выражением — вне зависимости от того, согласны они на самом деле или нет.

Не имеет значения, есть ли у вас непререкаемые доказательства — как, например, с той продавщицей. Ее не волновало, продаст ли она фартук. Ей важнее было не признать, что у них есть подходящий мне фартук, только потому, что она уже успела сказать, что в магазине его нет.

Кроме того, русские всегда подстраивают свое общение под того, с кем разговаривают. Вот я, к примеру, иностранка и женщина. Мне всегда было интересно, какое это имеет значение, ведь многие русские считают, что иностранцы по определению немного не в себе.

Скажем, то, что мужчина доминирует в беседе, воспринимается не как дискриминация, а как норма. Мои русские подруги учили меня, как я должна вести себя на свиданиях: сидеть, наклонив голову, строить глазки и ни в коем случае не говорить, например, о том, на какие войны я ездила в качестве репортера.

Это не значит, что русские толстокожие. Напротив. Они могут быть невероятно чуткими, особенно в том, что касается дружеских отношений. Вам ничего не удастся скрыть от русского друга. Они замечают абсолютно все и молниеносно делают выводы.

Но если вам не посчастливилось начать спор с продавцом или работником отеля на ресепшен, мой вам совет — если спор не имеет для вас принципиального значения — воспользуйтесь единственным простым решением.

Я купила передник без дальнейшего обсуждения.