Генеральный директор Большого театра Владимир Урин совсем не нервничал перед показом оперы «Иоланта», хотя в зрительном зале должны были присутствовать президент Финляндии Саули Ниинистё (Sauli Niinistö) и президент России Владимир Путин.


26 июля в крепости Олавинлинна успешно прошла премьера финского варианта постановки оперы «Иоланта» — Большой театр уже успел прийти в себя после кризиса 2013 года.


«С художественным уровнем все в порядке, так же, как и с бюджетом. Нашему президенту редко удается посетить наши спектакли, но он очень интересуется нами, и я могу быстро договориться с ним о встрече, если в этом есть необходимость».


Кульминация кризиса в Большом театре пришлась на 2013 год. В начале года художественному руководителю балета Большого театра Сергею Филину плеснули кислотой в лицо, и в конце года за заказное преступление был осужден один из танцоров театра. Именно в то время министр культуры Владимир Мединский, пользующийся неоднозначной репутацией, поставил Урина на место предыдущего генерального директора Большого театра Анатолия Иксанова, срок контракта которого еще не закончился.

 

«Для кризиса было много причин», — вспоминает Урин.


«Грандиозный ремонт вынудил переехать во временные помещения, бюджет был превышен. Но когда ремонт закончился, мы смогли увеличить число новых постановок до восьми ежегодно».


Это сказалось на продаже билетов и изменило художественную линию театра.


«Художественный руководитель балетной труппы Филин из-за своей травмы не мог делать всего, что хотел бы, поэтому я поставил на его место Махара Вазиева из миланского оперного театра Ла Скала».


Его также знают по Мариинскому театру в Санкт-Петербурге. По словам Урина, те годы, когда Вазиев был его солистом, были для театра временем расцвета.


Главный дирижер Василий Синайский ушел из Большого театра, громко хлопнув дверью.


«Он избегал принятия сложных решений, хотя и является интересным человеком искусства. Туган Сохиев проделал такую замечательную работу в оркестре Тулузы во Франции, что я поставил его на место Синайского».


Этой весной Большой театр готовил большое представление, которое повествует о жизни Рудольфа Нуреева. Легендарный танцор перебежал из СССР на Запад, был гомосексуалистом, о чем в постановке, конечно же, рассказывается. Заговорили и о портретах танцора в обнаженном виде. Закончилось все тем, что, как сообщает ТАСС, министр культуры Мединский долго говорил с Уриным по телефону.


После этого премьеру балета «Нуреев» перенесли. Был ли министр обеспокоен тем, что постановка может нарушить сомнительный российский закон, запрещающий «пропаганду» гомосексуализма среди несовершеннолетних?


«Я сразу могу сказать, что министр мне не звонил. Было принято решение не об отмене постановки, а о ее переносе на следующий сезон».


Урин повторяет вариант, согласно которому постановка просто не была окончательно доработана.


«Нагота запечатлена только на фотографиях, посвященных постановке. Во время исполнения танцоры балета одеты в костюмы телесного цвета. Никакой цензурой я не занимаюсь, как и министр культуры».


Как же тогда появилась информация ТАСС о телефонном разговоре с Мединским?


«У нас состоялся телефонный разговор после того, как я принял решение с руководством балета о переносе премьеры. Министр позвонил и спросил, с чем была связана такая перестановка. Я ответил, что сложная постановка еще не до конца подготовлена. Вот и все».


Урин говорит, что еще в 2013 году заявил, что возьмется за эту задачу только в том случае, если в его решения не будут вмешиваться. Об этом он также напрямую говорил с Путиным.


«Я занимаю свой пост уже пятый год. За это время в мои решения никто не вмешивался и даже не высказывал пожеланий по этому вопросу».


Как Урин добился такого положения?


В 1970-х он учился на актера и понял, что не очень годится для сцены. После этого он получил образование театрального режиссера.


Уже в начале своей режиссерской карьеры он, тем не менее, занимал руководящие посты — например, сначала он руководил работой детских и кукольных театров. До Большого театра он был руководителем Московского Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко, оперные и балетные представления которого тоже находятся на высоком уровне.


«Большой театр всегда отличался консервативностью. Позолота и канделябры большого зала автоматически настраивают на что-то традиционное».


К этому консерватизму Урин хотел бы добавить что-нибудь новое — но прийти к этому не через революцию, а через эволюцию.


«Я, конечно, помню советские времена и знаю, что значат идеологические запреты. Теперь, по моему мнению, государственными руководителями ограничения не устанавливаются. Однако наше общество по-прежнему остается еще очень консервативным».


Урин говорит, что тема «нетрадиционной ориентации» в постановке «Нуреев» может быть непривычным аспектом для старшего поколения.


«Но об этом мы знали, когда решили заняться этим проектом. В искусстве всегда рассматривают противоречия, и обществу не стоит относиться к таким работам агрессивно. К цивилизованному обсуждению я всегда готов».


В этом году министр культуры Мединский просил президента Владимира Путина продлить пребывание Урина на своем посту. Путин поддержал министра, и Урин продолжил свою работу.


Однако министра культуры тяжело назвать человеком открытого взгляда на мир. В 2012 году он выступил против финско-угорского сотрудничества и назвал Финляндию неотделимой частью русского мира.


В 2013 году он сообщил, что никаких подтверждений гомосексуальности Петра Чайковского нет. Путин поправил министра: композитор действительно был гомосексуалом. Президент добавил: «Правда, мы любим его не за это».


В 2014 году министр культуры собирал подписи деятелей искусства, которые поддерживали линию президента в отношении Крымского полуострова, раньше принадлежавшего Украине. На тот момент Россия еще не присоединила Крым официально. Министерство добавило подписи и уже скончавшихся деятелей.


Среди подписей было и имя Урина.


«Это, вероятно, был единственный случай, когда я подписал политическое заявление. Я сделал это уже после референдума, когда стало известно желание крымчан».


Споры по этой теме до сих пор не прекращаются.


«Я не хотел бы углубляться в политическую историю, но ведь эта территория всегда была русской и была присоединена к Украине по решению Никиты Хрущева в те годы, когда Россия и Украина входили в состав СССР», — формулирует Урин свои взгляды.


В 2015 году Мединский вновь задал жару. В Новосибирске шла опера Вагнера «Тангейзер», восхитившая критиков, но ее рекламная афиша вызвала протест священника. Суд не нашел основания для запрета постановки, однако министерство Мединского потребовало внести изменения, уволило руководителя Новосибирского театра оперы и балета и назначило на его место нового человека. И министерство вновь собрало подписи деятелей искусства, которые поддержали цензуру оперы «Тангейзер».


«Я видел новосибирскую постановку „Тангейзер". Это прекрасная работа, которая никак не противоречила российскому законодательству. Думаю, ее не надо было запрещать, и увольнение руководителей, по моему мнению, было ошибкой».


Таким образом, Урин не придерживается линии министра культуры, что демонстрирует независимость его взглядов.


«После новосибирского скандала мы пригласили режиссера „Тангейзера" Тимофея Кулябина в Большой театр. Он поставил для нас оперу „Дон Паскуале" композитора Доницетти и работает над постановкой оперы Дворжака „Русалка". Он гениальный режиссер».


И под конец вопрос полегче.


«Да и эти вопросы не были такими уж тяжелыми. Мне нечего скрывать!» — заявляет Урин.


Если решения руководителей цензуре не подлежат, то как обстоит ситуация с самоцензурой? После истории с Новосибирском вовсе не удивительно, что режиссеры решают лишний раз не раздражать министра культуры.


Урин задумался надолго.


«Каждый, конечно, сам принимает решения о собственной позиции».


Сейчас позиция Урина кажется очень твердой.


«Мы делаем совместные проекты с такими знаменитыми режиссерами, как Роберт Карсен (Robert Carsen) и Кэти Митчелл (Katie Mitchell), а также с Английской национальной оперой и Экс-ан-Прованским оперным фестивалем. Вскоре будем работать с нью-йоркской Метрополитен-оперой. Часть постановок может вызвать разногласия: половина российской аудитории может полюбить эти постановки, половина — возненавидеть их. Это удел искусства».


Сотрудничество с Оперным фестивалем в финской Савонлинне продолжится.


«Я могу заверить, что постановка Оперного фестиваля в Савонлинне „Отелло" будет показана в Москве в следующем сентябре», — говорит Урин.