Молодых мужчин убивают из огнестрельного оружия прямо на улице. Машины поджигают, а банды открыто торгуют наркотиками.


Именно такая ситуация в 15 районах шведских городов заставила забить тревогу два года тому назад. В прессе об этих районах говорили как «о зонах, куда лучше не ходить», как о районах, от которых полицейские держались подальше. Хотя власти это и отрицают.


После двух лет полицейских усилий опубликован доклад о положении дел в данной области. Он свидетельствует о том, что количество «особо уязвимых районов», т.е. мест, где существуют структуры параллельного общества, мешающие полицейским делать свою работу, увеличилось до 23.


Доклад — довольно-таки безрадостное чтение: по мнению полиции, порог применения насилия в последнее десятилетие снизился, в том числе и по отношению к полиции. Но само насилие становится все более жестоким и спонтанным.


«Недели не проходит, чтобы кто-то не кидался камнями или бутылками в полицейские машины. Это вовсе не обязательно взрослые преступники, но в таких районах вести себя подобным образом стало делом вполне легитимным. Мы наблюдаем, как даже пятилетние дети показывают полицейским средний палец и кричат гадости. Этому малышня, возможно, научилась у своих братьев и сестер», — рассказывает в беседе с Aftenposten Фрида Нордлёф (Frida Nordlöf), сотрудник муниципальной полиции в Йерва (Järva) в Стокгольме.


В этой части города, где, кстати, находится «особо проблемный» район Ринкебю (Rinkeby), она отвечает за сотрудничество полиции с другими заинтересованными лицами, такими, как школы, родители, церкви и мечети. Их именуют «группами социального действия».


Серьезные преступники


«Входная дверь» большинства преступлений в проблемных районах — торговля наркотиками, таков вывод полиции. Дети втягиваются в нее довольно рано, выступая в качестве курьеров, причастных к торговле наркотиками или оружием. Они — глаза и уши взрослых.


«Они ужасно рано встают на преступный путь. Думают, что заработают кучу денег. 500 крон за кражу со взломом для 14-летнего — большие деньги», — рассказывает Нордлёф.


Они с уважением относятся к лидерам банд — их многие боятся, значит, «уважают».


Когда где-то создаются банды, их могут воспринимать как своеобразный альтернативный фактор власти по отношению к властям. Жестокое насилие и то, что к нему прибегают без особых раздумий, создает на местах атмосферу страха и приводит к тому, что многие просто не осмеливаются сотрудничать с полицией.


Сложные причины


Для «уязвимых районов» характерно нагромождение многих различных социальных проблем. Люди не слишком верят в будущее, уровень безработицы высок, а образовательный уровень низок.


В большинстве таких районов проживают преимущественно иммигранты или молодежь, чьи родители иммигрировали в Швецию. Многие плохо говорят по-шведски, и им трудно начать трудовую деятельность.


В наиболее уязвимых районах городов неработающих гораздо больше, чем в Швеции в целом:


• Доля тех, кто длительное время находится на больничном и нетрудоспособных тоже выше, чем в Швеции в целом.


• 40% молодежи в особо проблемных районах городов не заканчивают даже обязательную школу (начальную+среднюю — прим. ред.).


Они пытаются переманить молодежь на свою сторону


Группы социального действия пытаются переманить на свою сторону молодежь до того, как она основательно погрузится в криминальную среду. Но сделать это непросто.


Когда преступность имеет такие большие масштабы, как в проблемных районах города, она притягивает людей к себе: их соблазняют деньги, власть и уважение, с которыми ассоциируется преступный мир.


Али Абдукадир (Ali Abdukadir) возглавляет группу, которая помогает молодежи выбраться из криминальной среды в Ринкебю. За последние пять лет она помогла примерно 250 молодым людям покинуть преступную среду и начать работать или вернуться на школьную скамью. Лишь около 20 человек вновь оказались в тюрьме за преступления, подобные совершенным ими же ранее, рассказывает Абдукадир.


Но если, как предполагает полиция, в проблемных районах шведских городов около 200 преступных сообществ и 5 тысяч преступников, это — капля в море.


«Мы „ремонтируем", а не предотвращаем. Большинство тех, с кем мы работаем, стали известны полиции и социальным службам уже в юном возрасте. И мы знаем, что отвлечь их от криминала как можно раньше — исключительно важная задача», — говорит он в беседе с Aftenposten.


Еще одна группа социального действия занимается детьми в возрасте от 12 до 18 лет. Полиция, школы и родители недостаточно общались друг с другом, и вследствие этого подростки просто выпадали из поля зрения. Необходимо наладить сотрудничество, чтобы это исправить.


40% тех, кто живет в районе, который патрулирует Нордлёф — молодежь до 25 лет. Люди живут скученно. Это означает, что много детей и подростков вечерами проводят много времени на улицах, центральных площадях районов или у станций метро.


«Молодежь совершает гораздо больше преступлений. У нас высокая концентрация молодежи, и это дает высокий уровень преступности», — говорит Нордлёф.


Факты: проблемные районы


Как «проблемный» полиция определяет «географически ограниченный район, для которого характерен низкий уровень социально-экономического развития и где преступные элементы оказывают влияние на местное сообщество».


Помимо этого люди в таких районах живут в тесноте, здесь возникает «альтернативный общественный порядок».


Для особо уязвимых городских районов, которых в стране 23, характерно нежелание жителей сотрудничать с полицией. Возможная причина этого — систематические угрозы со стороны криминалитета. Поэтому полиции здесь работать сложно. «Ситуация считается очень сложной, необходимо принимать срочные меры».


Шесть районов определяются как зоны риска, то есть они рискуют изменить свой статус до «особо проблемных районов». «Ситуация считается крайне тревожной».


(Источник: доклад «Проблемные районы» («Utsatta områden»)


Несколько «особо проблемных районов»


Всего в Швеции полиция насчитывает 61 «проблемный район». Летом число районов, считающихся «особо проблемными», выросло с 15 до 23. Наиболее известны Ринкебю в Стокгольме и Росенгорд (Rosengård) в Мальмё, то же можно сказать и о районе Бископсгорден (Biskopsgården) в Гётеборге.


Рост числа особо проблемных районов «объясняется в первую очередь тем, что полиция стала лучше знать проблемы, имеющиеся там — благодаря более активному присутствию в этих районах, лучшему знакомству с ситуацией и сотрудничеству», — так написано в самом последнем из трех отчетов, написанном полицейскими о проблемных районах. Но, как указывается в отчете, по сравнению с ситуацией, описанной в предыдущем отчете, составленном два года тому назад, проблема не уменьшилась.


Социальное беспокойство и низкий уровень доверия к правовому государству


В ситуации, когда тот или иной район считается ненадежным местом жительства для граждан, все меньшее их число заявляет о совершенных преступлениях и сотрудничает с властями. Так появляется преступная спираль, когда преступность порождает еще большую преступность, а полиции становится работать все сложнее.


В начале этого года большое внимание привлекли к себе поджоги автомобилей в Ринкебю. Полиции пришлось отступить, потому что ситуация стала поистине угрожающей. Подобные волнения случаются в этом районе города примерно раз в год. Более мелкие волнения, длящиеся от несколько минут до нескольких часов, происходят довольно часто.


«Часто люди реагируют на действия полиции отрицательно. Они хотят показать, что „это наше место, мы не хотим тут никаких полицейских". Такое случается, если мы, например, арестовываем какую-то ключевую фигуру или конфисковываем большую партию наркотиков или большую сумму денег. А такое происходит здесь каждый месяц, круглый год», — рассказывает Нордлёф.


Число убийств вдвое выше, чем в Норвегии


В Швеции проживает вдвое больше жителей, чем в Норвегии, но в прошлом году в Швеции убийств было в четыре раза больше, чем в Норвегии. Существенную часть статистики убийств в Швеции составляют разборки между бандами.


Некоторых убивают, потому что они бросили вызов преступному миру. Других убивают или избивают за то, что они отказываются помогать преступникам или из-за каких-то незначительных конфликтов с кем-то из преступной среды. Но наиболее обычная причина насилия — конфликты между преступниками на почве торговли наркотиками.


Если верить расследованию, проведенному самими полицейскими, порог применения насилия стал ниже. Насилие стало более импульсивным. Огнестрельное оружие стало более распространенным, чем раньше, а в последние два года в Швеции существенно выросло использование ручных гранат. Угрозы применения насилия отпугивают людей от разговоров с полицией.


«Между самими преступниками насилие стало более грубым: сейчас стреляют, чтобы убивать. Раньше было больше ранений в колени, ноги и пр. Сейчас они стреляют в голову», — говорит Нордлёф.