Датским военным морякам наконец-то поставили достойный памятник в Рювангене, где страна после войны отдает почести датским участникам Движения сопротивления, павшим в борьбе с нацизмом. Мы должны выразить глубокую благодарность Фонду памяти освободительной борьбы (Frihedskampens Frednings- og Mindefond), которому принадлежит честь этой инициативы. Можно только удивляться тому, что это заняло так много времени, но вряд ли в этом можно упрекнуть Фонд. Сам памятник — это большой черный гранитный камень, представляющий собой глубокое темное море с перекрестьем торпедного прицела подводных лодок Кригсмарине, его выполнил скульптор Пер Арнольд (Per Arnoldi). Мне эта работа кажется очень удачной.


Что является причиной этих почестей? Речь идет о 6 тысячах датских моряков и 240 датских судов, которые после оккупации 1940 года решили участвовать в конвоях союзников, перевозивших в Атлантике военную технику, сырье и т.д. в первую очередь в Великобританию, которая вела войну в одиночку. Многие моряки хотели бороться с оружием в руках, но в период после Дюнкерка и падения Франции и до возникновения первых подразделений союзников, готовых к вторжению, потребность в солдатах была не очень велика. Напротив, была нехватка опытных моряков, которые могли бы участвовать в морских конвоях и таким образом поддерживать военную промышленность Великобритании. Надо полагать, что их вклад с датской стороны в победу союзников был самым важным.


Но особого признания подвига моряков не было ни тогда, ни сейчас — в отличие от давно признанных героев, таких, как пилот Spitfirе Кай Биркстед (Kaj Birksted) или солдат Андерс Лассен (Anders Lassen). Героический вклад таких людей, как и Движения сопротивления, хорошо описан в книгах и фильмах. Но с мужеством и подвигом военных моряков все обстоит иначе. Что они собственно сделали? Они не расхаживали повсюду в униформе с автоматами. Вместо этого они выполняли свою работу как штурманы, матросы или коки, отлично сознавая, что они в любой момент могут стать жертвой торпеды без возможности избежать опасности или бороться с ней.


Как рассказывает один военный моряк в книге Свена Арвида Биркеланда (Sven Arvid Birkeland) «Потоплены немцами» (Sænket af tyskerne), вышедшей в 2012 году: «Шесть лет мы ходили с грузом военных поставок и знали все время, днем и ночью, что вдруг ударит торпеда, и минуту спустя мы окажемся в воде (..). По ночам мы спали с полуоткрытыми дверями кают, с документами в герметических пакетах вокруг шеи. И когда наши товарищи с потопленного судна оказывались в воде, мы видели, как они смотрели на нас, уходивших от них на своем корабле. Каждую ночь я вижу эти глаза».


Некоторые оставались живыми после торпедной атаки, но если это происходило на пути в Мурманск, они могли жить в холодной воде всего лишь несколько минут. А иногда бывали и более страшные моменты: «Если мы транспортировали бензин или боеприпасы, судно и команда исчезали моментально». Примерно 1850 датских моряков заплатили эту высокую цену.


Фруде Якобсен (Frode Jakobsen) заметил в одном выступлении, что «участие в Движении сопротивления было не бесплатным». Одно дело дожить до 4 мая 1945 года как участник Движения сопротивления или как заключенный концентрационного лагеря. Другое дело человеку остаться живым и после этого, когда еще не знали о посттравматическом стрессовом расстройстве.


Мой отец, когда был молодым матросом, видел, что сделали страшные переживания со многими из его старых коллег: частое употребление стимулирующих средств и т.п., которые могли успокоить рассудок и прогнать демонов и кошмары. Это стало называться «синдромом военных моряков», и близкие этих моряков тоже должны были платить эту высокую цену.


Из тех, кого мы чествуем, в живых осталось мало, но, во всяком случае, они получили достойный памятник.